И чего ты добилась своим нытьём? спросил тогда муж. Но то, что произошло дальше, выбило у него почву из-под ног.
Я давно уже научился просыпаться в пять утра, если только что-то гнетёт на душе и дыхание становится тяжёлым. Вот и сегодня я смотрел в окно сквозь мутную рассветную дымку. Всё опять ёкает в груди: сердце срывается, то замирает, то скачет. Вчера врач сказал панические атаки, выписал направление на обследование. А как тут не потеряться за восемнадцать лет, если твоя супруга из целеустремлённой и гордой Кати с красным дипломом экономиста незаметно для себя стала… кем? Дополнением к моему бизнесу? Самозваным бухгалтером, которая вместо меня всё считает и бумаги подписывает? Или просто женой, по вечерам моющей пол, потому что я не замечаю грязи у себя под носом?
Уже не спишь? вышел я на кухню. Голова тяжёлая, как после простуды, глаза резкие. Опять не могла ночью уснуть?
Катя молча кивнула, налила мне кофе, привычным движением достала из холодильника творог я уже лет пять ем его утром.
Кстати, отхлебнул я кофе, сегодня улетаю в Санкт-Петербург. Дня на три. Встреча с поставщиками, важно.
Андрей…
Я уже знал по выражению её лица, что лучше бы было промолчать. Она снова требует сочувствия, которого во мне давно не осталось. И всё равно начала.
Не надо сейчас. Мне по-настоящему плохо. Доктор настаивает на обследовании.
Я встал как вкопанный, поставил чашку и шумно выдохнул через нос, как делают усталые от нытья люди.
И что ты получаешь своим нытьём? голос почти безразличный. Мне работать надо, Катя. Держать бизнес на плаву, а не слушать каждый день про твои приступы. Устала, ну и что? Все устали!
Я уже паковал чемодан, зная: она проглотит обиду, промолчит, потом опять себя пожурит мол, не вовремя сказала.
Но в этот раз нет.
Андрей, Катя встала, медленно и уверенно, а ты помнишь, на кого оформлена ипотека?
Я обернулся, немного удивлённо усмехнулся.
Да какая разница? На нас обоих, наверное.
Нет. Только на меня.
В воздухе будто что-то треснуло, по глазам Кати видно, что она всё решила.
Ты о чём?
О том самом дне восемь лет назад, когда мы оформляли квартиру, а у тебя висели долги. Серьёзные долги. Банк бы никогда не дал тебе кредит, помнишь?
Я застыл.
Ипотека на мне. Квартира на мне. А ещё я со-заёмщик по твоим рабочим кредитам. Без моей подписи ты даже документ не передвинешь, ни один кредит не получишь и бизнес не расширишь.
Я сел рядом за стол ноги ватные.
Ты зачем это говоришь?
Просто напоминаю. Катя достала из ящика папку и положила передо мной. Я всё знаю про Светлану.
Я уставился в папку.
Катя была спокойна. Даже страшно спокойно.
Про Светлану, бухгалтера твоего дружка Сергея. Да, она симпатичная. На двенадцать лет моложе.
Катя аккуратно разложила на столе бумаги как колоду карт.
Вот выписки с твоих счетов. Сорок тысяч. Пятьдесят. Семьдесят. Каждый месяц одни и те же переводы.
Я молчал.
А вот твоя переписка. Катя кивнула на распечатки. Ты думал, я не знаю пароля от твоего компьютера? Я сама его тебе три года назад придумывала.
Я судорожно пронёс глазами листы, побледнел.
Ты где это взяла?!
А какая разница? Катя налила себе стакан воды, рука почти не дрожала. Важно, что твои выплаты Светлане видны налоговой. Думаешь, они не заинтересуются?
Я вскочил на ноги.
Да кто ты вообще такая? Всю жизнь на моём горбу! Не работала ни дня! Сидела в доме нахлебницей!
Нахлебница? Катя горько усмехнулась. Это я твои досье сопровождала по банкам, я бухгалтерию тянула, пока ты вечером «на встречах» зависал. И эта квартира на мне записана.
Ты пугаешь меня?
Нет. Я только ставлю всё по местам, произнесла Катя, подойдя к окну.
За последние полгода я восстановила диплом, прошла ночные курсы повышения квалификации между приступами, получила приглашение на работу. Не миллионерша, конечно, но хватит на квартиру, хватит содержать себя и Дашу.
Даша?! Ты собираешься забрать дочку?
