У каждого уважающего себя мужчины свои маленькие секреты. Один припрятывает пятитысячные купюры в зимних носках, другой хитро косит под рыбака на выходных. А вот Игорь Петров прятал телефон. Вернее, никогда не забывал перевернуть его экраном вниз.
Везде, где бы ни оказался: на кухне, на прикроватной тумбочке перед сном, в кафе, на даче у родителей в Харькове всегда экраном вниз. Такая вот философия.
Валерия его жена сперва этого даже не заметила. Ну положил и положил. Потом стала отмечать про себя. Потом стала думать. Потом, чтобы не портить себе нервы, решила вообще об этом не думать. Такой у женщин механизм: тревожная мысль? Не думай авось само рассосётся.
Брак у них был самый, что ни на есть, типичный как борщ по воскресеньям: без изысков, но и без нервных штурмов. Игорь работал, Валерия работала. По субботам шоппинг, сериальчик, иногда друзья на огонёк. Друзья это Михаил с Верой. Миша Игорев однокурсник ещё со времён Киевского политеха, Вера его жена, громкая, весёлая, уверенная иногда избыточно, Валерия порой даже уставала от такой экспрессии, но героически не показывала виду.
И вот казалось бы, всё ровно, да если б не этот злосчастный телефон
Валерия всё чаще ловила себя на мысли: если бы муж так прятал только носки, жить бы стало проще. Но она молчала: ну и что с того, мало ли у кого какие привычки.
Но однажды, когда она потянулась за сахарницей, телефон упал со стола прямо на стул и лег экраном вверх.
Игорь ринулся к нему раньше, чем она чуточку успела что-то увидеть мгновенно прикрыл ладонью.
Ой, извини, пробормотала Валерия.
Пустяки, ответил Игорь, делая вид, что ничего не случилось.
Оба сделали вид, что ничего не заметили. Потому что если что-то происходит, главное всем видом показывать, что не происходит ничего.
Валерия была женщиной неглупой, а это, как известно, и приносит счастье, и мешает жить. Умная женщина скандала из телефонной паранойи не разводит она наблюдает, сопоставляет факты, подсчитывает в голове табличку: что подозрительно, как объясняется. Пока объяснения вроде годятся молчит.
Табличка её пухла месяцами.
В их таблице висели следующие загадочные пункты:
Факт первый Игорь стал задерживаться на работе. Раньше, бывало, до восьми, но не дальше. Сейчас мог приползти и в девять, и в половине десятого, а один раз вообще под самый комендантский час. Классика жанра: отчёты, квартал, заказчик из Днепра.
Факт второй стал рассеян до невозможности. Смотрит в телевизор, а в глазах «зелёный шум». На вопросы отвечает будто через степь вьюжную, с задержкой, как медленный интернет.
Факт третий заметно напрягался, если звонил Михаил.
Вот это было особенно подозрительно, потому что с Мишей у Игоря настоящая мужская дружба длиною в вечность: с утра до вечера могли языком чесать, ещё недавно так и было. А теперь звонок и что-то в лице Игоря менялось, еле заметно, но Валерии этого хватало.
Однажды спросила:
Ты что, с Мишей разругался?
Да нет, всё нормально, отмахнулся Игорь, немедленно залепив глаза в телефон.
Вера звонила Валерии в среду ни о чём, просто поболтать. Такая уж у них с девушкой манера: и без повода можно о жизни потрещать, чайную пиалу попивать. Вера смеялась так, что любой ресторан слышал, и даже в очереди в супермаркете ей не бывало скучно.
Как у вас там? поинтересовалась Вера.
Да нормально. Игорь опять поздно.
Ну, работа есть работа, шикнула Вера слишком уж легко.
На следующей неделе, классика собрались вчетвером у Валерии: Михаил с Верой торт притащили, Игорь на кухне жарил котлеты, излучая радость до глубины холодильника. Валерия накрывала стол, поглядывая на всех с умным прищуром.
И вот между Игорем и Верой будто лёд по весне повёлся пара, что всегда спорила и смеялась за столом, теперь старалась друг на друга даже не взглянуть лишний раз.
Михаил лил вино, рассказывал про работу; голос ровный, взгляд как у таксиста под дождём. Валерия глядела на него и гадала: знает? Не знает? Или всё это только ей кажется, и она уже совсем мнительная?
