Зимой Валентина решает продать дачу и переехать к сыну. Невеста и сын давно зовут её к себе, но она не решается бросить накопленное жильё. После тяжёлого инсульта, когда она почти восстанавливается, ей становится ясно, что одной жить опасно, особенно в деревне без врача. Она продаёт дом, отдавая почти всё новой хозяйке, и переезжает к сыну.
Летом семья сына переезжает с девятого этажа в недавно построенный коттедж, спроектированный самим сыном.
Я вырос в доме у земли, говорит он, поэтому хочу построить дом, как в детстве.
Коттедж двухэтажный, с просторной кухней, светлыми комнатами и ванной, в которой вода напоминает голубизну моря.
Как будто на пляже, улыбается Валентина.
Сын не продумал, что комнаты Валентины и её внучки Агнии будут на втором этаже, и старой женщине каждую ночь приходится спускаться по крутой лестнице к туалету.
Хотелось бы не падать со сна, думает она, крепко держась за поручни.
Валентина быстро привыкает к новой семье. С невесткой у неё всегда лад, а внучка не тревожит её, заменяя всё интернетом. Валентина старается никому не мешать.
Главное меньше советовать, больше молчать, бормочет она себе.
Утром все уходят на работу и учёбу, а Валентина остаётся с собакой Бароном и кошкой Муркой. В доме живёт черепаха, ползущая к краю круглого аквариума и вытянув шейку, наблюдает за хозяйкой, пытаясь выбраться наружу. После кормления рыбок и черепахи Валентина зовёт Барона выпить чай. Пёс, спокойный и умный, смотрит на неё карими, слегка прищуренными глазами.
Давай чай, говорит она, достаивая коробку печенья. Печенье Барон обожает, ведь только Валентина его угощает. Она покупает детское печенье и делится им с чаучау, считая, что такая диета полезна.
Обед готов, порядок наведён, и Валентина выходит в огород. Привыкнув к сельским работам, она продолжает их и здесь. Поскольку высокий забор скрывает соседний участок, она почти не замечает рядом стоящий декоративный забор без ветки. Сосед, старик в поношенной шляпе, работает на своей земле, но выглядит угрюмым и уходит в сарай, когда её замечает.
Однажды, поднимаясь на второй этаж убрать комнату внучки, она подходит к окну, раздвигает шторы и открывает форточку. Внезапно видит старика, медленно идущего к малиннику, присевшего на старое ведро. Он в потёртой рубашке, кашляет, вытирает глаза рукавом.
Кашляет и в шапке ходит, пробует она, но замечает, что старик плачет. Сердце сжимается.
Что случилось? Нужна помощь? бросается она к двери, но крик из окна останавливает её.
Значит, он не один, думает Валентина и снова смотрит в окно. Старика зовут, но он не отвечает, оставаясь в том же положении. Ветер шевелит его седые волосы, а плечи сгорблены. Валентина понимает, что человек одинок, хоть и живёт в семье, и её охватывает жалость.
С того дня она наблюдает за соседями через низкий забор. Иногда видит старика в саду, иногда слышит, как он пилит в сарае. Сегодня она подслушивает его разговор:
Эх, бедные птицы, летаете, пока тепло, а потом вас в клетку закрывают и забывают кормить. Я тоже в клетке. Куда деться? Кому нужны старики?
Эти слова заставляют Валентину ощутить тяжёлую печаль.
Вечером за ужином она спрашивает невестку о соседях.
Раньше там жила семья. Хозяйка умерла, а Пётр Иванович остался с сыном. Потом сын женился, привёл жену к отцу. Пока Пётр работал, всё было спокойно. После выхода на пенсию всё изменилось: крики с их усадьбы. Пётр в огороде всё делал сам, ходил в магазин, возил внучку в садик и школу. Сейчас её уже шестнадцать, она учится с нашей Агниной. Дед стал никому не нужен.
А сын?
Тихий, интеллигентный, не может возразить. Так воспитали всю семью.
В наше время так не годится, вздыхает Валентина. Я завидовала тем, у кого муж готов разорвать любого, кто косо посмотрит на жену.
Сын, слушавший разговор, отвечает:
Да, не только обидчика разорвать, но и жену убить, если понадобится.
Ночью Валентина не может спать. Старые раны открываются, и она берёт лист бумаги, рисует дверь на берегу озера, где железный замок бросен на дно. Она шепчет себе, что никто не откроет эту дверь.
Вспоминает разговор с психически больным бывшим мужем, который говорил, что убьёт её и закопает под яблоней. Страх охватывает её, и она привязывает простыню к двери, вставляя в неё кочергу, чтобы услышать её звон, если ктото начнёт открывать дверь.
Утром, после сухого ясного дня, Валентина решает сходить в магазин за хлебом. Она приказывает Барону ждать у калитки и выходит. У прилавка продавец доказывает, что хлеб свежий, но Валентина замечает твёрдую корку.
