В нашей семье четыре поколения мужчин работали на железной дороге! А ты что принесла? спросила с упрёком Людмила Васильевна, с шумом бросая на стол результат УЗИ. Одни мужчины машинисты, деды, прадеды! А ты?
Вареньку, тихо ответила Анна, гладя свой округлившийся живот. Назовём её Варей.
Варвара… протянула свекровь. Ну хоть имя приличное. Только какой с неё прок? Кому Варя нужна будет?
Владимир сидел с телефоном, делая вид, что занят. Жена спросила его мнение, а он лишь пожал плечами:
Что есть, то есть. Вдруг в следующий раз мальчик будет.
Анна ощутила, как внутри всё сжалось: следующий? А эта девочка что, тренировка?
Варя родилась в январе крошечная, с огромными глазами и копной тёмных волос. Владимир приехал только на выписку, принёс букет гвоздик и пакет с детскими вещами.
Красивая, проговорил он, осторожно заглядывая в коляску. На тебя похожа.
А нос твой, улыбнулась Анна. И подбородок упрямый.
Да ладно, отмахнулся Владимир. Все дети такие в этом возрасте.
Дома их встретила Людмила Васильевна с кислым лицом.
Соседка Мария спрашивала, кто родился внук или внучка. Мне стыдно было отвечать, проворчала она. В моём возрасте уже не до кукол…
Анна закрылась в детской и беззвучно плакала, прижимая дочку к груди.
Владимир стал работать ещё больше. Подрабатывал то у соседей, то на ещё одной смене. Говорил, что семья дорогое удовольствие, особенно с ребёнком. Домой приходил поздно, усталый и немногословный.
Она тебя ждёт, напоминала Анна, когда муж проходил мимо детской даже не заглянув. Варя оживляется, когда слышит твои шаги.
Я устал, Аня. Завтра на работу рано.
Но ты даже не сказал ей ни слова
Она маленькая, не поймёт.
Но Варя понимала. Анна замечала, как дочка поворачивает головку к двери, когда слышит папины шаги, а потом долго смотрит в пустоту, когда шаги стихают.
В восемь месяцев Варя заболела. Сначала температура поднялась до тридцати восьми, потом до тридцати девяти. Анна вызвала скорую, но врач сказал, что жар пока можно сбивать дома. К утру температура поднялась до сорока.
Володя, проснись! Анна тормошила мужа. Варе совсем плохо!
Сколько времени? Владимир с трудом разлепил глаза.
Семь утра. Я всю ночь с ней не спала. Поехали в больницу!
Так рано? Может, до вечера подождём? У меня важная смена сегодня
Анна смотрела на него, как на чужого.
У твоей дочки температура под сорок, а ты думаешь о смене?
Ну она же не умирает! Дети часто болеют.
Анна вызвала такси сама.
В больнице Варю сразу поместили в инфекционное отделение. Подозревали тяжёлое воспаление нужна была спинномозговая пункция.
Где отец? спросил заведующий. Для процедуры требуется согласие обоих родителей.
Он работает. Обещал скоро быть.
Анна весь день пыталась дозвониться Владимиру. Телефон был выключен. Только в семь вечера он ответил.
Ань, я в депо, дел много
Володя, у Вари подозрение на менингит! Нужна твоя подпись! Врачи ждут!
Какой менингит? Какая пункция? Ничего не понимаю
Приезжай срочно!
Не могу, у меня смена до одиннадцати, а потом с мужиками договорились…
Анна молча отключилась.
Согласие подписала одна как мать имела право. Пункцию делали под общим наркозом. Варя казалась такой маленькой на широкой каталке.
Завтра будут результаты, сказал врач. Если подтвердится менингит, придётся лежать тут месяц-полтора.
Анна осталась ночевать в больнице. Варя лежала под капельницей бледная, почти неподвижная, только грудка еле поднималась.
Владимир зашёл только на обед следующего дня. Неголёный, помятый.
Ну как там… как дела? неуверенно спросил он, стоя у порога.
Плохо, коротко ответила Анна. Результаты ещё не готовы.
А что ей делали? Это… пункцию?
Да. Из спины брали жидкость на анализ.
Владимир побледнел.
Больно ей было?
Под наркозом. Не чувствовала.
Он подошёл к кроватке и застыл. Варя спала, её маленькая рука лежала на одеяле, к запястью примотан катетер.
Она такая маленькая пробормотал он. Я не думал
Анна молчала.
Результаты пришли хорошие менингита нет. Обычная вирусная инфекция, но с осложнениями. Можно лечиться дома под присмотром.
Повезло вам, сказал заведующий. Ещё бы чуть-чуть потянули было бы хуже.
