Моя история не похожа ни на одну другую: Свекровь знала, что её сын изменяет мне с соседкой — и скрывала это. Я всё узнала, когда та забеременела, и семье уже не удалось утаить правду. Мы прожили в браке шесть лет, жили вместе, работали, детей ещё не было. Я считала нашу семью крепкой, хотя не идеальной. Каждое воскресенье мы собирались у его родителей: обедали, разговаривали, я помогала на кухне и ощущала себя частью этого дома. Даже представить не могла, что за этим столом люди будут смотреть мне в глаза — и при этом хранить такую тайну. Соседка бывала у них чуть ли не ежедневно, почти как родственница: помогала, задерживалась на ужин, всегда была очень близка семье. Я никогда не подозревала неладного — росла в убеждении, что в семье есть границы. Не верила, что возможно такое случится прямо у всех на глазах. Свекровь всегда оправдывала её, первый бросалась помогать, мой муж был всегда «на подхвате». Я это замечала, но не хотела думать о плохом. Несколько месяцев перед скандалом я чувствовала, что муж стал отдаляться, говорил, что у родителей, что помогает по дому. А свекровь вдруг стала холоднее, держала дистанцию, меньше улыбалась — словно чувствовала вину. День, когда всё раскрылось, застал меня врасплох: тётя мужа позвонила, сначала спрашивала о делах, потом неожиданно произнесла: — Ты ничего не знаешь… про соседку? От волнения меня бросило в дрожь. И тут она выпалила: соседка беременна, и отец ребёнка — твой муж. Всё это время семья пыталась «залатать» ситуацию, но никто не осмеливался мне сказать. Когда муж вернулся, на прямой вопрос он не стал отрицать: — Это не было запланировано… Больше года… А потом добавил, что мама знает уже много месяцев. Эти слова ранили сильнее всего. Я пошла к свекрови спросить — почему она молчала. — Хотела избежать скандала и надеялась, что сын сам всё уладит. Я поняла: меня никогда не защищали — я была просто удобна всем. Потом семья вдруг «начала помогать»: убеждать не драматизировать, не быть «радикальной», не устраивать скандалов. Вышло так, будто виновата, что вообще реагирую! Я подписала развод, соседка уехала к своей маме, свекровь больше не разговаривает со мной. А бывший стал отцом. Я осталась одна — без мужа, без семьи, которую считала своей. И самое болезненное — это не просто измена, а предательство всех сразу. Я шесть лет ходила в их дом, готовила, смеялась, а они всё знали и молчали. Свекровь предала меня не в момент истины, а каждый раз, когда обнимала и говорила: «всё хорошо», пока её сын ждал ребёнка от другой. Возможно, можно простить измену партнёра, но когда тебя предаёт вся «семейная» компания вокруг стола — это ломает навсегда. ❓ А что вы думаете: если семья вашего партнёра знает о его изменах и молчит, они — соучастники? Или «это не их дело»? Как бы вы поступили на моём месте?

Моя история совсем не похожа на другие.
Моя тёща прекрасно знала, что её сын мне изменяет с нашей соседкой.
И она скрывала это от меня.
Я узнал правду только тогда, когда соседка забеременела и у семьи уже не осталось возможности всё утаить.
Шесть лет я был женат, и тогда всё рухнуло.
Мы вместе жили, работали, детей у нас пока не было.
Мы не были идеальной парой, но я был уверен: мы семья.
Почти каждое воскресенье мы ездили к его родителям обычный обед в московской квартире, беседа на кухне, помощь в готовке.
Я чувствовал себя частью той квартиры.
И никогда не мог представить, что за тем же столом могут сидеть люди, смотреть мне в глаза и при этом что-то настолько серьёзное скрывать.
Соседка у нас была не просто «женщина с этажа».
Она с ними была очень близка чуть ли не как родственница.
Регулярно приходила иногда вообще без звонка, могла остаться на ужин, а порой задерживалась до самой ночи.
У меня и мысли не было, что что-то не так.
Воспитывался я с уверенностью у семьи всегда должны быть личные рамки.
И представить, что подобное может происходить в обычной московской семье у меня в голове не укладывалось.
