И чего ты добилась своим нытьём? спросил я жену. Но дальше её ответ меня ошеломил.
Когда ж ещё человеку вставать, как не в пять утра, если на сердце давит так, будто камень положили. Я сидел на краю кровати и смотрел сквозь окно, где город только начинал просыпаться.
Сердце всё так же билось перебоями: два удара пауза, три снова тишина. Врач вчера сказал панические атаки. Дал направление на обследование.
За восемнадцать лет Ирина из амбициозной девушки с дипломом экономиста превратилась в… В кого? В приложение к моему бизнесу? В бухгалтера-самозванку, которая ведёт за меня всю бумажную работу? В домработницу, которая по вечерам протирает пол, потому что я, честно говоря, грязи особо не замечаю?
Проснулась? я вышел на кухню. Чувствовал раздражение, не скрою. Ты опять не спала ночью?
Ирина согласно кивнула, молча. Налила мне кофе. Достала из холодильника ряженку я уже лет пять ей завтракаю.
Кстати, сделал я глоток, сегодня в Москву еду. На три дня. Встреча с поставщиком. Очень важно.
Андрей…
Я и сам знал, что не стоит начинать этот разговор. Знал: она посмотрит на меня так, будто я опять всё свожу к тому, чтобы она не нытьём занималась, а жалость из меня выжимать пыталась. Но всё равно сказала:
Не надо сейчас, голос у неё был еле слышен. Мне по-настоящему плохо. Врач настаивает на обследовании.
Я опустил чашку. Выдохнул тяжело, будто у меня больше не было сил слушать это снова.
И что ты своим нытьём добилась? произнёс я тихо, почти безразлично. Мне работать надо, Ирин. Работать. А не каждый день слушать, как тебе тяжело, как устала. Да все мы устали!
Я уже собирал чемодан. Сделал это привычно зная, что она промолчит, снова всё стерпит, обвинит себя: не то сказала, не вовремя.
Но вдруг услышал:
Андрей, теперь она встала, спокойно, уверенно. Скажи, ты вообще помнишь, на кого оформлена ипотека?
Я обернулся, хмыкнул.
Какая уж разница? На обоих вроде.
На меня. Только на меня, ответила она.
В комнате словно штору разорвали. Я увидел, как она изменилась в лице.
Ты о чём?
А о том, что восемь лет назад, когда мы брали эту квартиру, у тебя были долги по уши. Банк бы тебе никогда не дал кредит. Помнишь это?
Я молчал.
Так вот. Ипотека оформлена на меня. Квартира тоже. И созаемщик по твоим бизнес-кредитам я. Без моей подписи ты ничего не сможешь продлить, расширить и так далее.
Я сел обратно за стол. Было ощущение, что ноги отказались слушаться.
Для чего ты это говоришь?
Просто напоминаю. И ещё, она выдвинула ящик комода, достала папку, аккуратно положила передо мной. Я в курсе про Светлану.
Я смотрел на папку, не двигаясь. Словно меня только что накрыло чем-то тяжёлым ещё не больно, но уже ловишь себя на том, что сознание начинает мутнеть.
Про Светлану, повторила Ирина. Спокойно, даже как-то отстранённо. Про бухгалтершу твоего друга Петра. Девчонка, между прочим, интересная. Моложе меня на двенадцать лет.
Она открыла папку, разложила страницы веером по столу тщательно, почти церемонно, будто карты в казино.
Выписки с твоих счетов, сказала она. Те самые, которые пытался утаить. Смотри, вот переводы: тридцать тысяч, сорок, пятьдесят. Каждый месяц.
Я молчал.
Это ещё переписка, положила распечатку. Ты всерьёз думал, что я не знаю пароль от твоего компьютера? Я сама его придумала тебе три года назад, когда ты старый забыл.
Я судорожно взял листы и пробежал глазами. Кровь бросилась в лицо, я побледнел.
Где ты это взяла?
А какая тебе разница? она налила себе воды, рука слегка дрожала. Важно другое: ты переводил деньги через неё, на её карту. Интересно, налоговая заинтересуется?
Я сорвался на крик:
Ты что себе позволяешь?! Кто ты вообще?! Всю жизнь на моей шее сидела! Работать не умела! Вся в доме!
На шее? усмехнулась Ирина, горько, с обидой. Хорошее слово. Правда, смешно? На шее это та, что подписывала твои банские договоры, та, что делала всю бухгалтерию, пока ты якобы «на переговорах» был. На чьё имя эта квартира, и кто созаемщик по всем кредитам.
Угрожаешь мне?
Нет, Ирина подошла к окну. Просто объясняю, чтобы ты, наконец, вспомнил простые вещи.
Повернулась ко мне.
За последние полгода я восстановила свой диплом. Закончила дистанционные курсы, ночами, между приступами паники и бессонницей. Мне предложили работу. Не шикарную, но достойную: хватит на аренду и чтобы содержать себя с Дашей.
Даша?! меня передёрнуло. Ты хочешь забрать дочь?!
А ты её видел хоть раз в последний месяц? подошла ближе. Когда в последний раз с ней разговаривал?
Я и правда не помнил.
Ирина взяла со стола ещё один документ.
Заключение невролога: хроническое нервное истощение, панические атаки, рекомендуется смена обстановки, терапия, убрать травмирующий фактор. Видишь тут «длительное проживание в стрессовых условиях»? Знаешь, чем это грозит тебе?
