Мама, что ты сказала моей жене, Марине? Она уже хотела уехать из дома.
Я просто сказала ей, как есть. Пойми, она тебе не пара, Лариса была бы тебе намного лучше.
Какая Лариса? Откуда ты это взяла?
Я вспоминаю те времена, будто это было только вчера, хотя и минуло уже много лет Сашенька был моим первым ребёнком, моей гордостью, моей надеждой. Я одна его вытянула Пётр, мой муж, был вечным командировочным, месяцами пропадал то на Севере, то на стройках новых городов, а я всё брала на себя. Что поделать такая у нас жизнь была, война, разруха, потом всё строили заново А я всё только на сына и надеялась. Научилась и велосипед починить, и в футбол во дворе с мальчишками гонять, чтобы рядом с сыном быть, чтобы не ощущал он себя обделённым ни материнской, ни отцовской заботой.
Когда Саша вырос и женился на Марине честно, не могла я с этим смириться. Кто же из матерей легко отдаёт любимого сына в чужие руки? Мы с ним были настолько близки у кого ещё были такие тёплые отношения, как у нас? Мне всё казалось, что чужая женщина заменяет меня, вытесняет из его жизни.
А Марина мне сразу не по душе пришлась. Казалась какой-то холодной, по хозяйству непутёвой то посуду не помоет, то борщ за всю неделю не сварит, всё какие-то салатики заморские крутит. У них в квартире вечно бардак то носки где попало валяются, то подъездный коврик в коридор втянет и месяц не вытряхнет. Мне всё казалось: не любит она моего сына как должна, не бережёт свет моей жизни. Помню, Саша всегда был терпелив, но видно было, что ему тяжело при такой жене.
Я всё равно старалась быть рядом, помогать. Раз в неделю заходила к ним благо, жили мы тогда недалеко друг от друга, в соседних кварталах забирала у Саши мешок с грязным бельём, стирала дома, гладила всё аккуратно. Свой ключ у меня был, Саша сам дал ещё до свадьбы мол, чтоб мама могла прийти, если что случится. Заходила, когда их дома не было, чтобы Марина лишний раз не ворчала. Стирала всё только детским порошком у Саши же аллергия, а Марина всегда всё в одну кучу засовывает и равнодушно сушит на батарее, свитер потом у него вытянулся мой, вручную связанный ещё ко дню рождения.
Сколько раз убеждалась: если что не так лучше сделать самой, чем потом за кем-то переделывать. Видела ли Марина, сколько времени и сил я тратила на сына? Нет, только возмущалась зачем, мол, твоей маме вмешиваться, пусть учишься быть самостоятельным.
Пётр мой, вернувшись из очередной командировки, только качал головой. Говорил: оставь, мол, сына взрослого, раз уж женился свободен, пусть не рассчитывает на материнский уход. Но у меня сердце болело при мысли, что мой мальчик возвращается домой с работы, а там женщина лежит на диване, пока он после смены посуду за ней перемывает.
Однажды я решила, что больше не буду им мешать взрослая семья пусть живёт как хочет. Но решила напоследок всё перестирать им, включая пару вещей Марины, да чтобы сыну не пришлось потом в куче это разбирать. Собрала всё рано утром, едва они на работу ушли. Сложила бельё, постельное, ещё пару одеял стареньких, всё до последней нитки выстирала, погладила, сложила в огромную сумку и понесла к ним.
Эх, квартира у них четвёртый этаж. Как назло, тогда лифт был на ремонте. Тащила я этот воз с тяжестями наверх по лестнице, ноги болели. Остановлюсь отдышусь, снова иду. Всё думала: хоть бы сыну легче жилось
Дошла, открыла своим ключом обычно старалась тихо войти, чтобы никого не тревожить, тем более у соседей собака чуткая стоит хлопнуть дверью, так весь подъезд разбудит. Заметила в коридоре чужие ботинки удивилась: не было их с вечера, может, гости были? Или, думаю, опять Марина всё раскидала. Дальше в комнате, у входа в спальню, вижу брюки Сашины валяются решила их погладить, чтобы завтра мог надеть почище.
