Счастье рядом

Ворованное счастье: История Анны и Олички — сердечной материнской любви, обретённой семьи и смысла жизни в российской глубинке

Анна возилась у себя на даче уж больно весна выдалась не по календарю. Конец марта только, а снег, будто

Люди

МЫ ВСЕ ЕЁ ОСУЖДАЛИ: Как красавица Мила с тремя собаками и крутой иномаркой оказалась в храме, кто на самом деле прятался за образом «чайлдфри» и что мы узнали, когда она попросила стать мамой для Леночки из детдома

МЫ ВСЕ ЕЁ ОСУЖДАЛИ Людмила стояла в церкви и плакала. Уже, наверное, четверть часа. Для меня это было диковато.

Люди

ВСЁ ДВОР СЧИТАЛ ЕЁ ФИФОЙ: Как мы сплетничали про Милу с собаками, не зная её боли, и что произошло, когда я увидела её плачущей в храме

МЫ ВСЕ ЕЁ ОСУЖДАЛИ Люба стояла в храме и горько плакала. Уже минут пятнадцать. Для меня это было в новинку.

Люди

013

Как Ольга готовила свой первый Новый год не с родителями, а с любимым мужчиной: три месяца надежд, незваные гости Толика, унижения за праздничным столом и неожиданные перемены в жизни

Оксана целый день хлопочет, готовясь к встрече Нового года: убирает квартиру, варит оливье, режет селёдку

Люди

010

Ольга целый день хлопотала, готовясь к своему первому Новому году не с родителями, а с любимым мужчиной: убирала квартиру, готовила праздничный стол, украшала дом. Она уже третий месяц жила у Толика — старшего на 15 лет, разведённого, с алиментами и любовью к выпивке… Но Оля считала, что любовь всё спишет. Никто не понимал, что она нашла в Толике: ни внешности красивой, ни характера, ни щедрости, денег вечно нет — для себя, любимого, может только что-то позволить. И всё-таки Оля старалась: надеялась, что Толик разглядит в ней идеальную хозяйку и захочет сделать женой. Он так и говорил: «Надо пожить вместе — вдруг ты такая же, как бывшая», про которую ничего внятного не рассказывал. Оля терпела, заботилась, прощала пьяные приходки, покупала продукты и даже телефон подарила. Под Новый год Толик «готовился» по-своему — напился с друзьями и заявил, что к ним придут его гости, которых она не знает. За полчаса до боя курантов ввалились шумная компания, и Оле не уделили ни капли внимания: даже гостям Толик её не представил, высмеял, назвав «соседкой по постели». Гости ели, пили и смеялись над наивной хозяйкой, называя Олю бесплатной кухаркой и домработницей, а Толик довольствовался компанией и поддакивал шуткам. В момент, когда все веселились, Оля собрала вещи и ушла домой, к родителям. Мама вздохнула со словами «Я же предупреждала», а отец был только рад вернуть дочь. Спустя неделю, лишившись Оли и денег, Толик пришёл за ней: возмутился, что у него в холодильнике мышь повесилась, и обвинил в том, что она становится «как бывшая». Но теперь Оля уже знала себе цену — она просто выставила Толика за дверь. Так с наступлением нового года в её жизни началась новая глава.

Однажды Олеся целый день металась по старой московской квартире, словно мышь по амбару: мыла, натирала

