— Бабушка Алла! — окликнул Матвей. — Кто разрешил держать волка в деревне? Алла Степановна горько заплакала, увидев разрушенный забор. Она уже не раз подпирала его досками и чинила гнилые столбы, надеясь, что ограда устоит, пока она накопит денег со своей скромной пенсии. Но не судьба! Забор рухнул. Десять лет Алла сама справлялась с хозяйством после смерти любимого мужа Петра Андреевича. У него были золотые руки — столяр, плотник. Пока он был жив, бабушка ни о чем не думала. Пётр был мастером на все руки. В деревне его уважали за доброту и трудолюбие. Вместе они счастливо прожили 40 лет, не дотянув одного дня до юбилея. Уютный дом, щедрый овощной сад, аккуратное хозяйство — всё это было их трудом. У супругов был единственный сын — Егор, гордость и радость. С детства он привык работать, и не надо было его уговаривать помогать. Возвращаясь с фермы усталой, Алла видела — сын уже нарубил дров, принес воды, натопил печь и накормил скотину. Пётр после работы умывался и выходил покурить на крыльцо, а Алла готовила ужин. Вечерами они все вместе ужинали, делились новостями. Это была счастливая семья. Шло время. Егор вырос, уехал в большой город — получил образование, женился на Людмиле. Осели в столице. Сначала он приезжал к родителям в отпуск, позже жена уговорила отдыхать за границей — так и повелось. Пётр Андреевич сердился, не понимая сына. — Где уставать наш Егорка? Это, наверное, Люся ему голову заморочила. К чему ему те путешествия? Пётр тосковал, Алла скучала. Оставалось только жить и ждать вестей от сына. Однажды Пётр заболел — слабел, отказывался от еды. Врачи прописывали лекарства, но потом просто отправили домой “доживать”. Весной, когда в лесу заливаются соловьи, Пётр покинул этот мир. Егор приехал на похороны, горько плакал, виня себя, что не успел увидеть отца живым. Провёл неделю дома — и уехал. За десять лет написал матери только три письма. А Алла осталась одна. Продала корову и овец соседям. Для чего ей теперь хозяйство? Корова долго стояла у двора, слушая, как старая хозяйка горько плачет. Алла запиралась в дальней комнате, затыкала уши и рыдала. Без мужских рук хозяйство пошло вниз — то крыша протечёт, то доски на крыльце треснут, то подполье затопит… Алла делала всё сама, из пенсии откладывала на мастеров, иногда справлялась, ведь выросла в деревне, всё умела. Так прошли годы, когда случилась беда. У Аллы резко ухудшился зрение, хотя раньше проблем не было. Она пошла в магазин, еле рассмотрела цены. А через пару месяцев едва увидела вывеску. Медсестра настаивала на обследовании в больнице. — Алла Степановна, хотите ослепнуть? Надо лечиться — зрение вернётся! Но бабушка боялась операции и отказалась ехать. За год почти полностью ослепла, но не переживала. — Да зачем мне свет? Телевизор не смотрю — слушаю. Диктор новости читает — мне понятно. Дома всё делаю на память. Но иногда беспокоилась: в деревне стало больше нечестных людей. Часто приезжали воры, обносили заброшенные дома. Алла переживала, что у неё нет хорошей собаки, чтобы отпугнуть незваных гостей грозным лаем. Она спросила у охотника Семёна: — Нет ли у егеря щенков? Мне бы хоть самого мелкого — вырастила бы… Семён заинтересованно посмотрел: — Бабушка Алла, зачем тебе лайка? Они для леса. Я могу привезти настоящую породистую овчарку из города. — Овчарка, наверное, дорогая… — Не дороже денег, бабушка. — Ну, тогда вези. Алла пересчитала сбережения, решила, что хватит на хорошую собаку. Но Семён — ненадёжный, всё тянул да тянул. Алла злилась, но жалела: был он несчастен — ни семьи, ни детей, только “хозяйка водка”. Семён, ровесник её сына, так и остался в селе — тесно ему было в городе. Больше всего любил охоту, мог пропадать в лесу днями. Не охотился — помогал бабушкам, копал огороды, столярничал, чинил технику; а вырученные деньги тратил на водку. После запоев уходил в лес — опухший, больной, виноватый. Через пару дней возвращался с грибами, ягодами, рыбой, шишками. Всё продавал по дешёвке — и снова пропивал. Пьяница помогал и Алле — за плату. И теперь, когда рухнул забор, она снова позвала его. — Придётся с собакой подождать, — вздохнула Алла Степановна. — Семёну за забор платить, а денег мало. Семён пришёл не с пустыми руками. В его рюкзаке, кроме инструментов, что-то шевелилось. Улыбнувшись, окликнул Аллу: — Посмотрите, кого я вам привёз! — Открыл рюкзак. Старенькая нащупала пушистую головку. — Семён, неужели щенка привёз? — Самого породистого