Когда мама сказала «нет»: как Наталья спасла чужой брак
Наталья поджаривала баклажаны, как вдруг раздался звонок в дверь. Открыв, она увидела сына — Алексей стоял с чемоданом и уставшим взглядом.
— Мам, я ушёл от Ларисы, — выпалил он с порога.
— Как ушёл?! — аж подпрыгнула Наталья.
— Достала она меня. Ни суп сварить, ни квартиру прибрать, лежит целыми днями, на работу не устраивается… — голос его дрожал. — Пусти переночевать, а?
— Нет, — твёрдо ответила Наталья, вытирая руки о фартук.
Алексей остолбенел:
— Как это — нет?
— Так вот и есть. Не пущу. Но садись, поешь. Потом поговорим.
Сын уплетал солянку с пирожками, будто три дня не видел еды. Между глотками ныл:
— До свадьбы шашлыки жарили, в кино ходили — красота. А после — думал, ужин сам на столе появляться будет. А она, как первоклашка, рецепты в телефон тычет — то пережарит, то недосолено. Делаю вид, что вкусно, а сам ворочаю языком, как тряпкой.
— Но она учится, Алёша, — вздохнула мать. — Не у всех сразу руки из нужного места растут. А ты только брюзжишь.
— Учится? А кто бардак разводит? Носки на люстре, юбки на микроволновке, в прихожей — как после нашествия татар. Она то в соцсетях зависает, то под одеялом киснет. Скажу слово — сразу в слёзы.
— Зелёная ещё, глупенькая, — пожала плечами Наталья. — А ты-то сам куда смотришь? Нюни распустил. Мужик должен терпением да заботой жену воспитывать, а не нытьем.
— Но я её люблю…
— А она этого не видит. Вот и вся недолга.
На следующее утро, пока сын был на работе, Наталья позвонила Ларисе:
— Дорогая, забегу к тебе, поболтаем.
Купила продуктов, пришла — дверь открыла Лариса, сонная, в растянутой пижаме.
— Алёшу проводила? — спросила Наталья, шагая на кухню.
— А? Сам ушёл, кофе хлебнул. А что?
— Тебе норм, да? На кухне — апокалипсис. Полдень, а ты будто после поля боя.
— Извините… ночью сериал смотрела…
— Ларочка, я тебя как родную люблю. Давай приберёмся, обед состряпаем.
— Я сама… Мы с Лёшей разберёмся…
— Ну ладно. Только потом не приходи реветь. Держи, продукты купила.
— Спасибо. Вы не злитесь…
Дни шли. Алексей всё чаще торчал у матери, а однажды и вовсе соврал Ларисе, что в командировку. Хотя просто не хотел домой.
— Одурела от неё, — ворчал он. — Книгу в руки не возьмёт, только айфон да шопинг. Работать — лень. То платье купи, то телефон новый. Я что, Березовский?
Наталья слушала, кивала. Но вечером на пороге появилась Лариса. Вся в слезах.
— Мам… он меня разлюбил… приходит, молчит, даже суп не ест… говорит, брак — ошибка… Это вы его так научили.
— А может, твоя мама чему-то не научила? Думаешь, мужик один должен пахать? Женщина тоже не цветочек. Семья — это не курорт в Сочи.
Они говорили долго. Наталья объясняла, мягко ругала, уговаривала. Договорились: Лариса запишется на курсы готовки, начнёт убираться, ищет работу.
Прошло полгода. Наталья устроила невестку в салон, научила варить щи и лепить пельмени. Как-то позвали её в гости. На столе — царский ужин.
— Мам, Лариса — просто клад! Готовит как в «Праге»! Так быстро всему научилась.
Наталья смахнула слезу. Потрепала Ларису по плечу:
— Умничка, дочка. Видишь, как можно, когда голова на месте?
Жизнь пошла в гору. Утром — совместные завтраки, вечером — готовка вдвоём. Алексей перестал жаловаться, Лариса — реветь.
Через пять лет у них родилась дочь. На первый день рождения собрали всех. После торта Лариса присела к свёкрови:
— Мам, спасибо. Без вас мы бы разбежались. Я тогда дурочка была…
— Дурочка — это когда не учится. А ты — молодец. Вот она, семья.
— Хочу пораньше на работу выйти. Поможете с малышкой? По очереди с моей мамой?
— Конечно, глупышка. Какое счастье — нянчить внуков!
С тех пор Наталья стала не просто свёкровью — подругой. Сейчас у пары уже двое детей. Наталья на пенсии, и внуки часто остаются у неё. А когда спрашивают, как ей удалось спасти чужую семью, она смеётся:
— Я всегда на стороне женщин. Вот и сыну достаётся, если ведёт себя не по-хозяйски.