Люди

011

Держись от меня подальше! Я тебе жениться не обещал! И вообще, не знаю чьё это дитя! Может, оно вовсе и не моё? — Так что, Валя, гуляй на все четыре стороны, а я поеду, — говорил Виктор, приехавший к ним в деревню по делам, ошарашенной Валентине. Так и стояла она, не веря своим глазам и ушам: неужели это тот Виктор, который носил её на руках, клялся в любви, звал Валюшенькой и обещал жизнь сказочную? Перед ней — растерянный, злой, совсем чужой мужчина… Горевала Валентина неделю, попрощалась с Виктором навсегда, и, учитывая свой возраст — ей было уже тридцать пять, да простую внешность — женское счастье маловероятно, решила она стать мамой-одиночкой. В положенный срок на свет появилась крикливая девочка. Назвала Валя её Машей. Росла девочка спокойной, беспроблемной, не доставляла матери хлопот. Будто понимала: кричи — не кричи, ничего не изменишь… Валя относилась к дочке доброжелательно, но тёплой материнской любви не проявляла — кормила, одевала, игрушки покупала, но чтобы прижать, обнять, вместе погулять — этого не было. Маша тянулась к маме, а та всегда находила отговорку: занята, устала, болит голова. Так и не проснулся в ней материнский инстинкт… Когда Маше исполнилось семь, случилось невероятное — Валя познакомилась с мужчиной, да ещё домой его привела! Вся деревня судачила: — Вот это да, завела кого-то! О дочке бы подумала. Мужик не местный, без работы, нечего про него знать! Авантюрист, наверно… Но Валя никого не слушала — понимала, что, может быть, это её последний шанс на женское счастье… Соседи быстро изменили мнение — новый муж Игорь оказался не промах: сначала крыльцо подлатал, потом крышу подправил, забор починил. Дом преображался. Скоро к нему потянулись за помощью: старым — бесплатно, остальным — за деньги или еду. Валя без мужа на хозяйстве много не могла, а теперь: и молоко, и сметана появились в доме, и Валя будто расцвела, стала мягче, даже Маше стала ласковей, улыбаться чаще. Маша росла, училась в школе, а однажды, придя домой, застала во дворе… качели! — Это мне? Дядя Игорь, вы их для меня сделали? — Конечно, Машенька, для тебя! — впервые по-настоящему улыбнулся молчаливый дядя Игорь… Он готовил ей завтраки и обеды, печь и варить научил, провожал из школы, рассказывал истории из жизни, учил терпению на рыбалке, учил падать и вставать, когда покупкивал ей первый велосипед. Каждый праздник был настоящим чудом, а однажды на Новый год Маша нашла под ёлкой настоящие белые коньки… — Спасибо тебе за всё, папа! — кинулась она ему на шею. А Игорь украдкой смахивал счастливую мужскую слезу… Выросла Маша, уехала учиться, но он всегда был рядом: и на выпускном, и под окнами роддома, и в её жизни был главным опорой. Вёл к алтарю, нянчил внуков, любил их до глубины души… Когда Игорь ушёл из жизни, Мария вместе с матерью стояла у могилы и сквозь слёзы шептала: — Прощай, папа… Ты был лучшим отцом на свете. Он остался в ее сердце не как отчим, а как настоящий БАТЯ… Ведь отец — это не тот, кто дал жизнь, а кто был рядом всю жизнь. Вот такая трогательная история из русской глубинки о настоящем отце и женском счастье!

Отстань от меня! Я тебе жениться не обещал! И вообще, не знаю даже, чей это ребёнок! Может, вообще не мой?

