Ты меня обманула! закричал Николай, стоя посреди гостиной, багровый от злости.
В каком смысле обманула?
Ты знала! Знала, что у тебя не может быть детей, и всё равно вышла за меня!
Ты будешь самой красивой невестой, говорила мама, поправляя фату, и Анфиса улыбалась своему отражению в зеркале.
Белое платье, кружево на рукавах, строгий костюм Николая. Всё должно было быть именно так, как она грезила с пятнадцати лет: большая любовь, свадьба, дети. Много детей. Николай мечтал о сыне, она о дочери, и договорились на троих, чтобы никому не было обидно.
Через год уже нянчить внуков буду! вздыхая, повторяла мать, смахивая слёзы.
Анфиса верила каждому слову.
Первые месяцы брака промчались в счастливом тумане. Николай возвращался с работы, она встречала его ужином, они засыпали, обнявшись. Каждый день Анфиса возбуждённо отмечала числа на календаре: задержка? Нет, показалось. Ещё месяц. Ещё. Ещё
К зиме Николай перестал спрашивать «ну что?» с надеждой в голосе. Теперь он молча смотрел на неё, когда Анфиса выходила из ванной.
Может, к врачу съездим? предложила она в феврале, прошёл почти год.
Давно пора, буркнул он, не отрываясь от телефона.
Клиника пахла хлоркой и безысходностью. Анфиса сидела в очереди среди женщин с потухшими глазами, листала глянцевый журнал про счастливое материнство и всё думала, что это ошибка. С ней всё в порядке. Просто пока не повезло.
Анализы. УЗИ. Снова анализы. Названия процедур сливались в одно бесконечное течение, среди тусклых ламп и равнодушных лиц медсестёр.
Шанс естественно забеременеть около пяти процентов, ровно сказала врач, глядя в карточку.
Анфиса кивала, что-то записывала в блокнот, задавала вопросы. А внутри всё замерло, как вечной зимней ночью.
Лечение началось в марте. Вместе с ним пришли перемены.
Опять плачешь? Николай стоял в дверях спальни с раздражением.
Это гормоны.
Уже третий месяц! Может, хватит притворяться? Надоела!
Анфиса хотела объяснить, что это действие терапии, что врачи пообещали результат через полгода, но Николай уже хлопнул дверью.
Первое ЭКО назначили осенью. Две недели она почти не вставала с кровати, боясь спугнуть чудо.
Результат отрицательный, с сухостью сообщила медсестра по телефону.
Анфиса осела прямо на пол в коридоре и просидела так до вечера, пока не пришёл Николай.
Сколько мы уже потратили на всё это? услышала она вместо «как ты?».
Я не считала.
А я считал. Почти миллион рублей. И результат где?
Она не ответила
Вторая попытка. Теперь Николай возвращался за полночь, от него пахло чужими духами, но Анфиса не спрашивала. Не хотела знать.
Снова отрицательный результат.
Может, пора остановиться? сидя напротив за кухонным столом, Николай вертел в руках пустую кружку. Сколько можно?
Врачи говорят, что третья попытка часто бывает удачной.
Врачи говорят то, за что им платят!
В третий раз она проходила через всё почти одна. Николай каждый раз «задерживался на работе», подруги устали утешать, даже мама по телефону рыдала: такая молодая, за что ж всё это…
Когда медсестра в третий раз произнесла: «К сожалению», Анфиса не плакала. Слёзы закончились между вторым курсом лечения и очередным скандалом изза денег.
Ты меня обманула!
Николай снова стоял у разбитых надежд.
В каком смысле?
Ты знала! Знала, что бесплодна, и всё равно вышла за меня!
Я не знала! Диагноз поставили через год после свадьбы, ты сам был у врача
Не ври мне! Он шагнул к ней, Анфиса инстинктивно отступила. Ты специально всё подстроила! Нашла дурака, а потом сюрприз детей не будет!
Коля, пожалуйста
Всё! он схватил вазу со стола и швырнул в стену. Я заслуживаю настоящую семью! С детьми! А не вот это вот!
Он показывал на неё, словно она была уродством.
Скандалы стали ежедневными. Николай приходил злой, молчал весь вечер, а потом взрывался из-за мелочей пульт не на месте, пересоленный суп, слишком громко дышит.
Мы разводимся, объявил он утром.
Нет! Коля, мы можем усыновить, я читала…
Не нужна мне чужая! Мне нужна своя, и жена, которая может родить!
Дай мне ещё один шанс! Прошу! Я тебя люблю.
А я тебя уже нет.
Он сказал это спокойно, глядя ей в глаза. Это было больнее всех его криков.
Я собираю вещи, сказал он в пятницу вечером.
Анфиса сидела на диване, завернувшись в плед, пока он кидал рубашки в чемодан. Но уйти молча он не мог.
Ухожу, потому что ты пустоцвет.
Коля вдавливал сапогом по живому.
Найду себе нормальную женщину.
Анфиса молчала
Дверь захлопнулась. Квартира погрузилась в тишину. И только тогда она заплакала впервые за долгие месяцы по-настоящему. Выла, пока не осипла.
Первые недели после развода слились в серое пятно. Анфиса вставала, пила чай, ложилась снова. Иногда забывала поесть, иногда не помнила дни недели.
Подруги приходили, приносили еду, убирали квартиру, пытались разговаривать она кивала, соглашалась, снова пряталась в плед и смотрела в потолок.
Но время шло. Шаг за шагом. И однажды утром Анфиса проснулась с мыслью: хватит.
