«Хочу жить для себя и высыпаться!» — так сказал муж, собираясь уйти Три месяца длилось это безумие без сна — Максимка кричал по ночам так, что соседи стучали в стену, Марина ходила, как зомби, с красными глазами и трясущимися руками. А Игорь бродил по квартире мрачный, словно надвигается гроза. — Представляешь, как я выгляжу на работе — как настоящий бомж! — ворчал он, глядя в зеркало. — Мешки под глазами почти до колен. Марина молчала, кормила сына, укачивала, снова кормила. Замкнутый круг. А рядом — Игорь, вместо поддержки только жалобы. — Может, твоя мама посидит с ребёнком? — однажды предложил он после душа, подтягиваясь, свежий, отдохнувший. — Я подумал, смотаюсь на неделю к другу на дачу… Марину прошиб холодный пот. — Мне нужен отдых, Марин, серьёзно, — начал Игорь, складывая вещи в спортсумку. — Сплю кое-как, изматываюсь. Что, и она спит?! У неё глаза слипаются, а только приляжет — Максимка снова громко плачет. Уже в четвёртый раз за ночь. — Мне тоже тяжело, — прошептала Марина. — Я знаю, что тяжело, — отмахнулся Игорь, запихивая рубашку. — Но у меня работа, ответственность. С таким лицом перед клиентами неудобно. Внезапно Марина увидела их со стороны: она — в засаленном халате, с растрёпанными волосами и малышом на руках; он — собирает сумку, стремится сбежать. — Хочу пожить для себя и высыпаться! — буркнул Игорь, не взглянув на неё. Дверь хлопнула. Марина осталась одна, с плачущим сыном, и в душе всё рушилось. Прошла неделя. Потом ещё одна. Игорь позвонил три раза: спрашивал, как дела, голос чужой и сухой, словно говорил с дальним знакомым. — На выходных приеду. Не приехал. — Завтра точно буду. И снова не появился. Марина укачивала сына, меняла подгузники, готовила смесь, спала по полчаса меж кормлениями. — Как у тебя всё? — спросила подруга. — Отлично, — солгала Марина. Зачем она врёт? Стыдно. Стыдно, что муж бросил, что одна с грудничком. Казалось бы, хуже некуда! Но всё изменилось в магазине — Марина встретила Лену, коллегу мужа. — А где твой? — спросила Лена. — Много работает. — Понятно. Все мужики одинаковы — как дети, так сразу на работе! — Лена прошептала: — А что у Игоря командировки часто? — Какие командировки? — Ну вот, он же в Питер недавно ездил на семинар! Фотки показывал. В Питер? Когда? Марина вспомнила, что в прошлую неделю Игорь не звонил три дня, говорил — был занят. А сам отдыхал. В субботу Игорь приехал с цветами. — Прости, долго не был, работы навалилось. — В Питер ездил? Он застыл с букетом. — Кто сказал? — Неважно. Важно — зачем врёшь? — Я не вру, просто не хотел тебя расстраивать, что поехал без тебя. Без неё?! С грудным ребёнком она бы и шагу не ступила. — Игорь, мне нужна помощь. Я не сплю неделями. — Наймём няню. — На что? Ты денег не даёшь. — Как не даю? Квартиру оплачиваю, коммуналку. — А еда, памперсы, лекарства? Молчание. Потом: — Может, вернёшься на работу? Хотя бы полставки. Чего дома сидеть, няню будем нанимать. Дома — будто отдых! Марина взяла сына, посмотрела на Игоря и поняла: он её не любит. Совсем. И, кажется, никогда не любил. — Уходи. — Куда? — Вон. Не приходи, пока не решишь, что важнее — семья или свобода. Игорь ушёл. На пару дней. Потом пришло сообщение: «Думаю». А Марина сама думала, почти не спала. Впервые за месяцы осталась одна со своими мыслями. Позвонила мама: — Маринка, как дела? Игорёк дома? — В командировке. Опять солгала. — Может, приеду, помогу? — Справлюсь. Мама всё же приехала сама. — Ну как вы тут? — огляделась. — Господи, ты себя видела? Марина глянула в зеркало. Вид совсем не радовал. — А Игорь где? — Работает. — В восемь вечера? Марина молчала. — Что происходит? Марина расплакалась, громко, по-настоящему. — Он ушёл. Хочет пожить для себя. Мама молчала. Потом сказала: — Сволочь. Настоящий эгоист. Марина удивилась: мама не ругалась раньше. — Я думала, Игорь слабый, но не до такой степени. — Мам, может, я не права? Может, нужно понять? — Марин, тебе самой не тяжело? Марина поняла: всё это время заботилась только о Игоре, о его комфорте. А себе не подумала. — Что делать? — Жить! Без него. Лучше одной, чем с таким. В субботу Игорь вернулся, загорелый — свои «думы» на даче завершил. — Поговорим? — Давай. Сели за стол. — Марин, понимаю, тебе трудно. Но и мне тоже нелегко. Может, договоримся? Помогу деньгами, буду навещать, а жить пока отдельно… — Сколько? — Что? — Деньги. Сколько? — Тысяч десять. Десять тысяч — на ребёнка, еду, лекарства. — Игорь, иди к чёрту. — Что?! — Всё слышал. И не приходи. — Я предлагаю дело! — Свободы захотел? А где моя свобода? Игорь выдал: — Какая у тебя свобода? Ты мать! Вот он — настоящий Игорь. Инфантильный эгоист, считающий материнство приговором. — Завтра подам на алименты. Четверть зарплаты. По закону. — Ты не посмеешь! — Посмею. Игорь хлопнул дверью. А Марина впервые вздохнула свободно. Максим снова закричал. Но она уже знала — справится. Прошёл год. Игорь попытался вернуться дважды. — Марин, давай попробуем? — Поздно. Игорь жаловался, что Марина — стерва. Неубедительно. Марина нашла няню, устроилась медсестрой. На работе познакомилась с Андреем — врачом. — Дети есть? — Сын. — А папа где? — Живёт для себя. Познакомила их. Андрей принёс машинку — Максимка смеялся. Часто гуляли втроём в парке. Узнал Игорь — позвонил: — Ребёнку год, а ты с мужиками! — А ты что хотел? Чтобы тебя ждала всю жизнь? — Но ты мать! — Да, мать. Ну и что? И всё, больше не звонил. Андрей был другим. Забирал, когда Марина уставала, приезжал, когда Максим болел. Сейчас сыну два года. Андрей — «дядя», Игоря не помнит. Игорь женился, платит алименты. Марина не злится. Теперь и она живёт для себя. И это — прекрасно.