Люди

027

— Нет, мам, правда, приезжать сейчас точно не стоит. Ну сама подумай: дорога дальняя, всю ночь в поезде, а ты уже не молода, зачем тебе этот труд? Да и весна на дворе — у тебя на даче дел наверняка невпроворот, — говорит мне сын. — Сыночек, ну как зачем? Мы ведь давно не виделись, а я так жену твою хочу вживую увидеть, познакомиться поближе, как положено, — честно отвечаю я. — Давай тогда так: подожди до конца месяца, мы все сами к тебе приедем, на Пасху ведь длинные выходные, — успокаивает меня сын. Если честно, я уже решилась ехать, но поверила ему, согласилась остаться дома и ждать. Но так никто ко мне и не приехал. Я несколько раз звонила сыну, но он сбрасывал звонки. Потом сам перезвонил: очень занят, не жди, мам. Я так расстроилась… Готовилась к встрече сына с невесткой, а сына я родила для себя, — мне уже 30 было, замуж не вышла, решила хоть ребеночка родить. Может, это и грех, но я ни разу не пожалела. Хотя было тяжело: ни денег, ни достатка, просто выживали, я работала на нескольких работах, лишь бы у сына все было. Сын вырос, поступил в Москву учиться. Я даже в Польшу на заработки ездила, чтобы отправлять ему деньги на учебу и жизнь в столице. Сколько радости было в душе, что могу помочь своему ребенку! Уже на третьем курсе Алексей стал сам подрабатывать. После вуза устроился работать и полностью себя обеспечивал. Домой сын приезжал, но редко, раз в год примерно. А я, стыдно сказать, в Москве никогда не была. Думала: вот когда жениться будет, обязательно поеду! Даже деньги стала откладывать на поездку — скопила 150 тысяч рублей. Полгода назад сын позвонил: — Мама, я женюсь! — Только ты пока не приезжай, мы пока просто распишемся, а свадьбу попозже сыграем, — предупреждает. Я расстроилась, но делать нечего… По видеосвязи познакомил с невесткой: красивая, вроде хорошая, да и богатая. Отец — крупный бизнесмен. Я только радовалась за сына. А время идет — ни сам ко мне не едет, ни меня не зовет. Терпения нет уже — так хочется обнять сына, невестку увидеть. Собралась, купила билеты, наготовила еды, хлеб сама испекла, варенья и солений взяла — поехала. Позвонила сыну перед отправлением: — Мама, зачем ты? Я на работе, даже встретить не смогу! Вот адрес, приезжай на такси, — сказал Алексей. Утром приехала в столицу, такси дорогое — аж глаза на лоб… Но Москва красивая, из окна любовалась. Дверь открыла невестка. Даже не улыбнулась, не обняла, сухо пригласила на кухню. Сына дома уже не было. Я начала разбирать сумки — картошка, яйца, яблоки сушеные, грибы, огурцы, варенье. Невестка молча смотрела, потом говорит, зачем я всё это привезла — они такого не едят, она вообще дома не готовит. — А что же вы едите? — удивилась я. — Доставку заказываем. Готовить не люблю — запахи в квартире, — ответила Илона. Не успела я удивиться, как на кухню вбегает мальчик лет трех… — Познакомьтесь, это мой сын, Даниил, — говорит невестка. — Данила? — переспросила я. — Нет, Даниил! Не люблю, когда имена коверкают. — Ладно, Илона… — Не Илона, а Илона! В Москве имена не коверкают, но вам-то откуда знать… Слёзы подступили… Даже не то, что сын женился на женщине с ребенком, а что ничего мне не сказал. А тут увидела на стене огромный свадебный портрет. — О, свадьбы ведь не было — хорошо хоть фото есть, — говорю. — Как это не было? Была — на 200 человек! Просто вас не было — Алексей сказал, что вы заболели. Может, оно и к лучшему… — оценила меня взглядом с ног до головы невестка. — Завтракать будете? — Буду… Поставила передо мной чашку чая и пару кусочков сыра. Вот и весь завтрак. Я хотела яичницу сделать, хлеб домашний взяла — но невестка строго запретила жарить, только из-за запаха. Хлеб есть отказалась: они с Алексеем на здоровом питании. Пропал аппетит… Обидно было до слез — столько лет ждала этой свадьбы, деньги копила, а получилось всё зря… Сижу, чай пью, невестка молчит. Ребёнок подошёл, стал ко мне тянуться, так она сразу руками замахала: нельзя, мало ли что, это же ребёнок… Гостинцев для мальчика у меня не было, дала баночку малинового варенья — пусть хоть чем-то порадуется. — Сколько раз говорить — мы на правильном питании и сахар не едим! — вырвала банку из рук. Я заплакала. Не допив чай, ушла в коридор собираться. Невестка даже не спросила, куда я… Вышла на улицу, села на скамейку и расплакалась — так обидно мне в жизни не было. А через час вижу: невестка вышла гулять с ребенком и все мои соленья, варенье понесла к мусорке. Я все собрала обратно в сумки и поехала на вокзал. Повезло — кто-то сдал билет, я купила на вечер. У вокзала поела борща, мяса, картошки с салатом — как давно я так не ела! Сумки оставила в камере хранения, погуляла по Москве, немного даже развеялась. В поезде не спала — плакала. Сын даже не позвонил, не поинтересовался, где я. Я бы скорее ожидала летом снег, чем того, что мой сын так со мной поступит. Он ведь у меня один, столько в него вложено, а в итоге я оказалась никому не нужной. Теперь думаю: что делать с теми деньгами, что откладывала ему на свадьбу? Отдать сыну эти 150 тысяч — пусть знает, что мама всегда о нем заботилась? Или не давать — ведь он не заслужил?

