Я с мужем отправилась на отдых к морю. Уже несколько лет подряд мы выбираемся к берегу вместе с друзьями, каждый на своей машине. Мы настоящие дикари: выбираем уединённый кусок побережья, ставим палатки, разбиваем лагерь. Днём мы купаемся в море, греемся на солнце и занимаемся хозяйственными мелочами. А когда стемнеет, поём песни под гитару вокруг костра, потягивая сухое вино из пластиковых стаканчиков. В этот раз к нашей компании присоединилась моя невестка Аграфена, прихватив с собой своего двухлетнего сына. Они каким-то образом уместились вместе с нами и моей свекровью хочешь не хочешь, а выбора нет.
Жалко, что нас уговорили. Уже сейчас, вспоминая тот сон, понимаю: вовсе не мальчик стал источником всех бед, а Аграфена. Всё началось ещё в дороге. Аграфена требовала останавливаться чуть ли не каждый час, ведь, по её словам, она смертельно устала и ей нужно было полежать. В результате мы приехали, когда друзья уже полностью устроились и даже успели искупаться. Ладно, добрались. Тут начался новый виток абсурда: Аграфена закатила сцену, будто на театральной сцене глухим июньским вечером, окружённая галереей сосен и чайками, пищащими в небе: Я тут жить не собираюсь!
Почему? Я ведь предупреждала, что отдых у нас по-ди дикарски!
Я думала, дикарски это значит просто самим искать себе жильё, а не снимать номер в гостинице через каких-то людей!
А ты зачем думала, мы с собой спальники и палатки везём? проворчал мой муж, поправляя кепку.
Ну, я решила, вы просто в поход.
В итоге для неё пришлось найти и снять комнату за гривны странная сумма закружилась в воздухе, как детский мячик. А потом брату весь отпуск пришлось возить её к нам и обратно, причём он возил её ещё и на рынок, и в кафе, и даже развлекал ребёнка, когда Аграфена восстанавливалась после своей суровой жизни.
Кстати, за малышом следили все по очереди. При этом мальчик оказался совершенно не проблемным: купался, ел что дают, не устраивал истерик, спокойно спал днём в палатке и утыкался в песок, словно маленький барсук. Его мама, правда, слагала вокруг себя тоску и суету, словно одеяло из прошлого. В следующем сне то есть летом мы точно Аграфену брать не будем. А вот племянника, если отпустят, откроем для себя ещё раз: он особенный, снившийся как солнечный луч.
