Согласилась посидеть с ребёнком лучшей подруги, даже не зная, что это сын моего мужа.
Четыре года назад моя лучшая подруга, Анна, забеременела. В то время жизнь у меня была размеренная, устоявшаяся я была замужем за Сергеем, имела своё жильё и спокойствие. Анна же осталась одна ни мужа, ни стабильности. Помню, как однажды она позвонила мне вся в слезах, говорила, что не знает, что делать с ребёнком, надо работать, оставить не с кем. Попросила меня помочь. Сказала:
Тань, ты единственная, кому я доверяю.
Я согласилась даже не думая. Всё-таки подруги с детства.
Сначала её сын оставался у нас только пару часов. Потом всё чаще и дольше целыми днями. Я купала его, кормила, укладывала спать у себя на руках. Сергей тоже был рядом; играл с мальчиком, подбрасывал, даже приносил ему машинки и мягких мишек из Детского мира. Мне это казалось нормальным, даже трогательным.
Анна часто приходила к нам, иногда оставалась пообедать. Порой я сидела на кухне, разговаривая с Сергеем, пока Анна наверху приводила себя в порядок или отдыхала в моей комнате. Никогда ничего странного не замечала, доверяла обоим. Ни разу не приходила в голову мысль, что что-то не так.
Но, если вспоминать сейчас, были знаки. Мальчик был очень похож на Сергея: тот же широкий лоб, улыбка, как у него в детстве на фото. Я сама себя убеждала, что просто воображаю. Как-то раз, когда ребёнок играл, он вдруг назвал меня мама. Тогда Анна засмеялась дескать, дети все путают, это норма. Я тоже рассмеялась, не захотела вникать.
Всё рухнуло в тот день, когда мальчишка заболел. Высокая температура, Анны нет поехала к родственникам в Нижний Новгород, трубку не берёт. Я перепугалась и отвезла малыша в детскую больницу. Сергей поехал со мной. На приёме в регистратуре попросили данные отца. Никто не спрашивал напрямую, но Сергей сам без колебаний назвал свои имя, отчество и фамилию.
В тот момент у меня всё внутри оборвалось. Я спросила:
Почему ты это сказал?
Сергей только пожал плечами:
Я растерялся испугался, всё перепуталось.
Но по лицу было видно: он врёт.
После больницы, уже на парковке, я поставила Сергея перед собой:
Это твой сын?
Он сперва отвергал, повторял, что я всё выдумываю. Я не отступала, снова и снова повторяла вопрос. Наконец он замолчал и опустил голову. По его молчанию мне стало ясно всё.
В тот же вечер я позвонила Анне и попросила приехать. Когда она пришла, я спросила прямо:
У тебя сын от моего мужа?
Она разрыдалась и ответила да. Прошептала, что никогда не хотела меня ранить. Я сказала:
Ты меня оставила нянчиться с его сыном, даже не рассказав правду.
Анна призналась, что когда забеременела, Сергей умолял не рассказывать мне, обещал помогать, но только тайно. Якобы ради меня. Вот так и жил мой дом: мальчик под моей опекой, все траты на мне детское питание, памперсы, игрушки из Детского мира за рубли. Я его обнимала, укладывала… а он был сыном Сергея.
В ту ночь я вдруг поняла причину доверия Анны, молчаливого рвения Сергея помогать, частых визитов и долгого отсутствия объяснений. Я была тем человеком, на ком строился их секрет сиделкой, воспитательницей, практически матерью ребёнка моего мужа.
В душе что-то оборвалось окончательно.
На той неделе я подала на развод. И навсегда перестала быть подругой Анне. Обратно пути не было.
Я знаю: малыш не виноват ни в чём. Но больше его видеть не могла.
Теперь живу одна, спокойно, в своей квартире в Москве без людей, что так меня предали.