Хочу пожить для себя и наконец выспаться, буркнул мой муж, когда собирался уходить.

Три месяца продолжался этот кошмар. Три месяца бесконечных ночей, когда мой сын Максим орал так, что соседи из квартиры напротив стучали по батарее. Три месяца, когда Марина ходила по дому как тень с воспалёнными глазами и дрожащими с усталости руками.

А Игорь брёл по квартире мрачнее тучи.

Ты бы видел, как я на работе выгляжу! ворчал он однажды, глядя на себя в зеркало. С такими мешками под глазами скоро на улицу не пустят.

Марина молча кормила сына, качала, снова кормила. И так по кругу. Рядом бродил Игорь муж, который вместо помощи только жаловался.

Может, твоя мама придёт посидит? предложил он вечером, вытирая волосы после душа. Свежий, отдохнувший. Думаю, съездить на пару дней к другу на дачу.

Марина застыла с бутылочкой.

Мне нужен отпуск, Марин, честно, начал он, собирая спортивную сумку. Я же уже не сплю нормально!

Как будто она спит? У Марини глаза слипаются, только приляжет, как Максим опять начинает плакать. И так уже раз пятый за ночь.

Мне тоже тяжело, тихо сказала Марина.

Понимаю, отмахнулся Игорь, заталкивая в сумку рубашку. Но у меня работа серьёзная. С таким лицом перед людьми неудобно.

И вдруг Марина увидела всё как бы со стороны: она вся помятая, с заплаканным ребёнком на руках. Игорь собирает вещи, уходит от них.

Хочу наконец заняться собой и нормально поспать, бросил он, не смотря в её сторону.

