Женщина, я ведь не кто попало, у меня нет времени ждать, как у вас!
То, что произошло дальше… заставило его покраснеть перед всеми.
В больничном коридоре пахло хлоркой и усталостью.
На пластиковом стуле скромно одетая женщина прижимала к груди старую сумку, будто там спрятаны и надежда, и страх.
Было ещё рано.
С семи утра она сидела здесь, не сводя глаз с двери кабинета. Приехала издалека почти за 200 километров из-под Черкасс. Ни жалоб, ни раздражения. Только терпеливое ожидание.
Рядом ждали еще несколько человек: мужчина с перевязанной рукой, молодая девушка с красными от недосыпа глазами, мама с ребёнком, который уснул у неё на плече. Все молчали. С одним выражением на лице: «Господи, помоги»
И тут, с другого конца коридора, появился он.
Старик лет 75, одетый с иголочки. Дорогой плащ, блестящая трость, элегантная шляпа.
Он двигался так уверенно, как привыкшие, что им открывают дорогу.
Без вопросов.
Без взгляда на других.
Он целеустремлённо направился к двери кабинета, точно коридор был лишь формальностью на пути к желаемому.
Подойдя к двери, он потянулся к ручке.
В этот момент женщина медленно встала. Без злости, без возмущения.
С достоинством тех, у кого немногое есть, зато совесть и порядочность.
Уважаемый… но ведь сейчас моя очередь. Я здесь с семи утра, приехала почти за 200 километров.
Старик повернул к ней голову, будто только теперь заметил людей вокруг.
Холодно улыбнулся.
Женщина, вы меня извините, я человек важный, у меня нет времени ждать, как у вас!
И ещё резче:
Вам до моих лет и заслуг далеко. Я научился ценить каждую минуту, а не терять время в очередях.
Женщина осталась неподвижной.
Слова его ложились тяжко. Не оттого, что потеряла очередь, а оттого, что было обидно до слёз.
Коридор наполнился тяжёлым молчанием.
Но оно длилось недолго.
Дверь кабинета распахнулась резко.
Вышел врач, мужчина лет пятидесяти, в халате, помятом и с усталыми глазами, посмотрел на них.
Что тут происходит?
Старик сделал уверенный шаг вперёд.
Доктор, я пришёл на приём. Прошу принять меня сейчас, мне некогда ждать.
Врач несколько секунд молча смотрел на него.
Потом взглянул на женщину.
Это вы с семи утра?
Женщина кивнула.
Да из-под Черкасс больше 200 километров ехала
Врач вздохнул.
И тогда он обратился к старику, спокойно, но твёрже любого окрика:
Знаю вас. Помню хорошо.
Старик замер, довольно выпрямившись.
Врач продолжил:
Вы ведь были моим учителем в школе.
Коридор остолбенел.
Старик удовлетворённо улыбнулся, мол, ещё раз доказал он важная персона.
Но врач не улыбнулся.
Годами вы нам повторяли одну фразу.
Он произнёс её медленно, чётко:
«Достоинство человека не в звании и не в одежде, а в уважении к тем, кто не может за себя постоять».
Старик часто моргнул.
Трость в руке уже не казалась такой надёжной.
Врач сделал шаг ближе и, без злобы, но предельно искренне сказал:
Сегодня вы не были «кем-то».
Сегодня вы просто человек, который забыл остаться человеком.
Старик покраснел. Сжал челюсть.
Остальные молчали, но каждым взглядом выносили свой приговор.
Врач открыл дверь и громко сказал на весь коридор:
Пусть пройдёт эта женщина. Это её очередь.
Женщина вошла в кабинет, с влажными глазами, но с гордо поднятой головой.
Старик отошёл к стене, молча.
Присел. Подождал.
Возможно, впервые за долгое время он понял: быть «кем-то» это не идти по головам, а не переступать через людей.
Когда настала его очередь, он тоже вошёл.
И прежде чем пожаловаться на своё, сказал только:
Доктор… простите меня за сегодняшнее.
Врач улыбнулся тепло:
Никогда не поздно быть человеком, Иван Степанович.
Истинная ценность не в громких словах, а в том, как ты относишься к другим.
Можно быть «важным» для общества и остаться ничтожным без уважения к людям.
И наоборот: можно быть простым, скромным и вырасти до великих высот души.
А вы бы как поступили на месте женщины? А на месте врача?
Если вам эта история была близка, поделитесь ею.
Может, именно тот, кому нужно вспомнить, каково это быть Человеком, прочтёт её сегодня.