овчарёнка, бабушка. Щенок пискнул, пытаясь выбраться из рюкзака. Алла запаниковала: — Мне не хватит! Только на забор! — Ведь не назад нести, бабушка! Ты понимаешь, сколько я за него заплатил? Что делать? Бабушка побежала в магазин, где продавщица дала ей пять бутылок водки в долг и записала фамилию в долговую тетрадь. К вечеру Семён починил забор. Алла накормила, налила чарку. Пьяный Семён весело рассуждал, поглядывая на щенка у печки: — Кормить два раза в день. Купи цепь — вырастет сильным. Я в собаках понимаю. Так у Аллы появился новый жилец — Тузик. Старушка сразу полюбила щенка, а тот ей — стал верным. Каждый раз, когда Алла выходила кормить Тузика, он прыгал, облизывал хозяйку. Но едва вырос — большим, как телёнок, а лаять так и не научился. Это огорчило Аллу. — Ох, Семён, ох, хитрец! Продал мне негодного пса. Но прогнать жалко — добрый ведь. И не надо лаять: соседские собаки побаивались молчаливого Тузика, который за три месяца вырос почти до пояса хозяйки. Однажды в деревню заехал Матвей — местный охотник, затариться продуктами, солью, спичками перед охотничьим сезоном. Проходя мимо дома Аллы, он замер, увидев Тузика. — Бабушка Алла! — окликнул Матвей. — Кто разрешил держать волка в деревне? Алла испуганно приложила руки к груди. — Господи! Вот я глупая! Обманул меня Семён! Говорил, чистокровная овчарка… Матвей серьёзно посоветовал: — Бабушка, его надо отпустить в лес. Иначе беда будет. Глаза Аллы наполнились слезами: как жалко расставаться с Тузиком — добрый, ласковый зверь, хоть и волк. В последнее время он стал неспокойным, тянул цепь, рвался на свободу. Люди его боялись. Выбора не было. Матвей отвёз волка в лес. Тузик помахал хвостом, исчез между деревьев — больше его не видели. Алла тосковала по любимцу и ругала Семёна. А тот жалел сам: ведь хотел как лучше. Однажды, бродя в лесу, Семён нашёл медвежьи следы, услышал писк. Распугал кусты, увидел нору. Рядом лежала мёртвая волчица, вокруг — растерзанные волчата. Медведь напал. Уцелел один малыш. Семён пожалел сироту, забрал, а потом отдал Алле — пусть вырастит. Думал: когда волк вырастет, сам убежит в лес. А он найдет бабушке настоящую собаку. Но всё испортил Матвей. Семён несколько дней ходил вокруг её дома, не смел зайти. Зима бушевала, Алла топила печь, чтобы не замерзнуть. Вдруг постучали. Старушка поспешила открыть. На пороге — мужчина. — Добрый вечер, бабушка. Пусти переночевать? Шёл в соседнее село, да заблудился. — Как тебя зовут, милый? Я плохо вижу. — Борис. Алла нахмурилась: — Что-то Борисов у нас нет… — Я не местный, бабушка. Купил дом недавно. Хотел посмотреть, машина застряла, пришлось пешком, а тут пурга! — Ты купил дом покойного Данилыча? — Так и есть. Алла пригласила в дом, поставила чайник. Не заметила, как незнакомец жадно осматривал сервант, где хранила деньги и ценности. Пока бабушка хлопотала, гость полез в шкаф. Алла услышала скрип дверцы. — Что там делаешь, Борис? — Да ведь денежная реформа была! Помогаю вам старые деньги выбросить. Алла нахмурилась: — Нет никакой реформы! Кто ты такой?! Мужчина схватил нож, приставил к подбородку: — Молчи, бабка! Давай деньги, золото, еду! Аллу охватил страх: преступник, скрывающийся от полиции… судьба решена. Но вдруг дверь распахнулась, ворвался огромный волк — кинулся на грабителя. Тот закричал, но толстый шарф спас от укусов. Выхватил нож, ранил волка в плечо. Тузик отпрыгнул, а вор убежал. В тот момент к дому шёл Семён — собирался извиняться. У двора увидел мужика с ножом — тот бежал, ругаясь. Семён вбежал — на полу лежал окровавленный Тузик. Всё понял, кинулся к участковому. Грабителя поймали, посадили. А Тузик стал героем деревни — ему приносили еду, здороваться стали; его больше не привязывали, он был волен, но приходил к бабушке Алле, возвращался с Семёном с охоты. Однажды возле её дома остановился чёрный внедорожник. На дворе кто-то колол дрова — сын Аллы, Егор. Увидел старого знакомого, бросился обнимать. Вечером все сидели за столом, а Алла сияла от счастья. Егор уговорил её поехать в город — сделать операцию и вернуть зрение. — Ну, надо так надо… — вздохнула старушка. — Летом внучок приедет, хочу его увидеть. Семён, присмотри за домом и Тузиком, ладно? Семён кивнул. Тузик уютно устроился у печки, положил голову на лапы. Его место было здесь, рядом с друзьями. Чтобы не пропустить новые интересные публикации, подписывайтесь на нашу страницу! Оставляйте свои мысли и эмоции в комментариях, поддержите лайками.