Дверь громко хлопнула.

Марина стояла среди хрущёвки, держа плачущего сына, и чувствовала, как всё внутри ломается.

Прошла неделя. Потом ещё.

Игорь звонит пару раз, спрашивает, как дела. Говорит так, будто болтает с соседкой по площадке.

На выходных приеду.

Не приехал.

Завтра точно буду.

Опять нет.

Марина качала сына, меняла ему памперсы, готовила смеси. Спит урывками по полчаса между кормлениями.

Всё нормально у тебя? спросила подруга Катя.

Отлично, соврала Марина.

Зачем врать? Стыдно же. Стыдно, что муж бросил её одну с ребёнком.

Но ведь хуже быть не может? Как бы не так: в магазине случайно встретила коллегу Игоря.

А где твой муж? спрашивает Ольга.

Работает много.

Ну да. Мужики все такие как дети появятся, сразу на работе. Ольга наклонилась: А что, у Игоря командировки теперь частые?

Какие командировки?

Ну, вот в Питер недавно ездил, на семинар. Фотки показывал в телефоне.

В Питер? Когда это он успел?!

Марина вспомнила: пару дней на прошлой неделе Игорь не звонил, говорил занят сильно.

Врал. В Питер уехал отдыхать.

В субботу Игорь вдруг появился с букетом.

Прости, что долго не был. Завал на работе.

В Питере был?

Он замер:

Кто рассказал?

Всё равно кто. Главное зачем обманываешь?

Я не врал, просто подумал, расстроишься, что без тебя съездил.

Без неё? Она с младенцем разве куда-то могла бы уехать!

Игорь, мне нужна твоя помощь. Я не сплю уже недели.

Давай няню наймём.

На что? Ты денег не даёшь.

Как не даю? Квартиру и коммуналку оплачиваю!

А на еду? На памперсы? На лекарства?

Повисла пауза. Потом он:

Может, ты выйдешь на работу? Хотя бы на полставки. Зачем дома сидеть Тогда няню наймём.

Сидишь дома, значит отдыхаешь?

И тут Марина подняла сына, посмотрела на Игоря и поняла: этот мужчина её не любит.

И никогда не любил.

Уходи.

Куда?

Вон. Не возвращайся, пока не решишь, что тебе важнее семья или свобода.

Игорь схватил ключи и ушёл. Через два дня прислал СМС: Я думаю.

А Марина Она не спала и тоже думала.

Впервые за много месяцев осталась наедине со своими мыслями.

Мама позвонила:

Маринка, как дела? Игорька не видно?

В командировке.

Снова соврала.

Может, приеду? Помогу?

Справлюсь.

Но мама приехала сама.

Что у вас тут такое? входит. Господи, Маринка, себя видела?

Марина едва взглянула в зеркало ей и правда было не по себе.

А где Игорь?

На работе.

В девять вечера?

Марина промолчала.

Что происходит?

И тут Марина разрыдалась. Не просто так, а всерьёз как девочка, горько и отчаянно.

Он ушёл, сказал, хочет жить для себя.

Мама молчала. Потом сказала:

Сволочь. Вот же сволочь.

Марина удивилась мама никогда не ругала.

Я всегда думала, что Игорь слабый. Но чтобы так!

Может, я ошиблась? Может, мне стоило понять его?

Марина, тебе самой не тяжело?

От этих простых слов стало ясно: всё это время думала только о Игоре, его усталости, его комфорте. О себе ни слова.

Что мне делать?

Жить. Без него. Лучше одной быть, чем с таким.

В субботу вернулся Игорь загорелый, как после отпуска. Видно, думал на даче с другом.

Давай поговорим?

Давай.

Посидели за столом.

Марин, я понимаю, тебе тяжело. И мне нелегко. Может, договоримся я буду помогать деньгами, навещать, а пока поживу отдельно

Сколько?

Что?

Денег. Сколько дашь?

Ну тысяч десять.

Десять тысяч рублей. На ребёнка, еду, лекарства.

Игорь, иди ты

Что?

Ты слышал. И не приходи больше.

Я предложение делаю!

