Тоня пропалывала клумбы на огороде в деревне у Костромы, когда услышала голос, зовущий её со стороны дворовой калитки. Вытерла пот со лба, подошла и увидела незнакомку в простом платке.
Тоня, здравствуйте! У меня к вам дело, сказала женщина.
Здравствуйте. Проходите, пока чайник крутится, ответила Тоня, отгоняя в сторону вороночек.
Меня зовут Нина. Мы с вами не знакомы, но слышала, что ваш муж погиб, а у него, как говорили, есть сынмладенец, которому уже три года. Нина взглянула на Тоню, будто ищет подтверждение.
Тоня моргнула: «Сын? Какой же он может быть? Я ведь уже взрослая, а тут»
Не мой, поправила Нина, а у соседки, нашей Катерины, который был мужем вашего мужа. У неё, как я понимаю, тоже был рыжий мальчишка, похожий на отца. Документы уже готовы, но ребёнок теперь сирота.
Тоня воскликнула:
У меня уже есть две дочери, родившиеся в браке! Вы хотите, чтобы я забрала ещё одного ребёнка? Какой же наглённый вопрос!
Понимаете, он же ваш родственник по крови, попыталась объяснить Нина. А мальчик хороший, добрый, ласковый В больнице уже оформляют опеку.
Неужели вы хотите, чтобы я, вдова, взяла на себя ещё одну «наглую» обязанность? прошептала Тоня, сжав кулаки.
Нина кивнула и ушла. Тоня налила себе чай, а мысли её крутились, как чайник на плите.
После выпуска из института Тоня познакомилась с Юрием парнем с рыжими кудрями и веснушками, который любил читать стихи и рассказывать анекдоты. Он предлагал проводить её до дома, а затем они поженились, переехали к бабушке, что вскоре умерла и оставила им скромный домик.
Через пару лет у пары родились дочери Варвара и Глафира. Жизнь шла размеренно, но денег всегда не хватало. Когда Юра подсел к выпивке, Тоня пыталась бороться с его привычкой, но безуспешно. Он терял работу, а Тоня взялась за две подработки, чтобы оплачивать счета в рублях.
В конце концов она решилась на развод, надеясь переехать в Псков к одинокой тёте, где найдёт работу. Но судьба сыграла злую шутку Юра, запившийся, врезался в машину и погиб. Тоня плакала у гроба, а дочери рыжие, как отец, рыдали вместе с ней.
Вдруг в дом вошла старшая дочь Варвара, высокая и стройная, с рыжими кудрями, унаследованными от отца.
Мам, что будем есть? Мы с подругами в кино идём, а я уже голодна! спросила она, заметив печаль в мамином лице.
Тоня ответила, вздыхая:
Я только что узнала, что у тебя есть брат, которого я никогда не видела. У него, как говорят, три года, а мать умерла, и теперь он в детском доме. Мне предлагали забрать его
Варвара приоткрыла глаза:
Что? Как же Кто же эта мать? Ты её знаешь?
Нет, её зовут Катя, но я её фамилию не помню. Она была из другого села.
Что нам делать? Где теперь мальчик? У него нет родственников?
По последней информации он лежит в больнице, где готовят документы на опеку. Папа, кажется, был рыжий, как наш
Варя бросилась к столу, а вскоре к ним присоединилась младшая сестра Глафира. Тоня наблюдала за дочками, улыбаясь: обе рыжие, как их отец. Гены, говорят, не подводят.
На следующий день Варвара заявила:
Мам, мы с Леной (Глафирой) сходили в больницу посмотреть на братика. Он весёлый, щёчной, похож на нас. Плачёт, зовёт маму
Тоня возмутилась:
Как же так! Отец бросил, а теперь я должна ещё и этого ребёнка «погребать»?
Люди берут чужих детей, а наш по крови, напомнила Глафира. Он не виноват, что оказался в такой ситуации. Как же говорит старая пословица: «Дети не родители свои виноваты».
Тоня, разложив руки, возмущалась:
У меня уже хватает забот! Я работаю как заведённая, продаю овощи с грядки, кручусь, как могу, а вы хотите, чтобы я ещё и мальчика вешала себе на шее? Мне нужны деньги на учебу Лены, а теперь ещё и ребёнок
Глафира попыталась убедить мать, что если оформит опеку, получит пособие, и мальчик будет в их семье, а не в приюте.
Тоня, гнев её перемешивался с жалостью, решила сама посмотреть, кто же этот мальчик. На следующий день она пошла в больницу.
Здравствуйте, подскажите, пожалуйста, где находится мальчик Миша, три года, которого готовят к передаче в детский дом? спросила она у регистратуры.
А вы кто? Что вам нужно? спросила медсестра.
Я хочу увидеть его. Это ребёнок моего бывшего мужа от другой женщины ответила Тоня.
Медсестра кивнула и пропустила её в палату. Тоня открыла дверь и увидела крохотного Юрка точную копию своего покойного мужа: рыжие кудрявые волосы, голубые глаза. Он играл кубиками и, заметив её, улыбнулся.
Тётя А где мама? спросил он.
Мамы сейчас нет, Миша, прошептала Тоня, чувствуя, как сердце сжимается.
Я хочу домой, всхлипнул он.
Тоня, схватив его, попыталась успокоить:
Не плачь, малыш
В этот момент медсестра закричала:
Что вы делаете? Вы же не можете просто взять ребёнка!
Тоня, глядя в его глаза, произнесла:
Мишенька, не плачь, я заберу тебя к себе.
Она вышла из больницы, держа малыша на руках, и почувствовала, как уходит вся её злость, заменяясь нежностью к этому беззащитному крохе, которому было так же, как её дочкам.
Пятнадцать лет спустя Миша получил повестку в армию. Он уже взрослый, высокий парень, но всё ещё помнил, как мать говорила ему: «Слушайся командира, сынок». Он звонит ей по телефону из казармы:
Мам, всё будет хорошо! Я тебя не подведу. После службы пойду работать, как Лёша Свиридов, который в автосервисе зарабатывает хорошие рубли.
Тоня гладит его рыжие кудри, шутливо вспоминая:
Мой мастер, говорит она, поглаживая его голову.
Жизнь, словно узкая тропинка в лесу, часто бросает в самые неожиданные места. Тоня думала, что её судьба лишь очередной крест, ещё одна боль от измены. Но в тернии обиды оказался росток мальчик, которому не было вины, кроме того, что он появился на свет.
Иногда сердце видит то, что глаза упускают. Оно увидело в Мише не чужую кровь, а одинокую душу, ищущую тепла. Оно услышало не крик «чужой ребёнок», а тихий зов «мама». И Тоня, вопреки логике и страхам, протянула ему руку.
Годы показали, что доброта не жертва, а дар. Миша не стал «лишним ротом», а стал тем, кто поливает огород, пока Тоня пропалывает грядки, тем, кто смешит дочерей в тяжёлые дни, тем, кто, вырастая, говорит: «Спасибо, мам», и в этих словах звучит вся вселенная.