По дороге домой Владимир молчал. Только когда подъезжали к дому, тихо спросил:
Я… я правда такой плохой отец?
Анна перекладывала спящую Варю поудобнее и посмотрела на мужа.
А как ты сам считаешь?
Я думал, времени ещё полно. Что она маленькая, ничего не понимает А когда её с трубками увидел, понял могу потерять. И что есть что терять.
Володя, ей нужен отец. Не просто человек, который приносит деньги. Отец тот, кто знает, какое у дочки любимое имя, кто знает, какие у неё любимые игрушки.
Какие? глухо спросил он.
Резиновый ёжик и погремушка с бубенчиками. Когда ты приходишь домой, она всегда ползёт к двери. Ждёт, что ты возьмёшь её на руки.
Владимир потупился.
Я не знал…
Теперь знаешь.
Дома Варя проснулась и заплакала тонко, жалобно. Владимир хотел подойти, но замер, неуверенно посмотрел на жену.
Можно? спросил он.
Она твоя дочь.
Он осторожно взял Варю на руки. Девочка всхлипнула и утихла, разглядывая отца большими серьёзными глазами.
Привет, крошка, прошептал Владимир. Прости меня, что не был рядом, когда тебе было страшно.
Варя потянулась ручкой к его лицу и коснулась щеки. Владимир сжал челюсти от непонятного чувства в груди.
Папа, вдруг чётко сказала Варя.
Это было её первое слово.
Владимир повернулся к Анне с круглыми глазами.
Она она сказала
Говорит уже неделю, улыбнулась Анна. Но только когда тебя нет. Видимо, ждала момента.
Вечером Варя уснула у отца на руках. Он осторожно переложил её в кроватку. Девочка не проснулась, только покрепче сжала его палец во сне.
Она не хочет отпускать, удивился Владимир.
Боялась, что опять пропадёшь, объяснила Анна.
Он ещё полчаса сидел у кровати, не решаясь освободить палец.
Завтра возьму выходной, сказал он тихо. И послезавтра тоже. Хочу хочу научиться быть её папой по-настоящему.
А работа? Сверхурочные?
Будем жить чуть скромнее, найду другой способ. Главное не пропускать, как она растёт.
Анна обняла его.
Лучше поздно, чем никогда.
Я бы не простил себе, если бы что-то случилось, а я даже игрушки её любимые не знал… Или что она умеет говорить «папа», тихо шептал Владимир, глядя на спящую дочку.
Через неделю, когда Варя окончательно поправилась, они всей семьёй пошли в парк. Девочка сидела на плечах у папы и громко смеялась, хватая руками жёлтые листья.
Смотри, какая красота, Варюша! показывал ей Владимир на золотые клёны. А вон там белочка!
Анна шла рядом и думала: бывает, чтобы понять ценность, нужно чуть не потерять самое дорогое.
Дома их встретила Людмила Васильевна всё с тем же недовольством.
Володя, Мария сказала: её внук уже в футбол гоняет. А твоя только в куклы играет
Моя дочь самая лучшая на свете, спокойно ответил Владимир, садя Варю на пол и протягивая ей резинового ёжика. И куклы это замечательно.
Но ведь род оборвётся
Не оборвётся. Проживёт по-новому, но будет жить.
Людмила Васильевна хотела что-то возразить, но Варя подползла к бабушке и подняла ручки.
Баба! позвала девочка и широко улыбнулась.
Свекровь растерянно взяла внучку на руки.
Она… она ведь говорит! удивилась она.
Наша Варя умная, с гордостью подтвердил Владимир. Правда, доча?
Папа! радостно ответила Варя и хлопнула в ладоши.
Анна смотрела на эту сцену и думала: счастье иногда приходит через боль и испытания. И самая большая любовь та, что подходит не сразу, а созревает тихо, через страх и слёзы.
Вечером, укладывая дочку спать, Владимир напевал ей колыбельную. Голос был низкий, хрипловатый, но Варя слушала с круглыми широко раскрытыми глазами.
Ты никогда раньше ей не пел, заметила Анна.
Много чего раньше не делал, улыбнулся Владимир. Теперь у меня есть время наверстать.
Варя уснула, всё так же держась за папин палец. Владимир и не пытался вытащить руку сидел в темноте, слушая её дыхание и думая: как же много можно потерять, если не остановиться вовремя и не увидеть рядом самое важное.
А Варя спала и улыбалась во сне теперь она знала: папа никуда больше не уйдёт.
Иногда судьбе нужен не просто выбор, а большое испытание, чтобы пробудить в человеке лучшие чувства. А вы верите, что человек может измениться, если вдруг поймёт, что может потерять самое дорогое?