Предложение? Захотел свободы? А моя где свобода?

И тут Игорь выдал то, что поставило всё на место:

Какая у тебя свобода? Ты же мать!

Марина смотрела на него: вот он, настоящий Игорь. Инфантильный, эгоистичный, считает, что материнство приговор.

Завтра подам на алименты. Четверть от твоей зарплаты, всё по закону.

Не посмеешь!

Посмею.

Игорь хлопнул дверью. А Марина впервые вздохнула свободно.

Максим плакал, но она знала справится.

Прошёл год.

Игорь пытался вернуться дважды.

Марин, может попробуем ещё раз?

Уже поздно.

Игорь теперь ворчит: Марина, мол, стерва. Только звучит неубедительно.

Марина нашла хорошую няню, устроилась медсестрой.

На работе познакомилась с врачом Андреем.

Дети есть?

Есть сын.

А отец?

Решил жить для себя.

Позвала познакомиться. Андрей привёз Максиму машинку, поиграли, посмеялись.

Стали вместе гулять в парке.

Игорь узнал, позвонил:

Сыну год, а ты с мужиками

А ты что думал, я тебя ждать буду?

Но ты мать!

Вот и да, мать. И что?

Больше не звонил.

Андрей оказался другой. Максим заболел приехал сразу, привёз лекарства. Если Марина сильно уставала приглашал на дачу, отдыхать.

Сейчас Максиму два. Андрей для него дядя Андрюша. Игоря не помнит.

Игорь женился, платит алименты.

А я не держу зла.

Теперь я тоже живу для себя. И это, знаете, действительно счастье.

