Муж заставил меня устроить его дружескую вечеринку, пока я ходила в шейном воротнике и тут зашла его мама.
Муж меня покалечил, потом еще и начал финансово шантажировать. Свекровь со всем этим разобралась по-русски, коротко и ясно.
Я молодая мама, мне 33 года, и на мне модный шейный воротник, потому что мой муж, Кирилл (34 года), не смог оторваться от Инстаграма на перекрёстке. Теперь он еще и пугает меня, что перекроет мне доступ к деньгам, пока я в гипсе и боли. Думала, я попала в ловушку, пока одна уважаемая родственница не вмешалась.
У нас дочка, Софья, шести месяцев. Две недели назад мы возвращались от педиатра в Киеве. Софья плакала, я пол-оборота повернулась назад, чтобы дать ей пустышку. Кирилл вроде бы был за рулем, но на деле веселился: телефон светился в подстаканнике, он угорал над каким-то рилсиком, одной рукой рулил, другой печатал.
Помню только, как сказала: «Кирилл, сейчас зелёный,» а дальше голова пошла вбок, белая жара от затылка до плеча. В приёмном покое мне выдали диагноз похлеще любых сериалов: тяжелое растяжение шейного отдела и зажатый нерв. Вердикт воротник и никаких наклонов или подъёмов даже тапочка на долгие недели, может и месяцы.
Угроза
Я всегда гордилась, что работаю в маркетинге на полную ставку и свои гривны откладываю. От этого особая ирония сама не могу теперь даже шампунь нанести на голову, дочь на руки не взять, шнурки не развязать… Первые два дня Кирилл корчил из себя заботливого мужа, но со вздохами: мол, подгузники это что-то из мира спецназа. А тут и день рождения у него подоспел.
Раньше я, конечно, всё организовывала. Думала, в этот раз будет отмена. А Кирилл заходит и как ни в чём не бывало говорит: «В пятницу ребята ко мне. Игровой вечер. Уже всех предупредил.» Я ему объясняю: «Я ж еле двигаюсь, не могу принимать гостей!» Он тяжело вздохнул прям я ему ладную «Ладу» на кирпичи поставила.
«Не будешь заниматься этим считай про свои деньги забудь. Деньги даю не за лежать.» Вот уж что-что, а такое слышать больнее любой аварии. Это ж мы вместе решали дома побыть полгода, это же наши накопления, а стал вдруг его кабинет, его деньги а я, выходит, ленивая квартирантка.
Вечеринка за счет заначки
Страшно было, что он и вправду мне всё перекроет. Пришлось себя уговаривать: делай, что можешь. С личной старой копилки, которую ещё перед свадьбой собирала, наняла клининг Киев сейчас, сами знаете, не дешёвый плюс заказ еды и выпивки на 22 000 гривен. Вот и вся моя независимость ушла на его тусовку: моя боль не запланированный форс-мажор.
В пятницу дом сиял как в лучших фильмах. Кирилл шлёпнул меня по боку, как Золушку: «Видишь? Даже не сложно было». Вечер прошёл шумно: я, как тюлень на диване, пытаюсь усесться так, чтобы не кричать от боли, а он друзьям вещает: «Она в отпуске, ей бы лежать да с ребёнком балдеть день и ночь.»
Внезапный гость
Вдруг звонок. Кирилл встал, думает доставка. На пороге стоит его мама, Марина Ивановна. Взгляд её обошёл всю сцену: пиво, коробки из-под еды (обаятельно оплаченные мной), я в ортопедическом ожерелье и вибрирующий радионяня на столе.
«А ну, собирайся. Сейчас же!» сказала Марина так, что даже кот притих. В гостиной стало тихо брюкнули только бутылки. Марина вошла и на чистом русском объявила: «Уважаемые господа, отдыхайте, как хотите. А сын мой уходит.»
Кирилл попытался возмутиться, мол, день рождения разом испорчен. Марина Ивановна, не моргнув глазом: «Это квартира, которую я тебе помогала покупать. Ты жену, которая чуть не стала калекой из-за телефона, шантажируешь деньгами? Или ты муж, или сам по себе. Сегодня ночуешь у меня, и подумай заодно, кто ты такой вообще».
Реальный муж это безопасность
Друзья по-тихому исчезли. Кирилл, не оглядываясь, ушёл за мамой. Марина Ивановна вернулась, села рядом и дала мне вырыдаться, как ребёнку. «Ты должна была мне позвонить сразу,» сказала она, и вымыла мне полработы всю квартиру и наполнила меня уверенностью, что одна я не останусь.
Теперь Кирилл живёт у мамы, унывает, извиняется и наконец-то понял, что был жадным балбесом. Не знаю, выстоит ли наш брак точно знаю другое: мне нужно время на психотерапию и мужа, который видит во мне не домработницу, а партнёршу.
Когда карма явилась на порог, она была в шотландском шарфе Марины Ивановны и сказала: «Жена останется. Ты нет.»Пожалуй, впервые за всё время я почувствовала: даже если всё вокруг рушится, кто-то встанет рядом и примет твою сторону без колебаний. Софья, словно чувствуя перемены, в ту ночь долго не спала и улыбалась мне сквозь сон, а я сидела, смотрела на неё и понимала впереди ещё много работы над собой, много страхов, но теперь есть новый фундамент.
Марина Ивановна перед уходом сказала: «Ты не одна, и права у тебя есть. Живи для себя и дочки. А дураков, пусть даже родных, учат последствия не ты обязана их таскать на спине». От этих слов крепче стало внутри, чем от любого гипса.
Утром я впервые за долгое время села за ноутбук не потому, что надо работать, а потому, что хотелось вспомнить: у меня были мечты и своя дорога. Кирилл писал sms про любовь и прощение. Я не отвечала. Я выбирала себя и дочку. Пускай ему теперь разбирают мозги за семейными ужинами.
Жизнь не стала легче в один миг, но впервые я перестала бояться перемен. Иногда судьба выбивает тебя из колеи, чтобы поставить на новые рельсы. И если рядом хотя бы одна настоящая женщина с характером, любовью, юмором и гремучим акцентом, значит, всё только начинается.