А ты её видел хоть раз за этот месяц? Скажи честно когда в последний раз разговаривал с ней по душам?
Я не мог вспомнить.
Катя положила на стол заключение врача.
«Хроническое нервное истощение». «Панические атаки». «Требуется смена обстановки, психотерапия, устранение травмирующих факторов». Понимаешь, если я подам на развод, суд встанет на мою сторону.
Положила последний лист договора на банковскую подпись.
Без моей подписи через неделю ты не продлишь свои кредиты. Сергей звонил банк ждёт документы от нас двоих.
Я сел, тяжело дыша.
Это из-за денег?
Катя только коротко засмеялась.
Деньги? Мне уважение нужно, Андрей. Хочу, чтобы ты хоть раз понял, что без меня у тебя ничего не было бы: ни квартиры, ни бизнеса, ни этих твоих поездок.
Взяла сумку.
До вечера подожду. Уеду с Дашей к Ирине. Подумай. Когда созреешь позвони. Но знай, прежней Кати больше нет.
Он позвонил через шесть часов.
Я сидел у Ирины на кухне, пил чай с лимоном и впервые за долгое время чувствовал облегчение. Будто выбрался из болота.
Взял трубку.
Нам поговорить надо.
Я слушаю.
Не по телефону. Приезжай домой.
Нет, лучше ты сюда. Адрес помнишь?
Через час Андрей приехал злой, как зверь, с лицом загнанного в угол.
Ирина увела Дашу, мы остались вдвоём на кухне.
Ты что себе позволяешь!? грозно махнул рукой по столу.
Я просто констатирую факты.
Какие ещё факты?! Ты вынесла мои документы! Лазила в компьютере!
Андрей, правда, думаешь, что нападать лучший способ выйти сухим из воды? После всего?
Он затих.
Я не собираюсь тебя уничтожать не пойду в налоговую, не сделаю позор. Просто хочу тебе показать без меня у тебя ничего не останется.
Ты хочешь развода?
А ты?
Он отвёл взгляд, долго молчал.
Со Светланой это ничего не значит…
Не перебивай. Я знала про неё полгода. Про твои обходные операции. Знала, что встречался с ней под видом командировок. Верила, что, может, отпустит, что ты всё сам поймёшь.
Катя горько усмехнулась.
Может, просто боялась признать: мы уже много лет не муж и жена, а только делаем вид.
Она продолжила:
Я устала быть в твоей жизни приложением. Того, кто умирает по ночам от паники, ты не замечал.
Давай попробуем начать сначала, без лжи.
Или уйдёшь, и я заберу всё.
Нет! Катя покачала головой, беру только своё: квартиру, долю в бизнесе, а кредиты твои выплачивай теперь сам. Я пойду своей дорогой.
Она встала.
Три дня тебе. Когда осознаешь звони. Старой Кати уже нет.
Через неделю он вернулся, тихий, без победно-делового обличия, просто сел у Ирины на кухне и молчал.
Сергей сказал, что без твоей подписи банк нам кредит не продлит. Всё встанет.
Катя кивнула.
Что ты хочешь?
Развода.
Ты серьёзно?
Серьёзнее не бывает. Пойду в банк, подпишу всё, продлю тебе линию. Но только при разводе, по-честному. Бизнес твой, выкупаешь мою долю, квартира мне. Даша со мной.
Катя…
Я всё решила, Андрей. И впервые за много лет, представляешь, сплю спокойно без таблеток и приступов. Поняла: я не больна. Просто надо было уйти от тебя, из этой жизни, где меня не ценили.
Она посмотрела в окно:
Выбор за тобой. Либо разводимся спокойно, либо суд. Документы все у меня.
Андрей опустил голову: понял проиграл. Ту, которую считал слабой, оказался не сломать.
Хорошо… согласен, тихо выдохнул.
Через три месяца официальный развод.
Катя получила квартиру, свою долю бизнеса. Нашла новую работу. Андрей с бизнесом и долгами остался один. Вечерами ему было не к кому рассказать, как прошёл день. Даже Светлана ушла: ей нужны были не чувства, а комфорт, а когда поняла, что Андрей один теперь ничего дать уже не может интерес исчез.
Обо всём рассказывал Сергей. Я только равнодушно пожал плечами. Не было ни сожаления, ни радости просто пустота.
Когда тебя считают приложением к чужой жизни не позволяй заглушать свой голос. Это единственный твой настоящий капитал, и рано или поздно он окажется самым ценным. И только потеряв внешние опоры, по-настоящему понимаешь, чего стоишь сам.