Нет, приезжать сейчас совсем не стоит, мам. Подумай сама: дорога дальняя, всю ночь в поезде, а ты уже

Люди

037

Отойди от меня! Я тебе жениться не обещал! И вообще, знать не знаю, чей это ребенок! А может, и не мой вовсе? – Так говорил Виктор ошеломлённой Валентине, когда был в командировке в их российском поселке. Она неделями плакала, но в свои тридцать пять решила стать мамой и одна вырастила дочку Машу. Жила без любви, пока не появился неместный, нелюдимый мужик Игорь. Его считали проходимцем, но со временем он стал ей мужем, навёл дома порядок и стал Маше настоящим отцом, показав: папой становится не тот, кто родил, а тот, кто воспитал и был рядом в трудную минуту.

Отстань от меня! Я на тебе жениться и не обещал! И вообще, понятия не имею, чей это ребенок может, и

Люди

018

— Ты ведь меня не любила. Вышла за меня без любви. Теперь, когда я заболел, бросишь меня… — Не брошу! – сказала Марина, обняв Игоря. – Ты самый лучший муж! Никогда тебя не оставлю… Он не мог поверить, что это правда. Настроение у Игоря было скверное… Марина прожила в браке двадцать пять лет, и все эти годы продолжала нравиться мужчинам. В молодости она считалась самой желанной девушкой, да и в школе за ней почти все мальчишки бегали. Хотя красавицей Марина никогда не была. С мужем, Вадимом, она не разводилась, хоть характер у него был своеобразный. Прожили вместе всю жизнь, вырастили и выдали замуж дочку Дарью. Молодой человек Даши увёз её в Италию, откуда теперь шлют красивые фотографии и зовут Марину в гости. Вадима не стало — трагически погиб в автокатастрофе: то ли сердечный приступ за рулём, то ли потеря сознания… Оставшись одна в большом доме, построенном вместе с мужем, Марина задумалась над словами дочери о возможной продаже этого дома и переезде в Италию, но категорично отказалась: «Я этот дом не для того строила, чтобы продавать, и в вашу Италию я не хочу. Увидела я там всё, что нужно…» Дом Марине достался большой — для одной женщины уж очень, и мужская рука в хозяйстве требуется… Вскоре вокруг Марини вновь собрались поклонники. Даже мама когда-то удивлялась: «Что они в тебе находят? Красотой не блещешь, а штабелями ложатся!» – «Мама, красота — не главное. Женщина должна быть обаятельной и с изюминкой», – смеялась Марина. И вот прошло почти тридцать лет — а ничего не изменилось: женщины жалуются, что после сорока найти достойного мужчину невозможно, а у Марини — целых два жениха, оба хороши, но ей по душе был Дмитрий: интеллигент, собеседник приятный, с ним интересно, но для жизни — не надежда. Второй — Игорь: мужик с золотыми руками, домочадец, работяга, не мастер красивых слов, зато надёжный и сильный. Марина выбрала Игоря. С Дмитрием не сложилось — ушёл обиженный. А Игорь был счастлив, пьянствовал на свадьбе и танцевал до упаду. Подруга Елена шутит: «Год не прошёл с Вадимом, а ты уже замужем. Женщины не могут днём с огнём найти мужика, а тебя только из дома выпусти — сразу очередь выстроится!» Марина с Игорем зажили душа в душу: сад в порядок, новые клумбы, беседка, ремонт — в доме всё блестит от мужских рук. И подарки Марине приносит, и в быту всё на высоте. Счастье длилось четыре года, пока Игорь не занемог: усталость, похудел, после выпивки — недомогание. Марина бьёт тревогу, уговаривает к врачу, но Игорь молчит, боится остаться ненужным — ведь Марина вышла за него не по большой любви… Она его не бросила даже после операции и тяжёлого восстановления, когда тот думал о себе как об инвалиде и боялся быть для жены обузой. Марина поддерживала мужа во всем: смеялась, заботилась, веселила, устраивала праздники без алкоголя, забыла о своих страхах и призналась Игорю в любви. — Люблю тебя. Никогда не брошу. Выздоравливай — и не спеши, всё будет хорошо! Юбилей праздновали скромно, с друзьями в беседке, без крепких напитков, зато с радостью и надеждой. — Повезло тебе, Игорь, с женой! — завистливо вздохнули приятели. В тот вечер под звёздным небом Игорь впервые за много месяцев поверил, что жизнь продолжается, и Марина его действительно не бросит… ???? Друзья, если вам нравятся такие истории — оставляйте комментарии и ставьте лайки! Нам это очень важно.

