Леонид упорно не хотел признавать Ирину своей дочерью. Вера, его жена, работала продавщицей в магазине. Про неё ходили слухи: мол, часто она надолго исчезала с незнакомцами в подсобке. Вот почему Леонид сомневался, что миниатюрная Ирина его кровиночка. Он едва смотрел на ребёнка, и холод на сердце передался даже матери. Одна только душа любила Иринку безусловно дедушка.
Дед Матвей был старым лесником, с домом на самом краю деревни, у самого леса. Весь свой век он провёл среди деревьев и трав, даже на пенсии каждый день отправлялся в лес то грибы и ягоды соберёт, то зверей подкармливает, то коренья лечебные ищет. Матвея считали в деревне чудаком: бывало, скажет слово глядишь, и сбудется. Но за настойками да травами тянулись к нему все знали силу его знания.
Супругу свою Матвей похоронил рано. Утешением стал лес и внучка. Когда девочка пошла в школу, чаще жила у дедушки, нежели дома. Матвей обучал Ирину, как собирать и сушить травы, рассказывал о каждом цветке и корне. Голову она имела светлую всё запоминала, всё понимала с первого раза. На вопрос, кем стать хочет, отвечала твёрдо: «Хочу людей лечить». Мать только вздыхала: «На твоё учёбу, дочка, лишних рублей нет», а дед подбадривал: дорог он не нищий, если что, и корову продаст ради любимой внучки.
В наследство Матвей оставил Ирине не только свой дом завещал ей и любовь, и счастье, которых в жизни так мало было.
Вера, дочка Матвея, редко заглядывала к отцу гордость мешала. Но однажды пришла с бедой: сын её, Андрей, всё проиграл в карты в городе да к тому же попал под раздачу; чтоб долги вернуть, требовали деньги хоть из земли достать. Когда горе прижало, ты мой порог вспомнила? строго спросил её Матвей. Много лет не заглядывала, а теперь за помощью? Нет, Андрея я покрывать не стану, у меня внука учить надо. На том и порешил.
Разозлилась Вера, выскочила, крикнув: Не хочу я больше знать ни тебя, ни свою дочь! и хлопнула дверью. Когда Ирина поступила фельдшером учиться и материнской копейки не дождалась, спасал только дед и стипендия за хорошую учёбу.
Перед выпуском Матвей слёг годами здоровье уже не то было. Перед смертью он позвал внучку, сказал: дом на твоё имя завещал, не забывай его, приезжай. Дух человеческий в доме живёт, не дай ему остынуть, печь топи зимой, одна не бойся твоё счастье тебя здесь найдёт, доверись судьбе. Так и говорил: «Счастлива будешь, Иринка». Может, правда что-то знал.
Осенью не стало Матвея. Ирина работала медсестрой в районной больнице, а по выходным приезжала в дедов дом: печку растопит, прибирается, травы сушит, за огородом следит. Топлива дед заготовил на целую зиму. В один из снежных уикендов приехала она зима только началась, сильный снег пошёл, метель разгулялась. Сидит, ночует, а тут стук в ночи.
За порогом встал незнакомец молодой, высокий: Добрый вечер, извините, говорит, машину у вашего двора снегом занесло. Может, лопата найдётся? Лопата у калитки, берите, ответила Ирина. Может, я помогу? Незнакомец усмехнулся: Будто мне ещё тебя в снегу искать, сказал, отметая помощь хрупкой девушки.
Машину он выкапывал долго, да без толку застряла основательно. Ирина позвала погреться, чаю предложила. Пока метель завывает, чаю попили-поговорили. Звали его Станислав, жил в райцентре, тоже к родственникам ехал. Осмелев, спросил: не страшно одной в доме у леса? Да чего бояться, объяснила, сама тут редко, а дедов дом защита. Договорились утром вместе добираться до города, он и подвезёт при случае.
С тех пор делянка их свела не раз. Как-то после смены Ирина шла домой и вдруг видит Стаса: Наверное, твой чай какой-то волшебный, всё думаю о тебе, давай встретимся ещё, шутливо попросил.
Свадьбу не стали играть Ирина не захотела, а Стас, порывшись-поборолся, махнул рукой: главное, любовь между ними была настоящая, крепкая. Заботился Стас о ней, на руках носил. Когда у них сын родился крепыш, удивлялись все: откуда у такой маленькой матери такой богатырь? На вопрос, как назовут мальчика, Ирина улыбнулась: Будет Матвеем, в честь лучшего в мире человека.