Ты чего такая тихая? спросил Игорь, когда все разошлись.
Устала, пожала плечами.
Ляг пораньше.
Ага, сухо отозвалась Валерия.
Валерии заснуть не получалось: муж сидел у себя, телевизор бубнил что-то фоном, а на тумбочке у него, как всегда, телефон экраном вниз.
Валерия легла к стенке. Ещё надеялась на объяснения.
В субботу Игорь объявил, что едет на шиномонтаж, протянет пару часов. Валерия осталась дома кофе, уборка, книжка.
Дошла до дивана и вдруг на подушке обнаружила Игорев телефон. Экраном вверх.
Забыл.
За три года не было такого ни разу: Игорь забывал зонт, шапку, кошелёк, даже дрель в гараже, но не телефон.
Телефон лежал и светился. Просто лежал, как кот, который ждет корма.
Валерия даже не собиралась шарить по переписке свято верила: у взрослых людей свои границы. Но тут на экране выскочило уведомление: не текст, а смайлик с аватаркой.
Круглый значок женское лицо, тёмные волосы, ухмылка.
Это была Вера. Нет, ну надо же!
Валерия застыла с тряпкой в руке, уставилась на экран, как на заслуженного героя Украины. Телефон погас.
Потом ещё одно уведомление. Валерия не стала читать: если прочитать, назад не вернуть. Пока не прочитала вдруг по работе, вдруг стоит поздравить с именинами мужа или спросить рецепт паски.
Но Валерия прекрасно понимала, что вовсе не рецепты тут обсуждаются.
Она села рядом, глядела на этот, ставший чужим, телефон. Все пазлы сложились: задержки, рассеянность, странные реакции на звонки Миши, молчание с Верой на последней встрече, её слишком бодрый «Ну, работа!» Безысходно, но ясно.
Вера всё знала, потому что именно она и есть причина.
Михаил лучший друг двадцать лет. Интересно, догадывается ли?
Щёлкнула дверь, послышались шаги на лестнице. Игорь вернулся раньше срока. Похоже, спохватился насчёт телефона.
Валерия даже не пошевелилась.
Игорь вошёл, увидел жену и телефон рядом. Лицо на секунду дрогнуло но Валерия внимала его микромимике уже много месяцев.
Забыл, бросил он буднично, кивнув на телефон.
Вижу, прозвучало в ответ.
Валерия встала, пошла на кухню, впилась в стакан воды, чувствуя, как воздух сделался жидкой манной кашей.
За спиной было тихо.
Лер, позвал Игорь.
Не сейчас, ответила она, ровно, спокойно. Я еще не готова.
И самую настоящую правду сказала, потому что ни скандалов, ни слёз, ни разбитой посуды не хотела. Она только знала и этого было более чем.
Разговор получился только в воскресенье вечером. Без кино, без драмы, просто сели на кухне, Игорь даже начал первым.
Я вряд ли смогу это объяснить, сказал он.
И не надо, всё видела по аватарке, ответила Валерия.
Долго молчал. Потом:
Ты знала?
Подозревала. Разное объясняла себе.
И что теперь?
Ну, я подумаю, как подать на развод. А у тебя как получится.
Вера узнала в тот же вечер. Валерия сама позвонила.
Вера, я знаю. Объяснять ничего не нужно. Мише скажи сама или молчи твоё дело. Но мне не звони больше.
На том конце тишина, потом что-то похожее на «Лера» и Валерия прервала разговор.
Михаил наутро сам позвонил Игорю как узнал, Валерии было безразлично. Игорь пришёл угрюмый, плеснулся в кресло:
Миша звонил.
Ясно, сказала Валерия.
Всё. Не о чем больше говорить.
Три года брака, двадцать лет дружбы, маленький круглый смайлик на экране и два дома рассыпались тихо и аккуратно, как дегтярёвские карты.
Через неделю Валерия складывала вещи: книги, одежду, кастрюли, что были с ней ещё до Игоря. Слышала, как Игорь то и дело ерзал креслом в другой комнате.
Остановилась в дверях; его телефон опять лежал на столе.
Экраном, разумеется вниз.
Валерия вышла и аккуратно прикрыла за собой дверь.