Бабушка Алла! крикнул Матвей. Кто вам разрешил держать волка в деревне?

Алла Степановна горько заплакала, увидев, как рухнул старый забор. Уже не раз она подпирала его досками и чинила гнилые столбики, надеясь, что ограда продержится, пока она накопит немного денег со своей скромной пенсии. Но не судьба! Забор упал.

Уже десять лет Алла управлялась с хозяйством одна, с тех пор как её любимый муж, Пётр Андреевич, ушёл в иной мир. У него были золотые руки: пока Пётр был жив, бабушка Алла ни о чём не заботилась. Он был мастером плотником и столяром.

Всё делал сам, не нужно было приглашать кого-то из города. В деревне его уважали за доброту и трудолюбие. Вместе они прожили счастливые сорок лет, не дотянув до юбилея всего один день. Уютный дом, щедрый урожай на огороде, ухоженный скот всё это было результатом их совместного труда.

У пары был единственный сын Егор, их гордость и радость. Он с малых лет приучился помогать по дому, и заставлять его не требовалось: когда Алла возвращалась с фермы уставшей, сын уже таскал дрова, приносил воду, топил печь и поил скот.

Пётр приходил с работы, умывался и выходил на крыльцо покурить, пока жена приготовляла ужин. Вечерами вся семья садилась за стол, делились новостями дня. Они были счастливы.

Время шло, оставляя лишь воспоминания. Егор вырос, покинул родителей, уехал в большой город, окончил университет, женился на городской девушке Людмиле. Они обосновались в столице. Сначала Егор навещал родителей на каникулах, а потом жена уговорила его отдыхать за рубежом, и так стало каждый год. Пётр Андреевич сердился на сына, не понимая его выбора.

Где ж так устал наш Егор? Люся, наверное, ему голову заморочила. На что ему те поездки?

