Ох, уж эта бабушка вышла замуж, своих детей обидела!
На выходные Евгения, как всегда, приезжала к своей матери в маленький домик под Санкт-Петербургом. Маме было 78, она уже много лет жила одна.
За два дня Евгения успевала навести чистоту, перестирать бельё руками машинки-автомата здесь не было, да и воду приходилось таскать из колодца. Летом, к тому же, вечная забота о огороде.
Переехала бы ко мне, ведь всё гораздо проще, а тебе никакого отдыха, убеждала её мать.
Мам, у меня там работа, дочь, внучки, тяжело вздыхала Евгения.
Григорий вернулся, произнесла однажды мать, доски с окон снял, дом ведь пять лет пустовал, после смерти Аглаи. Говорит, поблуждал по белому свету, а теперь хочет тут век свой закончить. Про тебя спрашивал, придёт, наверно, повидаться.
Григорий, Гришка… Он был её первой школьной любовью. Евгения его любила, а он тогда на неё внимания не обращал. В выпускном классе она решилась на отчаянный шаг: утопила ведро в колодце и побежала к Гришке, попросила вытащить иначе мать разругается.
Гришка взял шест и пошёл. Полчаса провозился на льду, но ведро вытянул.
Думаешь, примета сработает? шутливо сказал он.
«Для кого ведро достать тот судьбой станет», говорила деревенская молва.
Но Гришка оказался прав: примета не сработала. Он уехал в Ленинград, закончил институт, много раз переезжал, почти всю Россию объездил. Женился и разводился… и вот снова вернулся.
Евгения, окончив школу, пошла учиться на бухгалтера в техникум в соседнем посёлке, неподалёку от родной деревни. Работала всю жизнь, вышла замуж. Родилась единственная дочь Ксения, имя типично русское. Восемь лет назад Евгения овдовела.
Григорий пришёл вечером. Постарел, поседел, конечно.
А ты всё такая же красавица, сказал он, и обнял Евгению.
Ты, видать, стал мастером врать. Мне, как и тебе, за пятьдесят, изменилась, постарела, как все мы, ответила она.
Потом сидели в летней беседке, выпивали немного домашней настойки на рябине за встречу и разговаривали, разговаривали…
Григорий рассказывал про жен их у него было две. С обеими расстался мирно. Каждой оставил квартиру, да накопленное имущество.
Есть взрослый сын от первой жены они вместе с мамой уехали на постоянное место жительства в Германию. Жена была из немцев Поволжья, тех самых, которых перед войной сослали в Сибирь.
Вторая жена сама подала на развод, влюбилась в другого, помоложе. Григорий не стал удерживать. Детей у них не было.
Григорий уже на пенсии по северному стажу и вредному производству. Собрался сколотить бригаду из местных мужиков строить дома, дачи, бани, хозпостройки и делать ремонты. Спрос есть, стартовый капитал тоже.
Что это я всё о себе. Ты-то как? Слышал, что одной осталась, допытывался Григорий.
Евгения неожиданно для себя рассказала ему всё.
Не одна я, Гриш. Семья у меня большая. Только я там, словно прислуга, начала Евгения.
Дочка после школы учиться не захотела замуж вышла, привела мужа к нам. Квартира большая, всем места хватало. Родила внучку Машу.
И как-то так всё сложилось, что домашние заботы стали моей неписаной обязанностью. У дочки депрессия, ребёнок маленький.
Муж мой (добрый он был человек) жалел меня, помогал. Никогда не жаловался, а однажды утром не проснулся. Для меня это был сильный удар. Только горевать некогда.
Я работала, тащила на себе дом. Расходы возросли, зять получает чуть-чуть, все свои деньги вкладываю в общий бюджет.
Надеялась, что внучка подрастёт дочка отдаст её в садик и выйдет работать, полегче станет Но. Внучке четыре года, и дочка родила вторую внучку Галину.
Старшая на учебу пошла, младшей пять лет, дочка сидит дома.
Я утром кормлю зятя и детей, собираю Машу в школу. Младшая с матерью дома остаётся. Ну, как с матерью Играет тихонько сама, мультики смотрит. Спокойная девочка, а мать спит до полудня.
Я провожаю школьницу, бегу на работу. Вечером готовлю еду, занимаюсь с внучками, стираю, убираю.
Пыталась говорить дочке, что мне уже не двадцать, пора и ей что-то делать по дому. Бесполезно.
Зятя всё устраивает тёща работает, деньги есть, да и свои овощи из деревни.
