Ксюша, ты вообще уже пылесос вытаскивать разучилась? Эта пыль меня просто с ума сводит, я чихаю уже третий раз за утро! Смотри, прям ковром всё лежит…
Ксения крепко сжала пальцы в кулак под столом, пока следила, как Тамара Васильевна, её свекровь, в очередной раз устраивает «ревизию» квартиры с лицом постороннего санитарного врача. Она шла от угла к углу, поджимала губы возле каждой полки и, недовольно хмыкая, находила «пыль» даже на идеально чистом подоконнике. А уж разбросанные игрушки её доводили просто до кипения. За три года таких визитов дни прихода Тамары Васильевны превратились для Ксюши в настоящее испытание на прочность.
Я вчера тут по всей квартире убиралась, пыль вытирала, пылесосила, спокойно пыталась объяснить Ксения. Дети с утра всё равно уже игрушки по всей комнате раскидали.
Убирать надо не когда тебе удобно, а когда нужно! Вот я в твои годы…
Тамара Васильевна плюхнулась в кресло, чуть не с короной на голове прямо как царица, решившая поговорить с холопами. Пальцем проверила подлокотник на «пыль», скривилась.
У меня полы блестели так, что губы подкрашивать могла по отражению! И дети всегда в выглаженных платьях, без единой складки. У меня был такой порядок, хоть фотографируй! Николай Петрович, мой покойный муж, если и устраивал проверки никогда и ничего не находил! Вот так вот.
Ксения пыталась не закатывать глаза этот рассказ про сверкающие до блеска полы она слышала уже раз сто, если не больше.
А что на обед детям сегодня давала?
Овощной суп.
О, интересно! Он в холодильнике? Сейчас попробую
Свекровь скрылась на кухню, достала кастрюлю, нюхнула, зачерпнула ложку, попробовала с такой миной, будто ей кислую щи предложили.
Пересолила. И моркови слишком много. Детям столько морковки зачем? Не кролики же Я Лёнчику в детстве совсем по-другому суп варила ел до последней ложки, ещё и добавку просил.
Ксения только махнула рукой спорить бессмысленно.
А на завтрак чем кормишь? Опять своими магазинными хлопьями? Я же сто раз говорила только нормальная крупа из пакета! Вот Инна, жена Стаса, всегда гречку с вечера замачивает, утром пару минут и завтрак готов. Дети у неё вообще не болеют.
Инна снова идеальная Инна с вечной замоченной гречкой.
Тамара Васильевна, овсяные хлопья ведь тоже крупа, просто быстрого приготовления.
Ой, не говори глупости! Всё этот ваш фастфуд Наши матери и слова-то такого не знали! Всё готовили сами, стояли у плиты часами!
Быстро прошлась взглядом по детской.
Кстати, вы во сколько детей спать укладываете? Я вчера в девять звонила Лизка ещё не спала.
В полдесятого обычно.
Поздно! Я Лёню в восемь клала. И не пикал, и не капризничал. Потому что дисциплина была. А у вас бардак, потакаете
Ксения тихо сжала зубы. Как же хотелось объяснить, что сейчас совсем другие подходы, психологи советуют по-другому, что Лизка и Ваня это не Лёня тридцать лет назад. Но Тамара Васильевна слышит только себя, кого ты переубедишь.
И эти ваши модные кружки Лепка, рисование, пустая трата времени. Я Лёню в бассейн отдала, и на шахматы вот это настоящее развитие! А рисовать можно и дома зачем деньги зря переводить?
Лизе очень нравится рисовать, у неё талант
Ой, да ладно! Талант! В студии вам лишь бы денег заработать, а в четыре года какой там талант?
Села обратно руки на колени.
Скажу прямо, Ксюш, вы, современные мамочки, совсем распустились. Только в телефоне сидите, интернет глотаете, о доме забыли, дети невоспитанные, мужья голодные. Вот Инна молодец: работает, везде порядок, троих детей вырастила. А у тебя двое и то не справляешься.
Опять Инна Святая Инна с безупречным бытом.
Я тоже, между прочим, работаю, Тамара Васильевна.
Ну да, знаю. Сидишь целый день за компом своей, пальцы по клавишам стучишь! Это работа? Вот я в твоём возрасте трое детей, огород, хозяйство и всё сама! И со свекровью никогда не спорила, уважала, слово поперёк не говорила.
Ксюша хотела объяснить, что у неё работа вообще-то со сложными проектами, что отчётов куча, деньги хорошие, но всё разбивалось об снисходительную улыбку Тамары Васильевны и покачивание головой: мол, ничего не понимаешь, девочка.
Каждый визит как экзамен, провалить который Ксеня была обречена, что бы ни делала. Всегда что-то не так: полотенца сложены не тем углом, чай слишком горячий, цветы не растут, занавески надо постирать. За три года Ксению будто выжали досуха, но всё ради Андрея и ради мира в семье.
В тот день Тамара Васильевна явно была не в духе: сразу шмыгнула на кухню, недовольно цокнула языком из-за грязной сковороды в раковине.
Петя, сын, четырёх лет, макал ложку в суп и хмурился:
Не хочу! Не вкусно!
Ну вот! с торжеством развела руками свекровь. Видишь? Я же говорила суп ребёнок не ест, потому что ты не умеешь готовить. Сейчас тебе объясню, как надо варить суп для детей. Курицу возьми только не магазинную, а домашнюю…
Что-то внутри Ксюши как будто лопнуло. Незаметно, тихо, но ясно и отчётливо.
Годы этих упрёков, унижений, сравнения с Инной, постоянные «подколы» и вздохи всё это вскипело. Вот только сейчас до предела.