Отец грустил, мать тосковала. А что оставалось? Жить да ждать хотя бы весточки от сына. Однажды Пётр Андреевич заболел. Перестал есть, таял на глазах. Врачи назначали лекарства, а потом просто отправили домой, доживать. Весной, когда вернулись птицы и пели соловьи, Пётр ушёл.

Егор приехал на похороны, плакал, укоряя себя, что не успел попрощаться. Провёл неделю дома, затем вернулся в столицу. За последние десять лет он всего три раза написал матери письмо. А Алла осталась одна. Она продала корову и овец соседям.

Зачем ей теперь хозяйство? Бурёнка долго стояла у двора, слушая, как старушка плачет. Алла запиралась в самой дальней комнате, закрывала уши и рыдала.

Без мужских рук хозяйство затухало: то крыша протекала, то гнилые доски на крыльце трескались, то погреб затапливала вода… Бабушка Алла старалась делать всё, что могла. С пенсии откладывала на мастеров, иногда справлялась сама выросла в деревне, всё знала.

Так и жила, едва сводя концы с концами, когда вдруг случилось ещё одно несчастье. У Аллы Степановны резко ухудшилось зрение, раньше никогда не было таких проблем. Пошла в сельский магазин едва различила ценники. А через пару месяцев уже не могла разглядеть вывеску.

Медсестра приехала, посмотрела и настояла на обследовании в больнице.

Алла Степановна, хотите ослепнуть? Вам сделают операцию и зрение вернётся!

Но бабушка боялась хирургии и отказалась ехать. За год почти полностью ослепла. И не особо переживала.

Да зачем мне тот свет? Телевизор я не смотрю, только слушаю. Диктор новости читает мне и так понятно. А дома всё делаю по памяти.

Всё же иногда тревога брала верх. В деревне набралось людей не самых добрых. Часто приезжали злоумышленники, вламывались в заброшенные дома, выносили всё, что попадалось. Алла беспокоилась: нет у неё хорошей собаки ни пугающего лаем, ни грозного вида.

Она спросила охотника Семёна:

Не знаешь, у егеря щенков нет? Мне бы хоть одного, самого малого. Я вырастить смогу…

Семён, деревенский охотник, хитро посмотрел на неё:

Бабушка Алла, зачем тебе щенки лайки? Они лесные. Я могу из города настоящую породистую овчарку достать.

Овчарка, наверное, дорогая…

Да не дороже денег, бабушка.

Ну, привози.

Алла пересчитала свои сбережения и решила хватит на хорошего пса. Но Семён, человек ненадёжный, всё откладывал обещание. Бабушка сердито ворчала на него, но в душе жалела: был он несчастный, ни семьи, ни детей одна товарищ по стакану.

Семён, ровесник её сына, никуда не уезжал, остался в деревне. В городе ему было тесно. Главная страсть охота. Он мог исчезнуть в лесу на неделю.

Когда сезон завершался, брался за разные работы: копал огороды, чинил инвентарь, мастерил мебель. Деньги, что получал от одиноких бабушек сразу же пропивал.

После запоя отправлялся в лес опухший, больной и виноватый. Но через пару дней возвращался с богатой добычей: грибы, ягоды, рыба, шишки. Продавал за копейки и опять всё пропивал. Но и бабушке Алле помогал работал за оплату. Вот теперь, когда забор сломался, пришлось снова просить его.

Похоже, с собакой придётся подождать, вздохнула Алла Степановна. Надо заплатить Семёну за забор, а денег мало.

Семён явился не с пустыми руками. В его рюкзаке, помимо инструментов, что-то шевелилось. Улыбнувшись, подозвал бабушку Аллу.

Гляди, кого я тебе привёз! открыл рюкзак.

Старушка нащупала пушистую головку.

Семён, ты щенка привёз мне? удивилась она.

Лучший из лучших! Чистокровная овчарка, бабушка.

Щенок захныкал, пытаясь выбраться из рюкзака. Алла запаниковала:

Но у меня денег нет, только на забор!