Она приняла душ, выбросила все лекарства из холодильника и записалась в спортзал. На работе взяла новый, сложный проект на три месяца.
В выходные начала ездить в музейные экскурсии, потом в короткие поездки: Тверь, Ярославль, Суздаль Жизнь не остановилась.
Дениса она встретила в книжном. Оба потянулись за последней новинкой Пелевина.
Дамам вперёд, улыбнулся он, уступая.
А если уступлю я, а вы пригласите меня на кофе? неожиданно ляпнула Анфиса.
Он рассмеялся, и этот смех согрел её изнутри.
За чашкой он рассказал о Даше дочери семи лет, которую воспитывает один уже пять лет, после того как не стало супруги.
О том, как тяжело было первое время: Даша по ночам звала маму, как он учился плести косички по роликам на YouTube.
Ты хороший отец, сказала ему Анфиса.
Стараюсь.
Она не хотела его обманывать. На третьем свидании, когда поняла, что всё серьёзно, что Денис не случайный знакомый, призналась.
Я не могу иметь детей. Официальный диагноз, три неудачных ЭКО, муж ушёл. Если это важно лучше сейчас узнать.
Денис долго молчал.
У меня есть Даша, наконец сказал он. Мне нужна ты, даже если общих детей не будет.
Но
Ты сможешь, вдруг произнёс он.
В смысле?
Быть мамой. Сможешь, если захочешь. Моей маме тоже ставили такой диагноз. И что? Вот он я сижу перед тобой. Чудеса иногда случаются.
Даша восприняла её неожиданно легко. В первую встречу смотрела мрачно, отвечала коротко, но, когда Анфиса спросила о любимой книге, оживилась и полчаса рассказывала о Гарри Поттере. На второй встрече сама взяла за руку. На третьей попросила заплести «такие же косички, как у Эльзы».
Ты ей нравишься, констатировал Денис. Она ещё никого не принимала так быстро.
Два года пролетели незаметно. Анфиса переехала к Денису, научилась жарить блины по субботам, выучила все серии «Щенячего патруля» и снова нашла в себе силы полюбить понастоящему, без страха и подозрений.
В новогоднюю ночь, когда часы били двенадцать, Анфиса загадала желание. Шёпотом: «Хочу ребёнка»
Ей тут же стало страшно зачем бередить старые раны? но желание уже улетело куда-то ввысь.
Через месяц случилась задержка.
Не может быть, думала она, глядя на две полоски теста. Бракованный тест.
Второй тест две полоски.
Третий! Четвёртый! Пятый!
Денис дрожащими ногами вышла она из ванной. Я кажется не знаю, как это…
Он понял раньше, чем она договорила. Подхватил её, закружил по комнате, целовал в макушку, в нос, в губы.
Я знал! повторял он. Я же говорил, ты сможешь!
Врачи в клинике смотрели на неё удивлённо. Перелистали старые карты, взяли новые анализы.
Это невозможно, качал головой доктор. С вашим диагнозом За двадцать лет практики не встречал.
Но я беременна?
Беременны. Восьмая неделя, все показатели в норме.
Анфиса впервые за долгое время рассмеялась.
Четыре месяца спустя, случайно встретила друга Николая в супермаркете.
Слышала про Колю? спросил тот, глянув на округлившийся живот Анфисы. В третий раз женился. И всё никак.
Никак?
Ну, детей. Ни у второй, ни у третьей. Доктора сказали у него проблемы. А он всё только на тебя сваливал.
Анфиса не знала, что ответить. Внутри не шелохнулось ни злорадства, ни обиды. Только опустошение на месте ушедшей любви
Сын родился в августе, на рассвете. Даша сидела с Денисом в коридоре и волновалась больше всех.
Можно мне его подержать? спросила Даша, заглянув в палату.
Аккуратно, вручила ей Анфиса крохотный свёрток. Поддерживай головку.
Даша смотрела на младшего брата круглыми глазами, потом взглянула на Анфису.
Мама, а он всегда будет такой красный?
Анфиса заплакала, Денис обнял обеих, Даша в изумлении смотрела то на родителей, то на братика, никак не понимая, почему все плачут.
И только тогда, среди забот, радости и усталости, Анфиса осознала одну простую вещь: иногда нужна лишь правильная рука рядом, чтобы поверить в невозможноеАнфиса вытерла слёзы и улыбнулась легко, по-настоящему. За окном августовское солнце золотило город, и мир, казавшийся однажды пустым, вдруг заполнился теплом и смыслом. В этот момент Анфиса поняла: всё, что случилось все боли, страхи, утраты привели её именно сюда, к этим объятиям, к этим счастливым глазам.
Он будет меняться, Дашенька, ответила она, гладя дочку по волосам. Как и мы с тобой.
Главное, чтобы он был с нами, важно подытожила Даша и склонилась к малышу.
В дверях стоял Денис усталый, растрёпанный, с растерянной на щеках улыбкой. Он посмотрел на своих девочек и сына, и вдруг без слов понял: дом это не стены, не кровь, а люди, чьи голоса и смех звучат в одно утро.
Анфиса обняла их всех разом и впервые не испугалась будущего. Она знала: впереди будет всё радость и тревоги, открытия и новые испытания. Но теперь любое испытание встречалось не в одиночестве, а вчетвером.
Смотри, малыш, шепнула она сыну, вот твоя семья. Добро пожаловать домой.
И счастье хрупкое, осторожное осталась с ними навсегда.