Зять бы помог в огороде, да машина нужна. Намекают, чтоб я дала денег на машину знают, у меня сбережения есть. Я боюсь последнего лишиться. Да и на машину моих денег не хватит.
Устала… Понимаю, сама виновата дочку ленивой воспитала. Всё понимаю, а как вырваться из этого круга не знаю
Да, Евгения, история… Не горюй, что-нибудь придумаем, сказал Григорий. Пойдём по домам светает.
В воскресенье вечером он отвёз её на своей машине в город. Евгения радовалась: столько провианта удалось привезти из деревни. Григорий помог занести мешки и сумки в квартиру.
Когда он ушёл, дочка спросила:
Где ты этого деда нашла?
Евгения объяснила, что это её бывший одноклассник, и стала разбирать овощи.
Через пару недель бывший одноклассник приехал на обед, начал выносить вещи, заранее собранные Евгенией. Зять с дочкой мелькнули на пороге, сонные.
Что происходит? Что за дела? спросили они.
Уезжаю от вас, замуж выхожу. Поеду обратно в деревню, буду с Григорием век доживать, спокойно ответила Евгения.
Ты что, с катушек слетела? Замуж выходит! Невеста, блин, без места! А ты, ненормальная, обед приготовила? Внучки твои скоро проголодаются! вспыхнула дочь.
Теперь сама своих дочерей и мужа корми. Я десять лет вам служила, пришла пора немного для себя пожить. Придётся, Ксения, тебе самой за дом следить, сказала Евгения.
Предательница! Запрещаю тебе видеться с внучками! кричала Ксения.
А я пока не собираюсь с ними видеться, у меня много забот. Да и за эти годы видела их чаще, чем ты, ответила Евгения и вышла.
В машине она, конечно, расплакалась.
Надо было заранее предупредить, что я уезжаю, сказала она Григорию, закрыв дверь.
Ты бы услышала те же слова, только вдвое больше. По-другому никак сильно вы к тебе присосались. Меньше бы нелицеприятных слов не было. Рвать надо резко и сразу, сказал Григорий.
Евгения быстро навела порядок в доме Григория. Он сделал для неё тёплый туалет и поставил душ. Воду привозили, септик откачивали пару раз в месяц мелочи жизни.
Евгению пригласили работать в местную школу завхозом. Зарплата меньше, зато спокойнее. Григорий занимается строительством и ремонтом, заказы круглый год. Живут они счастливо, дружно, спокойно.
Через месяц зять привёз девочек на выходные. Маша рассказала бабушке, что родители часто ругаются, папа сам суп варит, больше ничего не умеет. Мама обещает работать, но пока только думает, куда пойти.
В воскресенье зять хотел оставить младшую внучку пожить в деревне, но Евгения не согласилась:
Я работаю, Григорий тоже. Дети должны жить с родителями. Погостить пожалуйста, а заниматься ими ваша обязанность. Вы их рожали для себя, не для меня.
Зять с дочкой сильно обиделись, но через неделю девочки снова были у бабушки.
Мы только на выходные, объяснил зять и тоже остался в гостях: соскучился по пирогам Евгении.
Вот такая история.
Кто-то скажет, что мать поступила жестоко.
Кто-то решит, что справедливо.
Сколько людей, столько и мненийА Евгения, сидя на крыльце с чашкой крепкого чая, смотрела, как солнце медленно опускается за лес. Григорий тихо подошёл, сел рядом, протянул руку и, словно невидимый груз усталости вдруг слетел с её плеч. Она впервые за много лет почувствовала себя просто женщиной, а не «старой бабушкой с обязанностями».
Смех внучек доносился из огорода, где они играли в прятки, а разговоры взрослых плавно перетекли в рассказы о прошлом, о будущем, о том, что у каждого есть право на счастье сколько бы лет ни было за плечами.
Евгения улыбалась: жизнь дала ей ещё один шанс. Теперь она сама выбирает, чего хочет, и её голос звучит ясно и громко. Может, когда-нибудь Ксения поймёт, что любовь и забота не должны превращаться в тяготы и добровольное рабство.
А пока Евгения легла спать в чистой, тихой комнате, слушая ветер в берёзах. Завтра будет новый день, наполненный светом и свободой. И пусть ей больше никто не скажет, что она «предательница», ведь главное она наконец перестала предавать себя.
Счастье приходит тогда, когда ты его встречаешь не ради кого-то, а ради себя. Евгения это знала теперь наверняка; и жизнь, вдруг, показалась ей удивительно лёгкой и доброй.
И крылья, о которых она мечтала с детства, выросли незаметно, когда она разрешила себе быть счастливой.