Обратно же нести не стану, бабушка! возразил Семён. Ты представляешь, сколько тысяч рублей я заплатил за этого пса?

Что делать? Пришлось бабушке идти в магазин, где продавщица дала ей пять бутылок водки в долг и записала фамилию в тетрадь.

К вечеру Семён закончил с забором. Алла накормила его сытным обедом, налила чарочку. Охотник, развеселившись, рассуждал, сидя за столом, показывая на щенка, свернувшегося возле печи.

Его надо кормить дважды в день. Купи цепь попрочнее вырастет сильным. Я в собаках толк знаю.

Так у Аллы появился новый житель Тузик. Старушка полюбила щенка, а он в ответ был ей предан. Каждый раз, когда Алла выходила во двор кормить Тузика, тот радостно подпрыгивал и норовил лизнуть ей лицо. Только одно огорчало собака выросла огромной, как телёнок, но так и не научилась лаять. Это сильно расстраивало Аллу Степановну.

Ах ты, Семён! Ах, обманщик! Продал неверного пса.

Но выгонять доброго зверя нельзя. Не лает и ладно. Соседские собаки не осмеливались даже залаять на Тузика, который за три месяца стал почти по пояс хозяйке.

Однажды в деревню заехал Матвей местный охотник. Проходя мимо дома Аллы Степановны, он вдруг остановился, увидев Тузика.

Бабушка Алла! крикнул Матвей. Кто вам позволил держать волка в деревне?

Алла, испуганно, схватилась за грудь.

Господи! Какая я глупая! Семён меня надул! Говорил, чистокровная овчарка…

Матвей твёрдо посоветовал:

Его нужно выпустить в лес. Иначе беда будет.

Глаза старушки наполнились слезами. Жалко расставаться с Тузиком! Добрый, ласковый зверь, хоть и волк. Но в последнее время стал тревожным, рвал цепь, просился на волю. Люди стали опасаться его. Выбора не было.

Матвей отвёз волка в лес. Тузик помахал хвостом и исчез среди деревьев. Больше его никто не видел.

Алла скучала по любимцу и ругала обманщика Семёна. А тот сам переживал, ведь не хотел зла. Когда-то, бродя по лесу, он наткнулся на медвежьи следы. Вдалеке послышался жалобный писк. Семён уже собрался уйти где медвежонок, там и медведица. Но звук был не медвежий.

Раздвинув кусты, Семён увидел нору. Рядом лежала мёртвая волчица, а вокруг загрызенные волчата. Видно, что медведь напал на логово. Только один малыш выжил, спрятавшись в норе.

Семён пожалел сироту. Взял его с собой, а затем решил вручить бабушке Алле, чтобы она позаботилась о нём. Думал, что волк подрастёт сам сбежит в лес, а он тем временем найдёт бабушке настоящую собаку. Но всё перечеркнул Матвей.

Семён несколько дней ходил вокруг её дома не решался заглянуть. На дворе бушевала зима. Алла топила печь, чтобы не замёрзнуть ночью.

Неожиданно постучали. Старушка поспешила открыть. На пороге стоял мужчина.

Добрый вечер, бабушка. Пустите переночевать? Я шёл в соседнюю деревню заблудился.

Как тебя зовут, милый? Я плохо вижу.

Борис.

Алла нахмурилась.

В нашем селе Борисов вроде нет…

Я недавно приехал, бабушка. Купил дом подальше. Машина застряла, пришлось идти пешком, а тут пурга!

Так ты купил дом Данилыча?

Мужчина кивнул.

Точно.

Алла пригласила гостя в дом, поставила чайник. Не заметила, как он с жадностью осматривал старинный буфет, где обычно хранили деньги и мелкие ценности.

Когда бабушка хлопотала у печки, гость начал шарить в шкафу. Алла услышала скрип дверцы.

Что ты там ищешь, Борис?

Да реформа денежных знаков была! Помогаю избавиться от старых рублей.

Старушка нахмурилась.