Ирина…
Тем, что если я сейчас подам на развод, суд будет на моей стороне.
Последний лист мягко передо мной.
Главное что без моей подписи через неделю ты кредит не подлишь. Пётр, между прочим, вчера звонил банк просил документы. Там моя подпись нужна.
Я сел, словно в меня вылили ведро воды.
Чего ты хочешь? Деньги?
Она засмеялась, коротко и глухо.
Деньги? Андрей, мне нужно элементарное уважение. Я хочу, чтобы ты хоть раз признал без меня ничего бы у тебя не было: ни бизнеса, ни квартиры, ни вот этой твоей чёртовой командировки, куда ты так стремишься.
Взяла сумку.
У тебя есть время до вечера. Я уеду с Дашей к Ольге. Подумай. Когда будешь готов звони. Только не жди, что я снова стану той Ириной, которая всё глотала и молчала.
Я позвонил через шесть часов. А куда деваться?
Она сидела у Ольги, пила чай с мелиссой и выглядела спокойной. Словно только вынырнула из болота, в котором задыхалась, и теперь не может надышаться.
Алло, ответила, голос ровный.
Мне надо поговорить.
Слушаю.
Не по телефону. Приезжай домой.
Нет, Андрей. Если хочешь говорить приезжай сам. Адрес помнишь?
Я приехал через час. Сердце колотилось всё раздражение ушло. Лицо наверняка было как у загнанного зверя.
Ольга, поняв ситуацию, забрала Дашу в комнату. Мы остались вдвоём.
Что ты выдумываешь?! я ударил кулаком по столу. Шантажируешь меня?!
Я только даю факты, спокойно ответила она.
Какие ещё факты?! Ты рылась в компьютере, следила за мной!
Андрей, вздохнула, правда считаешь, что сейчас самое разумное нападать? После всего, что я тебе показала?
Я промолчал она была права.
Слушай внимательно, Ирина наклонилась вперёд. Я не хочу тебя добивать. Не собираюсь сдавать налоговой, устраивать цирк. Я просто хочу, чтобы ты понял без меня у тебя ничего нет.
Ты хочешь развода? проглотил я ком во рту.
А ты?
Я отвёл взгляд, долго не мог сказать ни слова. Потом выдавил:
Со Светланой, это ничего не значило.
Не перебивай, она подняла ладонь. Я про Светлану знаю полгода. Я видела, как ты через неё деньги выводил, как встречался с ней в командировках вместо работы. Знала и молчала. Думала вдруг, что это пройдёт.
Она усмехнулась.
Я просто боялась признать, что наш брак всё умер лет пять назад. Мы оба делали вид, что всё нормально.
Ирина…
Я устала быть придатком к твоей жизни. Тебя не волновало ни одно моё слово, ни просьбы. Ты даже не заметил, что я рядом погибаю от панических атак и бессонницы.
Я сжал кулаки. Было тяжело.
У тебя выбор, продолжила она. Можно попробовать всё по-новому, без лжи и измен.
Или уйти. Заберёшь всё?
Нет. Она покачала головой. Только своё: квартиру, свою долю в бизнесе. А кредиты, что на мне выплачивать будешь сам. Я начну жить по-своему.
Встала всё, разговор окончен.
Три дня. Подумай. Когда решишься звони. Только помни: та Ирина, которая молчала и терпела, умерла.
Через неделю я приехал опять.
На этот раз без привычного напускного спокойствия, за которым всегда прятал слабости. Просто пришёл, сел и долго молчал на кухне у Ольги.
Пётр сказал, без твоей подписи банк кредит не продлит, выдавил я. Всё встанет.
Я в курсе, кивнула она.
И что тебе надо?
Ирина посмотрела прямо мне в глаза.
Хочу развода.
Я опешил.
Ты серьёзно?
Да. Я поставлю подпись в банке, продлю кредит. Но только в обмен развод без скандалов. Ты выкупаешь мою долю, получаешь бизнес целиком. Квартира моя. Даша со мной.
Ирина…
Всё решено, Андрей. Она вдруг улыбнулась. Знаешь, что интересно? Я впервые за много лет поспала нормально. Без таблеток. Без приступов.
Я молчал.
Теперь я понимаю я не больна. Меня не надо лечить. Мне просто нужно уйти от тебя. Из жизни, где я пустое место.
Она встала.
Выбирай: либо соглашаешься развод по-человечески. Либо суд, все документы и потеряешь вообще всё. Решай.
Я опустил голову. Знал, проиграл. Та самая, кто казалась мне слабой, оказалась сильнее.
Хорошо, выдохнул. Согласен.
Через три месяца мы официально развелись.
Ирина получила квартиру и достойную сумму за свою долю в бизнесе. Вышла на новую хорошую работу.
Я остался с бизнесом и новой квартирой. Но вернулась странная пустота особенно по вечерам, когда возвращаешься домой, а поговорить не с кем. Никто не спросит, как дела. Никто рядом просто не посидит.
Светлана, к слову, ушла через месяц после развода. Как выяснилось, ей нужна была не любовь, а удобная жизнь. Когда поняла, что теперь платить по всем кредитам придётся одному, и комфорта уже не будет ушла.
Об этом мне рассказал Пётр. Я рассказал Ирине она только усмехнулась. И не почувствовала ничего. Ни злорадства, ни жалости.
Просто ничего.
А ведь, может быть, иногда и правда неплохо, если жена вовлечена в твой бизнес. Как думаете?