Поднимаю, вдруг слышу из спальни какието странные звуки От неожиданности застываю. Поднимаю глаза а там, в полумраке, на кровати мой сын не с Мариной. Девушка с тёмными волосами, незнакомая И тут Саша меня заметил:
Мама! Ты что тут делаешь? Выйди, прошу! Можно хоть раз побыть одному? Разнервничался он, а я, вся в растерянности, тихо дверь прикрыла.
Выйди, пожалуйста, мне нужно с тобой поговорить!
Через пару минут выходит он на кухню, накинут старый халат, тот самый, синий, что я ему дарила. Стоит, взгляд в пол:
Мама, ну зачем ты без предупреждения приходишь? Долго ещё так будет?
Сынок, так ведь ты сам ключ дал Я бельё постирала, хотела положить.
Я думал, ты завтра только зайдёшь, буркнул он.
Это что, Марина волосы перекрасила? осторожно спрашиваю после заминки.
Нет, мама, это не Марина. Это Лариса, тихо отзывается он.
Так ты жене изменяешь?
Думаю, вот оно, дожила Но промолчала, только смотрю, тяжело на сердце.
Да, мама, всё сложно Лариса мне ближе. Она домашняя, добрая, готовить умеет, обед с утра приготовила. С Мариной у меня ничего не ладится она всё карьеру строит, а тут пришла Лариса, порядок привела, по хозяйству заботливая Но с Мариной я пока не расстаюсь, думаю
Сашенька, решай как знаешь, как сердце велит, выдохнула я. Я всё равно тебя люблю и всегда поддержу. Вот твои вещи, теперь не буду тревожить, если рядом хорошая женщина.
Легче стало на душе, будто камень с плеч. Посмотрела потом на квартиру чисто, уютно, даже борщ на плите стоял. Девушка эта, Лариса, сразу понравилась видно, что человек порядочный, будет Сашу беречь, как я.
Прошла неделя, как это случилось. Я расслабилась, порадовалась: сын при деле, уют и забота в доме. Зашла как-то после этого в гастроном у вокзала, вижу Марина ходит с корзинкой по залу, набирает разное: авокадо, зелень какая-то непривычная, хлебцы в упаковке, кефир. Подошла я, поздоровалась:
Марина, ты чего на диету решила перейти?
Здравствуйте, Анна Фёдоровна Да вот, лето скоро, с Сашей решили похудеть, хотим к тёплому морю съездить, сухо отвечает.
Как с Сашей? Вы ж расстались.
Это кто сказал? Он вам такое сказал?
Так у него Лариса теперь!
Какая Лариса? Вы о чём вообще? Мы не ссорились ни с кем!
А как же? Я сама видела Лариса у него дома была, борщ сварила, порядок навела.
Марина вся побледнела, потом разозлилась:
Знаете, Анна Фёдоровна, вот дайте нам жить своей жизнью! Вы уже совсем, простите, достали меня! Оставьте нас! бросила корзину и резко вышла на улицу.
Вечером звонит Саша. По голосу злится и печалится.
Мама, что ты наговорила Марине? Она сегодня собиралась уйти.
А я, сынок, правду сказала. Она тебе не пара, а Лариса куда лучше бы тебе подошла
Какая ещё Лариса? Мама, не было никакой другой! Зачем ты всё выдумываешь?
Разве? Я была уверена, что вы расстались. Я подумала
Ничего ты не подумала! Кончайте уже звонить, мы замки дома поменяем теперь. Всё, мама. Меня для тебя больше не существует!
Вот так и закончилась моя история Теперь, спустя годы, часто задумываюсь: может, напрасно я так держалась за сына, не давала ему строить свою судьбу самому. А может быть, нет. Но по ночам всё равно тоскую: ушли те времена, а чувство материнского беспокойства не уходит никуда.
