Не дождалась
Я подаю на развод, совершенно спокойно произнесла Зинаида, ставя кружку чая перед мужем. Вернее, уже подала.
Сказано это было так ровно, как будто она обсуждала утренний маршрут или меню на обед. Что-то вроде: «Сегодня суп будет борщом».
Можно узнать, с какого… эх, ладно, не при детях, Игорь, заметив тревожные взгляды сыновей, сбавил голос и старался говорить максимально мирно. Что я такого сделал? И вообще, детям нужен отец.
Думаешь, я не найду другого папу для них? с демонстративной усмешкой Зинаида закатила глаза. Что не так? Да всё! Хотела спокойной жизни, как на тихом берегу озера, а вышло будто всё время по бурной реке плыву!
Так, пацаны, поели? продолжать разговор при сыновьях Игорь не собирался. Живо играть! И не подслушивать! велел он, зная, как любят мальчишки подслушивать взрослые разговоры. Теперь можем поговорить.
Зинаида презрительно поджала губы: опять командует, выставляет себя отцом года…
Мне надоела такая жизнь, раздражённо заявила она. Не желаю больше по восемь часов на работе проводить, перед начальством и клиентами лебезить… Хочу высыпаться, по бутикам ходить, по салонам красоты! А ты не можешь мне этого дать. Всё, хватит. Я тебе десять лет жизни отдала.
Может, без высокопарных фраз? сухо перебил её Игорь. Не ты ли десять лет назад вся извелась, лишь бы за меня выйти? Я жениться тогда не спешил…
Ошиблась, бывает…
Развелись быстро и без скандалов. Сыновей Игорь, скрепя сердце, оставил Зинаиде под условием обязательных совместных выходных и всех каникул. Она согласилась, даже не торгуясь.
Прошло полгода. Игорь познакомил сыновей с новой женой. Весёлая, гостеприимная Людмила сразу покорила мальчишек они ждали каждой встречи с отцом, что жутко возмущало мать.
А больше всего её злило то, что Игорю повезло: наследство от какого-то двоюродного дяди, шикарный загородный дом, жизнь как в шоколаде. Работать он не бросил, алименты платил скромные зато самостоятельно собирал мальчиков к школе и баловал их дорогими игрушками и гаджетами. Даже алименты и те сам контролировал!
Почему же она не дождалась всего полгода? Представь себе, если бы Зинаида знала, как всё повернётся… Вот бы она вывернулась!
Впрочем, может, не всё потеряно?..
********************
Может, чайку? Как раньше, с загадочной улыбкой предложила Зинаида, кокетливо накручивая прядь каштановых волос. Новое платье подчеркивало фигуру, макияж словно вычеркнул пару лет… Чего стоило ей добиться такого образа!
Мне некогда, безо всяких эмоций бросил Игорь, едва взглянув на бывшую жену. Мальчики собраны?
Да что-то ищут, задержатся ещё на десять минут, уж я знаю, разочарованно вздохнула она, но сдаваться не собиралась. Может, вместе Новый год встретим? Коля с Юрой полдня ёлку украшали.
На суде решили каникулы мои. Будем праздновать в деревне у Любы снег, лыжи, сноуборды. Она всё устроила.
Но это семейный праздник…
Вот именно. Семьёй и отметим. Захочешь возражать заберу пацанов насовсем.
Как только за мужем и счастливыми сыновьями захлопнулась дверь, Зинаида зло разбила дорогую вазу ту самую, свадебную. Эта Люба опять жутко довольна, мальчиков встречает, будто обрадована, а сама, небось, дни считает до их возвращения! Зинаиде-то хорошо известно, какие у неё хлопотные дети…
А ведь это идея! Женщина хитро улыбнулась. Всё исправимо. Вскоре все деньги Игоря снова будут в её руках…
********************
Это что ещё? удивлённо вскинул брови Игорь, заметив у порога чемоданы.
