Полюби себя, и все наладится
За окном метель, ледяной ветер воет в щелях окон, и на душе у Марьи Петровны тоже морозно. Сидит она в тишине просторного дома на окраине Харькова, где всего вдоволь, да вот только одиноко. И муж есть, Василий Иванович, а снова ушёл вечером «по делам». Марья Петровна уже и так знает, что за «дела» у него такие.
Сын с дочерью давно разъехались. Сын Владимир живёт в Киеве с семьёй, а дочь, Валентина, после окончания университета осела под Львовом, там и замуж вышла, и внучку Светланку уже растят, живут душа в душу.
С дочерью сегодня Марья Петровна беседовала по телефону.
Мамочка, что-то ты голосом невесёлая, допытывалась Валя. Не случилось чего?
Да нет, доченька, всё хорошо. Как у вас дела, как моя Светланочка?
У нас всё замечательно! Николай, ты же знаешь, как у любого хирурга вечно на работе пропадает, приходит усталый, но с улыбкой: говорит, нашёл себя. А Светка скоро в садик пойдёт сама не верю! Растём, радуемся.
Рада за вас, детки, пусть всё у вас ладится, сказала Марья Петровна усталым голосом.
Опять что-то не так с настроением у тебя Папа где?
Да папа в гараже, вроде бы машину проверяет мороз ведь какой, метель такая, не хочет огорчать дочь лишний раз.
Полгода уже топчет Марья Петровна по одному кругу мысли тяжёлые, никому не расскажешь, а кто-то пожалеет, да кто позлорадствует Лето было, Марья Петровна возилась с помидорами под окном, да вдруг услышала, как Василий Иванович в доме по телефону разговаривает: голос ласковый, почти шёпот. Видно, решил, что жена в саду, не услышит.
Ну, ласточка, сегодня не приеду, да, тоже скучаю, тоже люблю Не горюй, завтра заеду, ты меня знаешь обещал, значит, буду
Дальше Марья Петровна не слушала сердце в пятки ушло, словно пол поехал из-под ног. Надежда её, опора и вот тоже оказался, как все мужики. И тут же вспомнились слова сестры, как та плакала, жаловалась «нашёл себе молодуху». Тогда Марья Петровна слушала с недоумением, а теперь вот и сама поняла суть чужой беды.
Вся жизнь вкрутилась, просидела за домом на лавочке, расплакалась.
Господи, что же со мной такое случилось? Василий, которому всё доверяла и ты туда же
У Василия Ивановича всё в жизни есть: дом, хозяйство мельницу он держит, муку да комбикорма по районам рассылает, уважаемый человек. Казалось бы, всё есть, и в семье благополучие, и дети уже на своих ногах.
Марья Петровна долго держала всё это при себе, но внутри выедало. Постепенно по кусочкам узнала о сопернице: расспросила аккуратно через знакомых, даже в телефон мужа разок залезла, пока тот спал.
Тая её звали. Оказалась дальней роднёй из того же района, где пятиэтажки, в народе называют «квадрат». Про Таю ей поведала соседка.
У нашей Таи репутация, скажу прямо, неважнецкая, говорила Вера Ивановна, девка красивая, но замуж так и не вышла, с мужчинами балована да легко на подъём. Говорит, нет у неё ни опоры, ни мужчины настоящего
Марья Петровна всё выслушала, виду не подала, но домой пришла в слезах.
Прошло ещё пару месяцев, и однажды не выдержала, пришла к Тае. Та дверь открыла побледнела. Без приглашения вошла хозяйка, села.
Ну, здравствуй, Тая, сказала устало, осмотрелась кругом.
Тая стояла в замешательстве, боялась, наверное, что сейчас получит. Марья Петровна, не выдержав:
Не стыдно тебе с чужим мужем крутить? Своих мужчин мало? На чужом несчастье счастья не построишь.
Тая вдруг заплакала, люблю Василия ничего не могу с собой поделать
Марья Петровна сдерживалась, но вдруг не выдержала дала пощёчину. Тая снова слёзы и просьбы о прощении. Обе плакали. Успокоившись, Марья Петровна сказала:
Василию ни слова, что я тут была. Но если узнаю, что не разорвала пеняй на себя.
Так жили дальше: Марья Петровна не знала, встретился ли Василий Иванович с Таей снова, сидела, думала, крутила в голове.
Не знаю, что делать. Василий вся жизнь моя, как без него Всё нажитое делить тоже не хочу, пусть уж будет как есть.
Пробегали иногда тревоги, что если даже дом останется за ней а зачем он, если одна? Ведь и сломается всегда что-то К жизни такой привыкла, а теперь что? Да ещё и дети, как сказать им
Никому не жаловалась, знала, что скажут: полюби себя, брось, не терпи. Может, и правда, думала, но сердце своё не обманешь любит она его, прощает, надеется
Тяжело стало: и к мужу по-прежнему, и мыслями чужая женщина между ними. Словно привыкла мысль, что Василий не только с ней Думала даже а не найти ли ей самой кого? Недолго длились эти мысли: не сможет, не такое сердце.
Вспоминала, как и счастливы они были комнату на троих снимали, копейки считали, на киношку экономили ужин Это было другое счастье: молодость, простота, тепла хватало, и друг друга хватало. А теперь всё есть, а на сердце пусто. И не с кем поделиться.
А однажды, уже под зиму, возвращается Василий Иванович домой. Сугробы по двору, от сарая к гаражу, всё покрылось инеем. Заходит в дом:
Марусь, ты где запропала? Что ж ты в темноте сидишь? включает свет, а Марья Петровна не заметила, как стемнело.
Тут я Задумалась что-то Погода нелётная…
Да уж, дороги перемело, еле доехал! Я поужинал бы буднично, как всегда.
Села Марья Петровна, за хлопотами заметила вдруг, как муж за столом на неё смотрит.
Слушай-ка, Маруся, Новый год скоро Я тут вот что надумал: нам с тобой пора в праздник сменить обстановку
Стала напрягаться: теперь для неё любые сюрпризы тревога.
Что за праздник? еле дыша.
Муж выдержал паузу, взял из прихожей конверт:
Вот, купил нам с тобой путёвки в Одессу! На море. Новый год встретим на самом берегу, под шум волн. Поедем всё как раньше, вдвоём.
Словно камень с души теплее стало.
Господи, Вася, ну что ты, опять свои выдумки Я только за, хоть сейчас. Морозы пропадут, а мы под шум моря встретим праздник
Это наш Володя подсказал, улыбнулся муж, а я и сам давно мечтал: вывезти тебя в люди, развеяться. Готовься, жена.
После этого потеплело всё: съездили, отдохнули, встретили Новый год, засмеялись, словно были снова молодыми. Василий Иванович стал чаще дома появляться, и всё стало спокойно на душе у Марьи Петровны. Жизнь продолжается, и главное, она вспомнила старую истину: полюби себя и всё наладится.