Оцените статью
Счастье рядом
«Хочу жить для себя и высыпаться!» — так сказал муж, собираясь уйти Три месяца длилось это безумие без сна — Максимка кричал по ночам так, что соседи стучали в стену, Марина ходила, как зомби, с красными глазами и трясущимися руками. А Игорь бродил по квартире мрачный, словно надвигается гроза. — Представляешь, как я выгляжу на работе — как настоящий бомж! — ворчал он, глядя в зеркало. — Мешки под глазами почти до колен. Марина молчала, кормила сына, укачивала, снова кормила. Замкнутый круг. А рядом — Игорь, вместо поддержки только жалобы. — Может, твоя мама посидит с ребёнком? — однажды предложил он после душа, подтягиваясь, свежий, отдохнувший. — Я подумал, смотаюсь на неделю к другу на дачу… Марину прошиб холодный пот. — Мне нужен отдых, Марин, серьёзно, — начал Игорь, складывая вещи в спортсумку. — Сплю кое-как, изматываюсь. Что, и она спит?! У неё глаза слипаются, а только приляжет — Максимка снова громко плачет. Уже в четвёртый раз за ночь. — Мне тоже тяжело, — прошептала Марина. — Я знаю, что тяжело, — отмахнулся Игорь, запихивая рубашку. — Но у меня работа, ответственность. С таким лицом перед клиентами неудобно. Внезапно Марина увидела их со стороны: она — в засаленном халате, с растрёпанными волосами и малышом на руках; он — собирает сумку, стремится сбежать. — Хочу пожить для себя и высыпаться! — буркнул Игорь, не взглянув на неё. Дверь хлопнула. Марина осталась одна, с плачущим сыном, и в душе всё рушилось. Прошла неделя. Потом ещё одна. Игорь позвонил три раза: спрашивал, как дела, голос чужой и сухой, словно говорил с дальним знакомым. — На выходных приеду. Не приехал. — Завтра точно буду. И снова не появился. Марина укачивала сына, меняла подгузники, готовила смесь, спала по полчаса меж кормлениями. — Как у тебя всё? — спросила подруга. — Отлично, — солгала Марина. Зачем она врёт? Стыдно. Стыдно, что муж бросил, что одна с грудничком. Казалось бы, хуже некуда! Но всё изменилось в магазине — Марина встретила Лену, коллегу мужа. — А где твой? — спросила Лена. — Много работает. — Понятно. Все мужики одинаковы — как дети, так сразу на работе! — Лена прошептала: — А что у Игоря командировки часто? — Какие командировки? — Ну вот, он же в Питер недавно ездил на семинар! Фотки показывал. В Питер? Когда? Марина вспомнила, что в прошлую неделю Игорь не звонил три дня, говорил — был занят. А сам отдыхал. В субботу Игорь приехал с цветами. — Прости, долго не был, работы навалилось. — В Питер ездил? Он застыл с букетом. — Кто сказал? — Неважно. Важно — зачем врёшь? — Я не вру, просто не хотел тебя расстраивать, что поехал без тебя. Без неё?! С грудным ребёнком она бы и шагу не ступила. — Игорь, мне нужна помощь. Я не сплю неделями. — Наймём няню. — На что? Ты денег не даёшь. — Как не даю? Квартиру оплачиваю, коммуналку. — А еда, памперсы, лекарства? Молчание. Потом: — Может, вернёшься на работу? Хотя бы полставки. Чего дома сидеть, няню будем нанимать. Дома — будто отдых! Марина взяла сына, посмотрела на Игоря и поняла: он её не любит. Совсем. И, кажется, никогда не любил. — Уходи. — Куда? — Вон. Не приходи, пока не решишь, что важнее — семья или свобода. Игорь ушёл. На пару дней. Потом пришло сообщение: «Думаю». А Марина сама думала, почти не спала. Впервые за месяцы осталась одна со своими мыслями. Позвонила мама: — Маринка, как дела? Игорёк дома? — В командировке. Опять солгала. — Может, приеду, помогу? — Справлюсь. Мама всё же приехала сама. — Ну как вы тут? — огляделась. — Господи, ты себя видела? Марина глянула в зеркало. Вид совсем не радовал. — А Игорь где? — Работает. — В восемь вечера? Марина молчала. — Что происходит? Марина расплакалась, громко, по-настоящему. — Он ушёл. Хочет пожить для себя. Мама молчала. Потом сказала: — Сволочь. Настоящий эгоист. Марина удивилась: мама не ругалась раньше. — Я думала, Игорь слабый, но не до такой степени. — Мам, может, я не права? Может, нужно понять? — Марин, тебе самой не тяжело? Марина поняла: всё это время заботилась только о Игоре, о его комфорте. А себе не подумала. — Что делать? — Жить! Без него. Лучше одной, чем с таким. В субботу Игорь вернулся, загорелый — свои «думы» на даче завершил. — Поговорим? — Давай. Сели за стол. — Марин, понимаю, тебе трудно. Но и мне тоже нелегко. Может, договоримся? Помогу деньгами, буду навещать, а жить пока отдельно… — Сколько? — Что? — Деньги. Сколько? — Тысяч десять. Десять тысяч — на ребёнка, еду, лекарства. — Игорь, иди к чёрту. — Что?! — Всё слышал. И не приходи. — Я предлагаю дело! — Свободы захотел? А где моя свобода? Игорь выдал: — Какая у тебя свобода? Ты мать! Вот он — настоящий Игорь. Инфантильный эгоист, считающий материнство приговором. — Завтра подам на алименты. Четверть зарплаты. По закону. — Ты не посмеешь! — Посмею. Игорь хлопнул дверью. А Марина впервые вздохнула свободно. Максим снова закричал. Но она уже знала — справится. Прошёл год. Игорь попытался вернуться дважды. — Марин, давай попробуем? — Поздно. Игорь жаловался, что Марина — стерва. Неубедительно. Марина нашла няню, устроилась медсестрой. На работе познакомилась с Андреем — врачом. — Дети есть? — Сын. — А папа где? — Живёт для себя. Познакомила их. Андрей принёс машинку — Максимка смеялся. Часто гуляли втроём в парке. Узнал Игорь — позвонил: — Ребёнку год, а ты с мужиками! — А ты что хотел? Чтобы тебя ждала всю жизнь? — Но ты мать! — Да, мать. Ну и что? И всё, больше не звонил. Андрей был другим. Забирал, когда Марина уставала, приезжал, когда Максим болел. Сейчас сыну два года. Андрей — «дядя», Игоря не помнит. Игорь женился, платит алименты. Марина не злится. Теперь и она живёт для себя. И это — прекрасно.