Два года я была для его мамы просто сиделкой
Меня зовут Анна Сергеевна, и мне удалось выйти замуж за, казалось бы, солидного мужчину Андрея Петровича. Все мои подруги мне искренне завидовали. Андрей владел собственной компанией, у него был роскошный особняк в Подмосковье, три иномарки и добротная дача на берегу озера. И всё это в тридцать два года.
Я только что закончила университет, проработала год учительницей младших классов. Летом мы сыграли свадьбу. После свадебного праздника Андрей настоял, что незачем мне работать за копейки, лучше оставаться дома и готовиться к рождению наследников. Я не спорила.
Первые двенадцать месяцев семейной жизни казались мне сказкой. Мы с Андреем много путешествовали по России, привезли ворох воспоминаний и кучу дорогих обновок. Только носить их было особо некуда. Мои подружки работали не покладая рук и занимались домом по выходным. Андрей же постоянно бывал на деловых ужинах и встречах, но ни разу не пригласил меня с собой.
Скоро мне стало скучно и тоскливо. Я не могла забеременеть, чувства к мужу начали угасать. День за днем, закончив дела по дому, я блуждала из комнаты в комнату и думала, что ждет меня дальше. Прошел еще один год. Андрей почти не появлялся днем, приходил домой поздно, раздраженный, усталый, жаловался, что дела идут неважно.
Сначала он настоятельно попросил меня экономить рубль за рублем. Потом стал требовать отчет по всем расходам: проверял чеки, убеждал, что могли бы жить вполовину дешевле. Я переживала, хотела опять устроиться учительницей, но в местной школе мест не нашлось.
Записалась на курсы, но вскоре тяжело заболела его мать. Пришлось ухаживать за ней два года. Андрей перевез маму к нам, полностью отдав заботу о ней мне. Все домашние хлопоты, уход только на моих плечах. Муж все реже появлялся, задерживался до ночи.
Когда свекровь умерла, Андрей будто совсем отдалился, почти не разговаривал со мной, замкнулся, стал чужим. Смотрел в пустоту, избегал встреч, погрузился в работу, домой возвращался под утро, а то и оставался на ночь на даче.
Я терялась в догадках, пока не решилась зайти в старую квартиру свекрови, где не была давно. За дверью вдруг услышала детский плач Удивилась думала, там все давно пусто. Позвонила и мне открыла молодая девушка. Оказалось, Андрей еще до болезни своей матери завел вторую семью, а потом поселил их в маминой квартире.
Это был удар. Я поняла спасти этот брак невозможно. Собрала маленькую сумку, уехала к тете в Ярославль, оставив всё, что напоминало о прежней жизни. Не хотелось, чтобы хоть одна вещь ассоциировалась с этим несчастливым браком и всем, что в нем было не такЯрославль встретил меня тихо зелёными аллеями, запахом свежевыпеченного хлеба и уютом старой квартиры тёти Веры. Первое время я просто спала, много гуляла вдоль Волги, смотрела на отражение в воде и старалась понять: каким образом можно начинать жизнь снова, когда, кажется, всё разбито.
Через пару месяцев я устроилась в школу. Детский смех, их вопросы, удивление и открытые лица наполнили мою жизнь смыслом, который давно потерялся за высокими заборами и новенькими машинами. К сентябрю в моём классе рисовали, смеялись, спорили жили, в отличие от того пустого дома, где всё казалось чужим.
Андрей ни разу не позвонил, и я не ждала. Иногда моё сердце всё ещё дрожало от былых обид, но в душе словно теплился огонёк надежда, что настоящая жизнь начинается не с чужих вещей, а с собственного выбора быть собой.
Однажды на родительском собрании тёмнокудрый мальчик вцепился в мою руку:
Анна Сергеевна, вы хорошая. Почему вы всегда улыбаетесь?
Спросил так просто, по-детски. Я улыбнулась:
Потому что я снова дома, Иван.
И поняла: иногда приходится потерять всё, чтобы наконец обрести себя.