Ты ведь меня не любила. Без любви за меня вышла. Теперь бросишь, когда я заболел Конечно, не брошу!

Люди

043

– Нет, мам, сейчас приезжать точно не надо. Сама подумай — дорога далёкая, всю ночь в поезде трястись, да и ты уже не молода. К чему тебе этот лишний хлопот? К тому же весна — у тебя огород, работы на участке сейчас полно, — говорит мне сын. – Сынок, ну как зачем? Мы с тобой сто лет не виделись, а на жену твою так хочется посмотреть, познакомиться с невесткой поближе, — честно отвечаю я. – Давай так договоримся: подожди до конца месяца — на Пасху много выходных, мы все сами к тебе приедем, — успокоил меня сын. Если честно, я уже была готова ехать, но поверила и осталась ждать его дома. Но никто так и не приехал. Я пыталась звонить сыну несколько раз — он сбрасывал вызовы. Потом сам перезвонил, сказал, что очень занят, и мне не стоит его ждать. Я сильно переживала. Готовилась к приезду сына с невесткой — он женился полгода назад, а я её даже не видела. Моего сына, Лёшу, я родила для себя — уже за тридцать, замуж не вышла. Может, это и грех, но о своём решении ни разу не пожалела, даже когда было очень трудно: ни денег, ни нормальной жизни, всё выживали. Работала на нескольких работах — лишь бы у ребёнка всё было. Сын вырос, уехал учиться в Москву. Чтобы его поддержать, ездить работать за границу стала — деньги на учёбу и жильё высылала. Материнское сердце радовалось — могла ребёнку помочь. На третьем курсе Лёша стал сам подрабатывать, после окончания института устроился на работу и уже сам себя обеспечивал. Домой приезжал редко — раз в год, не чаще. А я в Москве ни разу не была. Решила — как женится, обязательно поеду, даже деньги отложила — 200 тысяч рублей. Полгода назад позвонил, сообщил: «Мам, я женюсь!» – Мам, только ты не приезжай. Мы сейчас просто распишемся, свадьба потом будет, — предупредил меня сын. Печально стало, но что поделаешь. Лёша показал невестку по видеосвязи — вроде хорошая девочка, красивая, видно — из состоятельной семьи. Я радовалась, что у него всё хорошо. Прошло время — сын ко мне не едет, не зовёт. Терпения уже не было — решила сама поехать: купила билет на поезд, собрала гостинцы, хлеб испекла, варенье, соленья — и в путь. Перед отправлением позвонила сыну. – Мама, ну ты и даёшь! Зачем? Я на работе, даже встретить не смогу. Вот адрес, вызови такси, — сказал Лёша. Утром приехала в Москву, вызвала такси — дорого, конечно. Но город красивый. Дверь мне открыла невестка. Не улыбнулась, не обняла, просто предложила пройти на кухню. Сына дома не было — он ушёл на работу. Я начала доставать свои гостинцы, а невестка наблюдала молча, потом сказала, что зря я это всё привезла — они такое не едят, она вообще не готовит. – А что же вы