Дневник Лизы Ивановой, город Самара, 3 мая
Сегодня день начался, как обычно, хотя я всю ночь не могла спать мужа не было дома уже три месяца, Виктор возвращается с северной вахты. Я, как всегда, решила накрыть стол: загодя испекла пирог с рыбой (Витя его обожает), на плите тёплый борщ, компот сварить пара пустяков, дождусь, пока он переступит порог.
Наш дом стоит среди частных строений на окраине Самары. Его окнами выходит прямо на улицу, где у остановки должен притормозить маршрутка с мужем. Три месяца мы с Витей вдали друг от друга я будто снова стала одиночкой, как раньше, хоть и замужняя женщина. Всё хозяйство и викторианские заботы легли на меня за это время.
Дом этот моя гордость. После свадьбы мы долго раздумывали, не лучше ли будет променять витину однокомнатную на простор? Продали жильё, попробовали бизнес открыть но не пошло. Теперь уже три года Виктор ездит на север, работает вахтовым методом. Денег хватает, хоть всё утекает то на крышу (в дождь капает целое озеро в спальне собралось!), то на ремонт. И всё равно я жду его каждую смену люблю, всё прощаю.
Сегодня я убрала пирог под полотенце и встала у окна. Вот подъехала маршрутка, навстречу вышел Витя. Только в этот раз не помахал мне, не улыбнулся. На руках у него мальчик, маленький, лет двух. Глазищи испуганные, держит Витю за штанину, будто цепляется за последнюю надежду. И сердце моё ухнуло в пятки: чей? Почему к нам идёт?
Входит, кладёт сумку, аккуратно ставит мальчика на пол зовёт меня обнять. Я бы и рада, но руки дрожат. Спросила прямо:
Вить, кто это? Объясни.
Виктор тяжело вздохнул, отвёл мальчика в комнату, сунул ему в руки свой любимый макет самолёта (он даже мне не доверял его трогать), а сам вернулся ко мне, как будто шёл на расстрел.
Лиза… это мой сын, выпалил он неожиданно.
Мне стало так пусто хотелось, чтобы это была шутка, но Витя смотрел серьёзно. Дальше прозвучала правда, горькая и обжигающая: вахта, разлука, случайная интрижка с поварихой, ребёнок. Мать погибла медведь её растерзал, а Витя, записанный в отцы, забрал мальчишку.
Я не кричала. Просто ушла из дома бродила до ночи под уральским весенним дождём. Я не знаю, как принять чужого ребёнка а теперь он часть нашей семьи? Но Витя сказал просто: «Выгонишь уйду, простишь будем жить вместе».
Вернулась поздно. Мальчика зовут Толя. Он тихий, испуганный, болеет по ночам, смотрит огромными глазами и я ничего не могу с собой поделать. Накатывает злость, жалеть себя не разрешаю. Витя занимается им как должно кормит, купает, но сам ушёл куда-то мыслями.
Неделя прошла почти в молчании. Я Витю не любила тогда так сильно, как раньше, но из-за упрямства и привычки не смогла прогнать. Постепенно начала прощать. Только к Толе не могла прикипеть пусть он даже совсем безобиден.
Через пару месяцев началась тоска Вите снова на вахту. А мальчик? Виктор спокойно сказал: «Будет ходить в садик. Не прошу любить, просто присмотри он самостоятельный». Толик всё слышал, только не знаю, что там понял.
Пока Витя трудился на севере, Толя отдалялся, почти исчезал в доме. Однажды после садика он совсем сник, ушёл в комнату, долго лежал, и я заметила лихорадку. Прикоснулась к лбу огонь! Скорая ехала вечно, я за это время испытала больше, чем за все три месяца разлуки с мужем. Дали направление в больницу я на автомате соврала: «Оформляю усыновление». И тут вдруг поняла, что это правда. Я вцепилась в этого мальчика, как в последнюю надежду, и ночью в больничной палате охраняла его сон.
Две недели не отходила ни на шаг Толик впервые попросился ко мне на руки, сказал «мама». Я и сама расплакалась ещё пару месяцев назад не предполагала, что чужой ребёнок станет мне родным.
Полтора года спустя наш мальчик расцвёл весёлый, ласковый, меня не отпускает, Витя как бы в тени остался. Но вот трагедия муж с вахты возвращаться не спешил. Затем пришла весть: автобус с рабочими сорвался в обрыв под Нижневартовском, несколько тел не нашли.
Год я жила только ради Толи. Бумаги оформила теперь он мой сын официально. Только саду напомнили, что муж жив появился нежданно, как ни в чём не бывало: «Лиз, дай развод хочу жениться на другой, и Толика забрать». У его новой жены своих детей не будет, вот и решил, что наш ребёнок подойдёт.
Я взорвалась «Сын остаётся со мной!» и Толик, услышав, бросился ко мне, обнял и я поняла, что никогда его не отдам.
Витя хлопнул дверью, пробормотал напоследок, что мне никто не поверит, что замуж меня с ребёнком никто не возьмёт. Но мне плевать с Толиком у нас всё получится, а прошлое я оставила за порогом.