Врёшь. Никакой реформы не было! Кто ты?!

Мужчина схватил нож и приставил к её горлу.

Молчи, старуха! Вытаскивай деньги, золото, еду!

Аллу охватил ужас. Перед ней был преступник, разыскиваемый полицией. Теперь её участь решена…

Но тут дверь распахнулась. В комнату ворвался огромный волк и прыгнул на злодея. Тот закричал, но толстый шарф спас его от укуса. Грабитель достал нож и ранил волка в плечо. Тузик отскочил, а вор этим воспользовался и сбежал.

В этот момент к дому подходил Семён хотел попросить прощения. У двора увидел, как какой-то мужчина с ножом убегает, ругаясь. Семён бросился к Алле, а там на полу окровавленный Тузик. Семён понял всё и побежал к участковому.

Грабителя поймали. Его вновь осудили.

А Тузик стал героем деревни. Люди приносили ему угощения, здоровались. Волк был свободным: его больше не привязывали. Но он всегда возвращался к бабушке Алле, приходил с Семёном с охоты.

Однажды они заметили у дома чёрный внедорожник. На дворе кто-то рубил дрова это был Егор, сын Аллы. Увидев старого друга, он широко улыбнулся и крепко обнял его.

Вечером все собрались за столом, а Алла светилась от счастья. Егор уговорил её поехать на операцию в город вернуть зрение.

Ну, если надо… вздохнула бабушка. Летом внук приедет, хочется увидеть его. Семён, присмотри за домом и Тузиком, ладно?

Семён кивнул. Тузик устроился возле печки, довольно положил голову на лапы. Его место тут, с близкими.

Чтобы не пропустить новые интересные истории, подписывайтесь на страницу! Делитесь впечатлениями в комментариях, поддержите лайками.