Как что? Вещи Колины и Юркины, Зинаида ногой пододвинула большой чемодан, он чуть не опрокинулся. Раз уж ты наладил личную жизнь пора и мне. Мало найдётся мужчин, кто чужих детей растить станет. Так что сыновья теперь живут с тобой. В опеке я уже была, заявление написала осталось оформить до конца. Сам разберёшься, а я еду на отдых с новым кавалером.
Шокированный муж наблюдал, как Зинаида, не оборачиваясь, медленно уходит к машине. Интересно, насколько хватит терпения у «праведницы» Любы? Неделя, две не больше! А Игорь, коли выбирать придётся, детей не бросит. Вернётся к ней, вместе со всем достатком…
Прошла неделя. Месяц. Второй. Но ни одного звонка с требованием забрать мальчиков не дождалась. Судя по разговорам, Людмила ни разу даже не повысила на них голос. Не может быть! Эти двое вдруг стали идеальными? Маловероятно!
И как мальчишки, справляетесь? Не устали? наконец, не выдержала Зинаида и позвонила.
Молодцы, голос Игоря потеплел, стоило речь зайти о сыновьях. Воспитанные, послушные, помогают. Просто золото.
Правда? удивилась она. А у меня постоянно бедокурили…
Так с детьми заниматься надо, презрительно фыркнул он. А ты только в телефоне сидела. И, кстати, сообщаю мы переезжаем. Хочешь могу привозить мальчиков на каникулы.
Но это же и мои дети!
Сама их мне оставила, откровенно рассмеялся Игорь. Какая из тебя мать!
Зинаиде оставалось только кусать локти. Мужа вернуть не удалось, с новым ухажёром не задалось, да и мальчики теперь далеко правда, по ним она особенно и не скучала, уж больно привыкла жить только для себя.
Вот она, русская несправедливость: проработать десять лет и упустить шанс жить в достатке всего за полгода до полной и безбедной жизни…
НесправедливоНо однажды вечером, устроившись с чашкой ароматного кофе на балконе своей опустевшей квартиры, Зинаида поймала себя на странном чувстве не зависти, не злости, а какой-то невесомой, едва уловимой тоски. За окнами мерцали огни чужие вечеринки, чужие заботы и смехи. В телефоне не было ни одного нового сообщения, и никто не спросил, как у неё дела.
Зинаида смотрела на дальние огни и, вдруг, впервые за много лет, ощутила, как вокруг тихо. Слишком тихо. Не звякнули чашки, не хлопнула дверь, не хлопнули мальчишеские ладошки по подушкам лишь её собственное сердце отбивало неспешный, чужой ритм.
Бестолковые ночные мысли ворочались в голове: неужели она сама, добровольно, отказалась от всего, ради чего так изнуряла себя, работая, мечтая, выторговывая счастье наперекор судьбе? Неужели, пока торопилась жить, проглядела свою тихую гавань?
Через стекло балконной двери на полу белым мягким клубком лежала собака соседей и то больше семейного тепла, чем в нынешней жизни Зинаиды.
Вздохнула горько, поднялась и стала нервно убирать кухню из чисто женской привычки хотя бы что-то контролировать. Но даже привычные движения не приносили ни умиротворения, ни забвения. Всё казалось: вот-вот войдут в комнату мальчики, разметают ботинки по прихожей, потребуют ужина, расскажут про новые шалости, и дом оживёт. Но за дверью оставалась только чужая, равнодушная тишина.
Она посмотрела на свадебную фотографию, давно запрятанную в ящик, и вдруг поняла счастье ведь никогда не было где-то далеко. Оно было здесь, рядом, просто нужно было дождаться. Но теперь уже поздно.
В тот вечер Зинаида уснула рано, впервые за долгое время не строя планов, не прокручивая варианты мести, не надеясь вернуть утраченное. Во сне её вновь окружали голоса сыновей и смех мужа только теперь они были еле слышными, как эхо ушедшего лета. И когда утром она проснулась в своей тишине, поняла: иногда самое сложное не ждать чего-то большого, а заметить и сохранить то, что уже есть.
А за окном вставал новый день. Только для Зинаиды он был совсем другим и вернуть его, как вчерашних детей, уже было невозможно.