едите? – удивилась я. – Нам доставка привозит еду каждый день. Готовить — не люблю, запах на кухне потом… Не успела я опомниться, как зашёл маленький мальчик лет трёх. – Познакомьтесь, это мой сын Данил, – сказала невестка. – Данила? – уточнила я. – Нет, Данил. Не люблю, когда переиначивают имена. — Ну как скажешь, Илона… — И не Илона, а Илона! В городе никто не коверквает имена, но вам не понять… Мне захотелось плакать. Даже не из-за того, что сын женился на женщине с ребёнком и не рассказал мне, а из-за отношения… А потом увидела на стене большой свадебный портрет. – О, свадьбы не было, но хорошо, что хоть фото красивые сделали, — сказала я. – Как это не было? Свадьба была, на 200 человек! Только вас не было, Лёша сказал, что вы приболели. Может, оно и к лучшему, — оценивающе посмотрела на меня невестка. – Завтракать будете? – Буду… Илона поставила чай и пару кусочков дорогого сыра. Я привыкла с утра плотно поесть, с дороги тем более. Решила яичницу пожарить, домашний хлеб взяла, но невестка категорически запретила — мол, запах. Хлеб есть отказалась — они с Лёшей на ЗОЖ. Есть мне перехотелось — обидно до слёз было. Годы мечт, деньги собирала, а по сути — оказалась никому не нужна. Пью чай, невестка молчит. Тут подбежал мальчик, стал ко мне тянуться. Я хотела обнять малыша, а невестка замахала руками — «нельзя», неизвестно, с чем я туда приехала — а это, мол, ребёнок. Гостинцев ему не было, я дала банку малинового варенья — «будет к блинчикам». Невестка тут же вырвала банку: «Сколько можно повторять? Мы на правильном питании, сахар не едим!» Поняла: сейчас разрыдаюсь. Чай не допила, пошла обуваться. Невестка даже не поинтересовалась, куда я. Вышла, села возле подъезда на скамейку — и заплакала. Так тяжело на душе не было никогда. Через какое-то время вижу — невестка пошла гулять с ребёнком, всё, что я привезла, выбросила в мусорку. Я, когда они ушли, собрала банки в сумку, поехала на вокзал. Повезло — кто-то сдал билет, я купила на вечер. Близ вокзала зашла в кафе — взяла борща, кусок мяса, картошку, салат. Дорого, но себе ведь тоже что-то можно позволить. Вещи сдала в камеру хранения, ещё несколькими часами погуляла по Москве — город понравился, прямо развеялась. В поезде не спала, плакала. Обидно: сын даже не позвонил, не спросил, где я. Я скорее бы дождалась снега летом, чем поверила бы, что мой единственный сын встретит меня так. В него все надежды вкладывала, а оказалась для него чужой. Теперь вот думаю: что делать с отложенными на свадьбу деньгами? Отдать сыну эти 200 тысяч — пусть знает: мама всегда о нём заботилась? Или не давать — ведь не заслужил?

Нет, приезжать сейчас точно не стоит. Подумай сама, мама. Дорога дальняя, всю ночь в поезде, а тебе уже