Пока он просил поесть на причудливой свадьбе, один мальчик застыл, словно статуя.
Имя мальчика было Илья. Ему исполнилось десять лет.
У Ильи не было родителей.
Он помнил только, как в два года дедушка Семён, старый бездомный, спас его из пластикового корыта, когда тот дрейфовал у берега подмосковной речки после ливня. Дед Семён жил под старым мостом у Яузы.
Ещё не умея говорить, едва научившись ходить, мальчик плакал, пока не охрип.
На его тонком запястье было лишь одно:
плетёный, выцветший, красный шерстяной браслет, почти в лохмотьях;
и влажная бумажка, на которой, едва различимо, было выведено:
«Прошу, пусть добрый человек позаботится о ребёнке.
Имя ему Илья.»
У Семёна не было ничего: ни дома, ни денег, ни близких.
Только натёртые дороги ноги и сердце, способное любить.
Он прижал ребёнка к себе и вырастил его как мог: старыми корками хлеба, бесплатным супом по пятницам, да возвратными бутылками.
Он часто повторял Илье:
Если когда-нибудь встретишь свою маму, прости её. Никто не бросает ребёнка без надрыва в душе.
Илья рос на рынках Черкизона, у входов в московское метро, да под мостами в зимнюю стужу. Как выглядит мать, он не знал.
Дед Семён рассказывал: когда Илью нашёл, на записке был след губной помады, а в узле браслета запутавшийся длинный чёрный волос.
Семён считал: мать была слишком молодой возможно, совсем неопытной.
Однажды дед серьёзно заболел у него началось воспаление лёгких, и его забрали в Яузскую больницу. Без копейки в кармане, Илья стал просить милостыню чаще.
В тот день он услышал, как на улице говорили о пышной свадьбе в старинном особняке под Санкт-Петербургом самой роскошной в этом году.
Голодный, с пересохшим горлом, он решился испытать удачу.
Мальчик смиренно замер у входа.
Столы ломились: стерлядь, заливная говядина, пирожки с капустой и грибами, морсы и холодные компоты.
Поварёнок заметил Илью, сжалился и протянул ему горячую тарелку.
Стой тут, скушай побыстрее, малыш. Только не попадайся никому на глаза.
Илья поблагодарил и ел молча, оглядывая зал.
Гремела виолончель. Смокинги и нарядные платья сверкали в свету.
Он думал:
Мама живёт в таком месте или она так же бедна, как я?
Вдруг, над головами зазвучал голос ведущего:
Дамы и господа встречайте невесту!
Музыка сменилась. Вся толпа повернулась к лестнице, украшенной белыми цветами.
Она появилась.
Снежно-белое платье, спокойная улыбка, длинные, волнистые, угольно-чёрные волосы.
Великолепно. Ярко, нереально.
Но Илья застыл.
Не красота заворожила его, а красная шерстяная нить на запястье.
Та же. Такой же узел. Такая же тёплая шерсть, истёртая временем.
Илья зажмурился, резко вскочил и пошёл вперёд, дрожа.
Простите прохрипел он, этот браслет вы моя мама?
В зале повисла тишина.
Музыка не стихла, но никто не дышал.
Невеста остановилась, глянула на руку, а потом внимательно посмотрела на мальчика.
И поступила странно
Она узнала взгляд.
Тот же.
Её ноги подкосились. Она опустилась перед ним на колени.
Как тебя зовут? спросила она, голос дрожал.
Илья мое имя Илья ответил он, утирая слёзы.
Микрофон ведущего упал на пол с глухим стуком.
Началось глухое перешёптывание:
Это его сын?
Может ли быть?
Господи
Жених, статный и спокойный мужчина, подошёл, нахмурившись.
Что происходит? спросил он тихо.
Невеста горько заплакала.
Мне было восемнадцать Я осталась одна, беременная без поддержки. Не смогла сохранить его оставила но не забывала ни дня. Этот браслет я хранила все эти годы, надеясь найти его
Она обняла мальчика так, будто больше не отпустит.
Прости меня, сын прости
Илья крепко прижал её к себе.
Дед Семён говорил не сердись на неё. Я не обижен, мама Я просто хотел тебя увидеть.
Платье невесты пропиталось слезами и испачкалось пылью никого это не волновало.
Жених стоял в немом столбняке.
Никто не знал, что будет дальше.
Отменят ли свадьбу? Возьмут ли ребёнка с собой? Притворятся, что ничего не случилось?
Жених подошёл
Но не помог подняться невесте.
Он сел на корточки перед Ильёй.
Хочешь остаться и поесть с нами? спросил очень тихо.
Илья покачал головой:
Я хочу только маму.
Мужчина улыбнулся.
И обнял их обоих, как родных.
Значит, теперь, если ты согласен у тебя будет мама и папа.
Невеста смотрела на него в отчаянии.
Ты не злишься? Я скрыла прошлое
Я женился не на прошлом, тихо ответил он. Я женился на любимой женщине. Я люблю тебя ещё больше, зная, через что ты прошла.
Свадьба вдруг перестала быть пышной.
Не осталось ни богатых, ни бедных.
Она стала священной.
Гости зааплодировали, растирая слёзы.
Праздновали не просто союз, а встречу.
Илья сжал руку матери, затем руку её мужа.
Теперь не было ни нищих, ни богачей, ни чужих.
Только шёпот в сердце ребёнка:
Дед Семён видишь? Я нашёл мамуТы был прав. Любовь умеет находить самых потерянных.
И в этот миг, в старинном зале, под цветами и смехом, мальчик впервые почувствовал: дом это не стены и не хлеб, а объятия, в которых можно расплакаться и не стыдиться слёз.
Мама приложила ладонь к его растрепанным волосам, а рядом мужчина крепко держал их обоих.
Вдвоём они сели за стол, вместе и ни один гость не отвернулся.
Из кухни принесли самые простые пирожки и самые лучшие, какие когда-либо ел Илья.
За окном медленно начинал сыпаться первый летний дождь.
А где-то под московским мостом старый Семён улыбался тем скромным счастьем, которого так долго ждал для мальчика.
Из шерстяной нити на запястье выросла целая семья.
А за окном, будто бы в подтверждение, небеса тихо шептали:
Всё будет хорошо, Илья. Ты больше не один.