Ксюша медленно поднялась из-за стола, посмотрела на свекровь твёрдо и спокойно, но совсем иначе, чем раньше.
Тамара Васильевна, вот скажите, вы когда замуж выходили вы в дом к мужу пришли или он к вам?
Свекровь зависла с ложкой на весу.
Что?..
Я спрашиваю вы к мужу?
К к мужу, конечно Но при чём тут
А я, между прочим, Андрея сюда привела, в эту квартиру трёшку. Купленную на свои деньги, на заработанные, между прочим, тем самым «стуканьем по клавишам».
Свекровь посерела.
Так что я решаю, какой суп будем варить, во сколько дети ложатся и какими кружками занимаются. Ещё хотела спросить а вы сами сколько зарабатывали? Или всю жизнь на зарплату мужа жили, хозяйство вели?
Тамара Васильевна аж покраснела.
Да как да я Ты как со мной разговариваешь?!
Я просто спрашиваю. Кстати, моя зарплата сто восемьдесят тысяч рублей. Это, если что, в два раза больше, чем у Андрея. Так что, прежде чем вы меня снова захотите поучить вспомните об этом.
На кухне повисла тишина. Даже Петя супу забыл ложкой мешать и уставился то на маму, то на бабушку.
В этот момент хлопнула входная дверь. Андрей вернулся с работы, замер на пороге, уловил атмосферу.
Андрюш, ты слышал, как твоя жена меня обидела? Оскорбила! Меня! Мать твою!
Стоп, поднял руку Андрей. Подожди. Ксюш, что за история?
Ксения тихо, устало рассказала ему про три года. Про сравнения с Инной. Про постоянную критику. Про то, что в каждом её деле находили повод для замечаний. Про вечное вмешательство.
Андрей слушал молча. Ксения видела, как лицо мужа меняется: от недоумения к пониманию, потом к неловкости. Он по-своему хмурился, потер переносицу.
Андрюша, неужели ты веришь этой… и тут Тамара Васильевна осеклась.
Мам, впервые строго сказал Андрей. Ты правда три года Ксюшу поучала?
Я? Я советы давала, добра желала! А она на меня
Советы по поводу супа, по поводу занятий, пыли, сна Всегда, да?
Свекровь открыла рот, но Андрей не дал ей слова сказать.
Я замечал, что Ксюха после твоих визитов не в себе ходит. Думал, устает. А она вот с этим всем жила. Просто чтобы мы с тобой не ссорились.
Андрей!
Мам Если будешь продолжать так себя вести путь в наш дом тебе закрыт.
Тамара Васильевна оцепенела, до белых костяшек вцепившись в стол.
Ты серьезно? Из-за неё?!
Из-за своей жены, спокойно проговорил Андрей. Матери моих детей. Человека, который этот дом купил. И три года терпел, не жаловался. Поэтому да, абсолютно серьёзно.
Почти полминуты свекровь смотрела на сына, потом рывком схватила сумку, на пороге резко обернулась. Губы подрагивали, глаза горели, но лицо Андрея не оставляло ей шанса. Только махнула рукой и хлопнула дверью.
Повисла тишина, на кухне тикали часы и что-то рылось в супе маленькой ложкой.
Андрей подошёл, обнял жену, крепко прижал. Ксюша уткнулась лбом ему в грудь и только сейчас поняла, как будто сбросила огромную тяжесть.
Почему ты столько молчала? шептал муж ей в макушку, поглаживая спину. Три года, Ксюша
Не хотела вас ссорить. Это же твоя мама
Ты моя семья. Ты и дети. У мамы теперь выбор: принять это, или не видеть внуков.
Ксения посмотрела на мужа и вдруг сама улыбнулась впервые за три года было по-настоящему легко.
Мам, мам! затороторил Петя, бабушка ушла? А суп можно не есть?
Они с Андреем переглянулись и рассмеялись. От души, вместе, как не смеялись давно.
Суп всё-таки доешь, сказала Ксюша. А вот завтра я сварю твой любимый, обещаюПетя надув губы, снова взял ложку, но уже без прежней обиды, а Ксюша вдруг почувствовала, что воздух в доме стал чище, свободнее будто с открытым окном пришла новая весна.
Андрей сел рядом, взъерошил петины волосы и с заговорщическим видом прошептал:
Если честно, я бы этот суп тоже не доел… Может, после по мороженому?
Петя просиял. Даже Лизка выглянула из своей комнаты с листком в руках:
Мама, смотри, я нарисовала это мы, все вместе!
Ксюша взяла рисунок. Там был их дом, солнце, и четыре улыбающихся человечка с разноцветными сердечками на груди. Она неожиданно для себя заплакала но это были такие тёплые, светлые слёзы. От облегчения, от счастья, от того, что больше не надо прятаться в согнутой спине и в невысказанных словах.
Ну вот, растерянно улыбнулась она сквозь слёзы, ваш суп совсем пересолила… А теперь, кажется, пересолила и себя.
Андрей обнял её за плечи, Лизка прижалась сзади. За окном разгорался закат.
Ксюша подумала всё получится. Теперь их дом будет таким, каким они его сами создадут: с игрушками по углам, порой неидеально чистым, но наполненным смехом, поддержкой и самым настоящим теплом. Она впервые по-настоящему поверила в это.
А на следующий день они купили мороженое, разбросали на полу кучу карандашей, а вечером смеялись, играя всей семьёй в смешную настольную игру и никто уже не вспоминал о пыли на подоконнике.
Дом наконец стал их крепостью не из идеального порядка, а из любви.