Вы вводите в заблуждение, говорит она. На свежем батоне видна мягкая мякиш, а этот уже подсох.
Продавец меняет товар, а пожилой мужчина, стоящий на крыльце, благодарит её за поддержку. Валентина узнаёт его это Пётр Иванович, сосед с худощавым лицом и доброй улыбкой.
Мы соседи, улыбается он. Вы живёте у Олега и Кати? Я их часто вижу в огороде.
Я мать Олега, переехала сюда, отвечает Валентина.
Олег говорил, что вы живёте в Сибири, замечает он.
Да, одна живётся тяжело, здоровья уже нет, признаётся она.
Пётр откусывает кусок хлеба и предлагает:
Хотите? Я диетой болею, поэтому ем вчерашний, а свежий покупаю для детей.
Разговор переходит к урожаю и ценам. Валентина, желая познакомиться, приглашает Петра в гости на чай. Он соглашается, хотя сначала колеблется.
Войдите, пожалуйста, говорит она, открывая дверь в свой скромный дом. Внутри вышитые картины, цветы на подоконниках, вязаные подушки, всё говорящ
ее о тепле и заботе хозяев.
Пётр садится, замечает, что в наше время ценится только дороговизна, а живые люди исчезают.
Они пьют ароматный чай с домашними пирожками, Валентина угощает гостя. Пёс Барон лежит у двери, внимательно следит за незнакомцем, но не рычит, ведь Пётр кажется безвредным.
Разговор идёт о погоде, урожае, рыночных ценах. Валентина мечтает спросить, что заставляет Петра грустить, но боится признаться, что видит его из окна.
Пётр встаёт, но остаётся ещё немного, наслаждаясь теплом комнаты. Он вспоминает, как вчера невестка бросила ему крошку хлеба, требуя оформить дарственную.
С этого дня жизнь Валентины получает новый смысл. Утром она спешит приготовить завтрак, потом идёт в огород, где Пётр уже работает, машет ей рукой, приветствуя. Она передаёт ему приготовленную еду, а он смущённо принимает, понимая её доброту.
Накануне Пётр сообщает, что сын с семьёй утром уезжает в Крым. Валентина радуется новости:
Пусть едут, отдохнут. А вам уже пора переехать в дом, в холодную ночь в сарае нельзя спать.
Она замечает, что Пётр смущён, будто не ожидал её поддержки.
Просыпается от шума машины, видит такси у ворот, соседи выходят, хлопают калиткой, водитель помогает с багажом, и машина уезжает.
Что, Пётр Иванович не провожал их? думает Валентина.
Снова ложится, но сон не приходит. Мысли крутятся:
Почему родители всю жизнь тянутся к детям, а в старости их бросают? размышляет она, вспоминая известные истории о забытых стариках.
Подъём происходит рано. Она готовит завтрак, провожает детей, кормит Барона и Мурку, и выходит в усадьбу. Петра нет.
Видимо, он решил отдохнуть в тишине, думает она.
Она обрезает лук, слышит лишь тишину. Внезапно замечает свет в окне соседского дома, подходит, стучит, толкает дверь. Дверь приоткрывается, и она восклицает:
Пётр Иванович, кто дома?
Тишина почти глухая. Она заходит в коридор, затем в прихожую и видит на диване Петра. Его левая рука безжизненно свисает, рядом лежит баллончик с «нитроминтом» и рассыпанные таблетки. Она в панике набирает номер сына Олега, который сразу отвечает. Плачущая мать просит вызвать скорую.
Через пятнадцать минут слышит сирену, встречает врачей. Доктор проверяет пульс, зрачки, готовит шприц. Валентина понимает, что Пётр жив.
День проходит в суматохе. Она думает:
Как можно оставить отца? Ведь сын видел, как ему плохо. Может, снова был скандал, который и спровоцировал приступ? Ужас!
Вспоминает героя Шолохова, закрывшего мать в летней кухне.
Не дай Бог, иметь таких детей, шепчет она.
Через месяц Пётр выписвают из больницы. Валентина часто навещает его, кормит. Она повторяет своё любимое: «Чтобы жить, надо есть».
Пётр рассказывает, что у него есть дом, но сноха требует оформить дарственную и доверенность на пенсию. Он говорит, что если отдаст пенсию, умрёт от голода, а завещание уже написано на сына, который не знает об этом. Наследство при разводе не делится, и сын останется без крыши.
Валентина отвечает:
Хорошо, тебя скоро выпишут. У детей есть квартира, в ней никто не живёт. Внучка уже с родителями. Мы можем переехать к тебе, присматривать за квартирой. Тебе сейчас нельзя нервничать. В старину на Рязанщине не говорили «люблю», а говорили «жалею тебя». Я тебя жалею и желаю жить.