Тёща постоянно её защищала.
Если кто-то и пытался сказать что-то против Оксаны (так ее звали), тёща всегда вставала на её сторону.
Если Оксане что-то было нужно тёща помогала первой.
А мой бывший он всегда был «на подхвате».
Я это замечал.
Но думал: «Не хочу думать плохое. Это всё выдумки».
Но за несколько месяцев до этой бомбы я почувствовал, что в воздухе что-то не то.
Жена всё чаще отсутствовала, говорила, что опять у мамы, то помогает, то у неё на работе полно дел.
Я не отслеживал не из таких, кто нос везде суёт.
Но тёща стала другая холодная, сдержанная, будто чужая.
Меньше со мной разговаривала.
И тут до меня вдруг дошло она себя ведёт так, словно чувствует вину.
К дню, когда мне открылась правда, я не был готов.
Позвонила тётя жены Алла Григорьевна.
Не с порога сначала спросила, как у меня дела, как работа, как мы с женой.
Пауза.
Потом:
Слушай, могу тебя спросить вы всё ещё вместе живёте?
Я ответил: «Да».
Опять тишина.
И вдруг:
А ты ничего не знаешь про Оксану?
В этом момент у меня всё внутри похолодело.
О чём вы? спросил я.
Она выдохнула и сказала:
Она беременна. И отец твой жена.
Сказала, что это уже «открытый секрет» в семье.
Что уже несколько месяцев все пытаются как-то «затушить» ситуацию.
Но никто не решался мне сказать.
Я положил трубку, сел на край кровати.
Жена ещё не вернулась домой.
Когда она пришла я ждал.
Я спросил прямо:
С каких пор у тебя с Оксаной роман?
Она не отрицала.
Просто опустила голову.
Это вышло случайно пробормотала она.
Сколько всё это длится? спросил я.
Больше года
У меня будто земля ушла из-под ног.
Я спросил, кто знал.
И тогда прозвучало самое главное:
Мама знает уже давно.
От этого мне стало хуже всего.
На следующий день я пошёл к тёще.
Зашёл, не стучась.
Мне было всё равно, удобно ли ей.
Я спросил прямо:
Почему вы мне не сказали?
Она посмотрела спокойно ни слёз, ни дрожи.
Так смотрит человек, который уверен: он поступил правильно.
Сказала:
Я хотела избежать скандала. Думала, они всё сами разрулят.
Я не мог поверить.
Скрывать, что дочь мне изменяет с соседкой это вы называете «меня уберечь»?
Она ответила:
Я не хотела брать на себя грех разрушить ваш брак.
Тогда я понял:
Я никогда не был под защитой. Я был просто удобен.
Меня обманули все вместе.
Потом семья стала «помогать».
Вмешиваться.
Объяснять.
Говорить, что я «слишком категоричный».
Что не стоит делать скандал.
Что проблема не в измене, а в том, как я реагирую.
Я подписал развод.
Оксана уехала к своей матери в Калугу на какое-то время.
Тёща со мной больше не разговаривала.
А бывшая жена стала матерью их общего ребёнка.
Я остался один.
Без жены.
Без семьи, которую считал своей.
И страшнее всего это была не просто измена. Это было коллективное предательство.
Развод.
Я подписал, еле держась на ногах.
Не только из-за измены.
Потому что меня предало всё это семейство.
Шесть лет я ездил каждое воскресенье к ним.
Готовил, помогал, веселился, отмечал праздники.
Думал любят.
А на самом деле они смотрели мне в глаза
и знали.
Знали и молчали.
Прикрывали друг друга.
А меня никто не собирался защищать.
Тёща предала меня не в тот миг, когда узнала.
Она предавала каждый раз, когда обнимала меня и говорила: «Всё хорошо», пока её дочь рожала мне ребёнка на стороне.
И тогда я понял одну вещь более горькую, чем сама измена:
Можно пережить предательство любимого человека.
А вот предательство всей этой «семейной кухни» меняет тебя навсегда.

Вопрос к вам:
А как вы считаете если семья партнёра знала об измене и молчала, они соучастники или «это их не касается»? Как бы вы поступили на моём месте?