Оцените статью
Счастье рядом
— Бабушка Алла! — окликнул Матвей. — Кто разрешил держать волка в деревне? Алла Степановна горько заплакала, увидев разрушенный забор. Она уже не раз подпирала его досками и чинила гнилые столбы, надеясь, что ограда устоит, пока она накопит денег со своей скромной пенсии. Но не судьба! Забор рухнул. Десять лет Алла сама справлялась с хозяйством после смерти любимого мужа Петра Андреевича. У него были золотые руки — столяр, плотник. Пока он был жив, бабушка ни о чем не думала. Пётр был мастером на все руки. В деревне его уважали за доброту и трудолюбие. Вместе они счастливо прожили 40 лет, не дотянув одного дня до юбилея. Уютный дом, щедрый овощной сад, аккуратное хозяйство — всё это было их трудом. У супругов был единственный сын — Егор, гордость и радость. С детства он привык работать, и не надо было его уговаривать помогать. Возвращаясь с фермы усталой, Алла видела — сын уже нарубил дров, принес воды, натопил печь и накормил скотину. Пётр после работы умывался и выходил покурить на крыльцо, а Алла готовила ужин. Вечерами они все вместе ужинали, делились новостями. Это была счастливая семья. Шло время. Егор вырос, уехал в большой город — получил образование, женился на Людмиле. Осели в столице. Сначала он приезжал к родителям в отпуск, позже жена уговорила отдыхать за границей — так и повелось. Пётр Андреевич сердился, не понимая сына. — Где уставать наш Егорка? Это, наверное, Люся ему голову заморочила. К чему ему те путешествия? Пётр тосковал, Алла скучала. Оставалось только жить и ждать вестей от сына. Однажды Пётр заболел — слабел, отказывался от еды. Врачи прописывали лекарства, но потом просто отправили домой “доживать”. Весной, когда в лесу заливаются соловьи, Пётр покинул этот мир. Егор приехал на похороны, горько плакал, виня себя, что не успел увидеть отца живым. Провёл неделю дома — и уехал. За десять лет написал матери только три письма. А Алла осталась одна. Продала корову и овец соседям. Для чего ей теперь хозяйство? Корова долго стояла у двора, слушая, как старая хозяйка горько плачет. Алла запиралась в дальней комнате, затыкала уши и рыдала. Без мужских рук хозяйство пошло вниз — то крыша протечёт, то доски на крыльце треснут, то подполье затопит… Алла делала всё сама, из пенсии откладывала на мастеров, иногда справлялась, ведь выросла в деревне, всё умела. Так прошли годы, когда случилась беда. У Аллы резко ухудшился зрение, хотя раньше проблем не было. Она пошла в магазин, еле рассмотрела цены. А через пару месяцев едва увидела вывеску. Медсестра настаивала на обследовании в больнице. — Алла Степановна, хотите ослепнуть? Надо лечиться — зрение вернётся! Но бабушка боялась операции и отказалась ехать. За год почти полностью ослепла, но не переживала. — Да зачем мне свет? Телевизор не смотрю — слушаю. Диктор новости читает — мне понятно. Дома всё делаю на память. Но иногда беспокоилась: в деревне стало больше нечестных людей. Часто приезжали воры, обносили заброшенные дома. Алла переживала, что у неё нет хорошей собаки, чтобы отпугнуть незваных гостей грозным лаем. Она спросила у охотника Семёна: — Нет ли у егеря щенков? Мне бы хоть самого мелкого — вырастила бы… Семён заинтересованно посмотрел: — Бабушка Алла, зачем тебе лайка? Они для леса. Я могу привезти настоящую породистую овчарку из города. — Овчарка, наверное, дорогая… — Не дороже денег, бабушка. — Ну, тогда вези. Алла пересчитала сбережения, решила, что хватит на хорошую собаку. Но Семён — ненадёжный, всё тянул да тянул. Алла злилась, но жалела: был он несчастен — ни семьи, ни детей, только “хозяйка водка”. Семён, ровесник её сына, так и остался в селе — тесно ему было в городе. Больше всего любил охоту, мог пропадать в лесу днями. Не охотился — помогал бабушкам, копал огороды, столярничал, чинил технику; а вырученные деньги тратил на водку. После запоев уходил в лес — опухший, больной, виноватый. Через пару дней возвращался с грибами, ягодами, рыбой, шишками. Всё продавал по дешёвке — и снова пропивал. Пьяница помогал и Алле — за плату. И теперь, когда рухнул забор, она снова позвала его. — Придётся с собакой подождать, — вздохнула Алла Степановна. — Семёну за забор платить, а денег мало. Семён пришёл не с пустыми руками. В его рюкзаке, кроме инструментов, что-то шевелилось. Улыбнувшись, окликнул Аллу: — Посмотрите, кого я вам привёз! — Открыл рюкзак. Старенькая нащупала пушистую головку. — Семён, неужели щенка привёз? — Самого породистого