Ты знаешь, я выросла в большой деревенской семье, была второй по старшинству из десяти детей. С самого детства на мне лежало много домашних забот и готовила, и стирала, и за младшими братьями с сестрами приглядывала, в огороде работала, да еще и за скотиной ухаживала. Постоянная усталость засыпала, только голову на подушку положу. Как только мне исполнилось восемнадцать, родители начали постоянно намекать, что пора замуж, мол, одна лишняя кормящаяся во дворе слишком много для нашей семьи.
В общем, мое мнение никто не спрашивал, и меня выдали замуж за какого-то Игоря, которому уже стукнуло двадцать семь. Он жил в Одессе с парализованной бабушкой. После свадьбы я и переехала к ним только жизнь мало изменилась: теперь вместо братьев и сестер я ухаживала за его бабушкой. Игорь стал главным добытчиком, но характер у него оказался тяжелый: ни с того ни с сего срывался, кричал на меня, обзывался. Через полгода бабушка умерла, и мы остались вдвоём.
Скоро у нас появились дочка и сын. Дочка меня любила и старалась помогать, а сын почему-то еще с детства копировал поведение отца холод и грубость ко мне. Мне было сложно, но однажды по телевизору я увидела передачу про изготовление свечей дома эта идея меня буквально спасла. Я вложила свои немногочисленные гривны в материалы и оборудование для свечного дела. Игорь только насмехался и говорил, что у меня ничего не выйдет, но свечи начали пользоваться спросом, и я наконец-то сама стала немного зарабатывать.
Шли годы, дети взрослели, дочка всё так же ко мне с теплотой, а сын, как отец, с пренебрежением. Свечное дело шло в гору, постепенно начала копить деньги. Однажды купила себе простую юбку, Игорь начал шутить грубо, высмеял меня до слез. Тут меня как осенило все, хватит.
На тот момент детям было уже под тридцать, мне еще не пятьдесят. Я взяла свои накопления, сняла небольшую квартиру в Харькове, подала на развод и продолжила расширять бизнес. Просто захотелось пожить спокойно, без постоянных обид и унижений. Никакой злобы в моем решении не было только желание наконец пожить для себя, по-человечески.
