ОЛИГАРХИНЯ НЕОЖИДАННО НАВЕСТИЛА ДОМОЙ СВОЕГО СОТРУДНИКА И то, что она увидела в том скромном доме на окраине, разрушило её хрустальный трон и навсегда переменило её участь!
Лариса Воронцова жила так, будто жизнь ее завораживающая механика наручных часов «Полет». Владелица строительного концерна с миллионами в гривнах уже к тридцати восьми годам, она привыкла к граниту, стеклу и глянцу мрамора повсюду вокруг. Её офисы высились под самыми облаками в деловом центре Одессы, а пентхаус на проспекте Шевченко регулярно снимался для модных журналов. В её мире все текло быстро, точно по заданию, и никто не тратил драгоценное время на сочувствие.
Однако с утра что-то словно треснуло в её холодной голове.
Алексей Горбунов, который вот уже три года мыл полы и окна в её кабинете, опять не вышел на работу. Уже третий раз за месяц три! И всё под умиляющим прикрытием: «Семейные проблемы, Лариса Борисовна».
Дети, тихо презрительно шепнула она, выпрямляя лацканы дорогого пиджака у зеркала. За три года ни слова.
Её помощница, Полина, робко пыталась успокоить: мол, Алексей всегда был молчун, трудяга, никогда не опаздывал. Но Лариса её не слушала. Для неё всё было понятно: очередная лень, прикрытая банальным «у меня семья».
Напиши мне его адрес, отчеканила она ледяным тоном. Я сама посмотрю, что из себя представляет его «трагедия».
Через пару минут экран ноутбука выдал адрес: улица Черноморская, дом 54, Молдаванка. Рабочие окраины Одессы, куда её «вольво» вряд ли когда-либо заезжал. Мир вдали от небоскребов из стекла и стали, где всё пронизано запахом варёного картофеля и старого асфальта. Лариса усмехнулась надменной улыбкой: теперь она расставит каждую вещь по своим местам. Она и не догадывалась, что, вступив за ту облупленную дверь, она не только изменит жизнь своего работника но и вся её собственная биография вдруг свернет в совсем другую сторону.
Через тридцать минут, будто легкомысленная галлюцинация, её черный «вольво» полз по подгнившим улицам Одессы, лавируя между лужами и бесхозными собаками. Дома теснились низенькие, с облупленной синей побелкой, крыши провисли, а в рассыпчатых дворах кто-то вёл долгие разговоры на суржике. Детвора без обуви следила за машиной с таким удивлением, словно к ним пожаловал инопланетный корабль.
Лариса вышла из машины, высоко подняв подбородок, и с холодной ловкостью дошла до двери с едва видным номером 54. Постучала резко.
Тишина.
Потом няшный детский гомон, торопливые шаги, детский плач.
Дверь медленно отворилась.
На пороге стоял не тот заботливый, аккуратный Алексей, которого она привыкла видеть ранним утром. В старой футболке с дыркой, с растрёпанными волосами и синими мешками под глазами, Алексей застыл, как будто попал в сон.
Лариса Борисовна?.. спросил он, в голосе звенела тревога.
Я пришла узнать, почему в кабинете пыль, Алексей, сказала она так, что даже воздух посерел.
Она попыталась войти, но тот машинально перегородил проход. В этот момент раздался пронзительный вопль малыша. Лариса, не обращая внимания на сопротивление, сама протиснулась внутрь.
Внутри пахло картошкой и вечно сырым бельём. На раскладном матрасе в углу дрожал под тонким одеялом мальчик лет шести.
Но сердце Ларисы, всегда находящееся под жестким контролем, стыло от того, что лежало на старом кухонном столе.
Среди бинтов, пузырьков с лекарствами и медицинских книжек стояла фотография. На этом фотоснимке безмятежно улыбалась её родная сестра, Маргарита, трагически погибшая пятнадцать лет назад. А рядышком золотой медальон, семейная реликвия, исчезнувшая в день прощания навсегда.
Где ты это взял? спросила Лариса, голос слаб и хрупок, она судорожно схватила медальон.
Алексей опустился на колени и заплакал навзрыд.
Не украл я его, Лариса Борисовна. Маргарита сама передала мне медальон я был санитаром, ухаживал за ней тайно, потому что ваш отец всё скрывал. Просила меня заботиться о ребёнке… А когда её не стало, родня выгнала меня прочь с угрозами.
Лариса почувствовала, будто комната поплыла по кругу. Она взглянула на мальчика: в его глазах отражалось лицо Маргариты.
Это её сын? прошептала она.
Это её внук. Сын, которого ваша семья отвергла из-за гордости. Я устроился чистить у вас офисы, лишь бы быть ближе к вам и однажды всё рассказать. А домой не выхожу ребёнок болеет тем же, что и мать, и гривен нет на лекарства.
Лариса Воронцова ледяная королева бизнес-империи села рядом прямо на пол, чувствуя, как холод стекла и мрамора тает под ладошкой дрожащей детской руки.
В тот вечер чёрный «вольво» не один вернулся за ЖД вокзал. На кожаных сиденьях устроились Алексей и мальчик по имени Артём ехали в лучший детский стационар Одессы.
Через несколько недель офис Ларисы перестал быть ледяной клеткой.
Алексей больше не протирал окна. Теперь он руководил фондом «Имени Маргариты Воронцовой» помогал таким же незаметным детям с хроническими болезнями.
Олигархиня, ехавшая когда-то громить безответственного работника, нашла ту семью и то тепло, которые однажды отобрала у себя сама… И поняла чтобы найти настоящее золото жизни, иногда надо пройти сквозь чужую боль и грязь будней.