овчарёнка, бабушка. Щенок пискнул, пытаясь выбраться из рюкзака. Алла запаниковала: — Мне не хватит! Только на забор! — Ведь не назад нести, бабушка! Ты понимаешь, сколько я за него заплатил? Что делать? Бабушка побежала в магазин, где продавщица дала ей пять бутылок водки в долг и записала фамилию в долговую тетрадь. К вечеру Семён починил забор. Алла накормила, налила чарку. Пьяный Семён весело рассуждал, поглядывая на щенка у печки: — Кормить два раза в день. Купи цепь — вырастет сильным. Я в собаках понимаю. Так у Аллы появился новый жилец — Тузик. Старушка сразу полюбила щенка, а тот ей — стал верным. Каждый раз, когда Алла выходила кормить Тузика, он прыгал, облизывал хозяйку. Но едва вырос — большим, как телёнок, а лаять так и не научился. Это огорчило Аллу. — Ох, Семён, ох, хитрец! Продал мне негодного пса. Но прогнать жалко — добрый ведь. И не надо лаять: соседские собаки побаивались молчаливого Тузика, который за три месяца вырос почти до пояса хозяйки. Однажды в деревню заехал Матвей — местный охотник, затариться продуктами, солью, спичками перед охотничьим сезоном. Проходя мимо дома Аллы, он замер, увидев Тузика. — Бабушка Алла! — окликнул Матвей. — Кто разрешил держать волка в деревне? Алла испуганно приложила руки к груди. — Господи! Вот я глупая! Обманул меня Семён! Говорил, чистокровная овчарка… Матвей серьёзно посоветовал: — Бабушка, его надо отпустить в лес. Иначе беда будет. Глаза Аллы наполнились слезами: как жалко расставаться с Тузиком — добрый, ласковый зверь, хоть и волк. В последнее время он стал неспокойным, тянул цепь, рвался на свободу. Люди его боялись. Выбора не было. Матвей отвёз волка в лес. Тузик помахал хвостом, исчез между деревьев — больше его не видели. Алла тосковала по любимцу и ругала Семёна. А тот жалел сам: ведь хотел как лучше. Однажды, бродя в лесу, Семён нашёл медвежьи следы, услышал писк. Распугал кусты, увидел нору. Рядом лежала мёртвая волчица, вокруг — растерзанные волчата. Медведь напал. Уцелел один малыш. Семён пожалел сироту, забрал, а потом отдал Алле — пусть вырастит. Думал: когда волк вырастет, сам убежит в лес. А он найдет бабушке настоящую собаку. Но всё испортил Матвей. Семён несколько дней ходил вокруг её дома, не смел зайти. Зима бушевала, Алла топила печь, чтобы не замерзнуть. Вдруг постучали. Старушка поспешила открыть. На пороге — мужчина. — Добрый вечер, бабушка. Пусти переночевать? Шёл в соседнее село, да заблудился. — Как тебя зовут, милый? Я плохо вижу. — Борис. Алла нахмурилась: — Что-то Борисов у нас нет… — Я не местный, бабушка. Купил дом недавно. Хотел посмотреть, машина застряла, пришлось пешком, а тут пурга! — Ты купил дом покойного Данилыча? — Так и есть. Алла пригласила в дом, поставила чайник. Не заметила, как незнакомец жадно осматривал сервант, где хранила деньги и ценности. Пока бабушка хлопотала, гость полез в шкаф. Алла услышала скрип дверцы. — Что там делаешь, Борис? — Да ведь денежная реформа была! Помогаю вам старые деньги выбросить. Алла нахмурилась: — Нет никакой реформы! Кто ты такой?! Мужчина схватил нож, приставил к подбородку: — Молчи, бабка! Давай деньги, золото, еду! Аллу охватил страх: преступник, скрывающийся от полиции… судьба решена. Но вдруг дверь распахнулась, ворвался огромный волк — кинулся на грабителя. Тот закричал, но толстый шарф спас от укусов. Выхватил нож, ранил волка в плечо. Тузик отпрыгнул, а вор убежал. В тот момент к дому шёл Семён — собирался извиняться. У двора увидел мужика с ножом — тот бежал, ругаясь. Семён вбежал — на полу лежал окровавленный Тузик. Всё понял, кинулся к участковому. Грабителя поймали, посадили. А Тузик стал героем деревни — ему приносили еду, здороваться стали; его больше не привязывали, он был волен, но приходил к бабушке Алле, возвращался с Семёном с охоты. Однажды возле её дома остановился чёрный внедорожник. На дворе кто-то колол дрова — сын Аллы, Егор. Увидел старого знакомого, бросился обнимать. Вечером все сидели за столом, а Алла сияла от счастья. Егор уговорил её поехать в город — сделать операцию и вернуть зрение. — Ну, надо так надо… — вздохнула старушка. — Летом внучок приедет, хочу его увидеть. Семён, присмотри за домом и Тузиком, ладно? Семён кивнул. Тузик уютно устроился у печки, положил голову на лапы. Его место было здесь, рядом с друзьями. Чтобы не пропустить новые интересные публикации, подписывайтесь на нашу страницу! Оставляйте свои мысли и эмоции в комментариях, поддержите лайками.