Мне 41 год, и я никогда не изменял своей жене. Но до того как мы встретились, святым меня никак не назовёшь: у меня не было серьёзных отношений, я был свободным и жил как настоящий холостяк.

Мне сорок один год, и я никогда не изменял своей жене. Но до встречи с ней я вовсе не был святым. У меня никогда не было серьёзных отношений я жил, как свободный человек. Встречался с одной девушкой, потом с другой, вечера пятницы проводил на свиданиях, субботы на шумных вечеринках в ночных клубах Запорожья. Я не обязан был никому давать объяснения, ведь ни одной не обещал ничего.
Я работал электриком в мастерской и получал нормальные деньги гривны, не жаловался. После работы мы с друзьями ходили по барам, отмечали дни рождения, танцевали до утра. Иногда я просыпался рядом с девушкой, чьё имя едва помнил, и просто исчезал из её жизни на следующий день. Не из злого умысла, а потому, что не искал ничего серьёзного. Я всегда говорил: «Связь это не про меня».
Всё изменилось в тот странный весенний день, когда внезапно встретил свою будущую жену. Она была стажёром в местной больнице, работала ночные смены. Я пришёл чинить электричество. Она попросила проверить розетку, и мы начали беседу будто бы наши слова были тенями на белой стене палаты. Она спросила моё имя я ответил: «Алексей Федорович», а она хихикнула: «Меня зовут Дарина». В конце смены она дала мне номер. Я написал ей в ту же ночь, не как прежний уверенный парень, а с дрожью на руках, будто мне пятнадцать.
Наши первые встречи были простыми: вечерние прогулки вдоль Днепра, мороженое на скамейке, пышка после смены. Постепенно я перестал замечать других женщин не потому, что она просила, а потому что не хотел, чтобы моё внимание отвлекалось на кого-то ещё. Я чувствовал эта девушка не «очередная».
Когда попросил её стать моей, сказал так: «Если начнём значит будем по-настоящему. Мне не нужны полумеры». Она ответила серьёзно: «Я не делюсь». Я сказал: «И я». В этот момент я понял: верность это не просто перестать смотреть по сторонам, а точно следовать обещанию.
Мы поженились без роскоши. Снимали комнату в старом доме в Одессе, спали на чужой кровати, готовили на крохотной электрической плитке. Работа была тяжёлая: она ночами в больнице, я сверхурочно в мастерской. У нас не было времени на приключения, только счета, усталость и общие мечты, которые жили между нашими снами.
Но искушения тоже были рядом. На работе коллега по цеху ночами писала в Вайбере, присылала случайные фотографии и говорила, что я достоин большего, чем «уставшая жена». Однажды она подкараулила меня на парковке, предложила поехать в мотель. Я ответил «нет», сел в старую машину и вернулся домой, словно сквозь тёмные коридоры сна.
На вечеринке у друга в Киевской квартире, пьяная девушка с ярко-алыми ногтями начала гладить мне руку. Я резко встал, нашёл жену, и мы ушли, не прощаясь. Я предпочёл показаться грубым, чем перейти границу, которую невозможно стереть.
Друзья подшучивают: раньше был «живым», а теперь «скучным». И они правы, я изменился. Раньше жил для себя, теперь с человеком.
Недавно мой сын Артем спросил, были ли у меня другие женщины во время брака. Я ответил: «Нет». Он удивился, сказал, что почти у всех его друзей родители разведены из-за измены. Я понял: мой выбор влияет не только на мой брак, но и на детей.
Я был ветреным человеком, пока был свободен. Но с того дня, когда решил, что Дарина единственная, с которой хочу стареть, понял: верность не клетка, а ежедневное решение. До сих пор не жалею, что каждый день выбираю её.