Муж опоздал на похороны моего отца. В тот же день я узнал, gdzie он был на самом деле.
Он позвонил за пятнадцать минут до церемонии и начал оправдываться мол, застрял в пробке, сегодня ужасный день, уже еду.
Я стоял у ворот храма, в черном пальто, с холодными руками, крепко сжимая сумку. Молча кивал, понимая, что он меня не видит.
Люди медленно заходили внутрь. Один протянул мне платок, другой мягко потрогал за плечо. Все пришли. Только его не было.
Гроб уже стоял перед алтарём. Я смотрел на него и старался не думать о том, как отец часто спрашивал, успеет ли мой муж не случится ли снова что-то непредвиденное. Я всегда обещал: в этот раз обязательно будет. Опаздывать можно на работу, на семейные ужины, на дни рождения, но не на такое.
Служба началась без него. Телефон в кармане дрогнул один раз, потом второй. Я не взял трубку.
После панихиды кто-то сделал снимок обычная фотография: родственники, цветы, серое небо. Вечером я увидел ее в интернете. И тогда, случайно, рядом попалось другое фото. С тем же днем, с тем же временем, но совсем не тем местом.
Я замер перед экраном телефона, пока не понял, что вижу. На фото было ярко, весело смех, разноцветные шары, столы со всякой едой. Локация отмечена, время указано, пару сердечек в описании. Все было невесомо, жизнерадостно абсолютно не то, что я прожил в тот день.
На втором плане, чуть сбоку, я увидел его лицо. Улыбающееся, расслабленное таким я давно его не видел. Он стоял рядом с ней. Женщиной, о которой тогда не знал, но о которой сразу догадался интуиция не подвела. Ее рука лежала на его плече слишком свободно для просто коллеги или знакомой знакомых.
Время на фото совпадало с тем, когда я стоял у церкви и слушал его в телефон уже почти приехал, осталось немного, еще чуть-чуть.
Как я дошёл до дома не помню. Только тишина в квартире, фотография отца на комоде и навязчивый вопрос: как можно так ошибиться в расчётах времени?
Когда Дмитрий наконец появился, всё уже было позади. Похороны, поминки, первый шок. Он вошёл тихо, будто надеялся, что не встретит меня. На нем была рубашка, которую я раньше не видел. От него пахло чужими духами и алкоголем.
Извини, начал он с порога. Я правда не хотел
Я не дал закончить. Положил телефон на стол и подвинул к нему. Он посмотрел сначала без понимания, потом все внимательнее. Улыбка исчезла с лица.
Это не то, что ты думаешь, поспешно сказал он. Просто день рождения знакомых. Я остановился на минуту, думал успею
Ты не успел, перебил я. На похороны моего отца.
Он тяжело сел на стул, провёл рукой по волосам привычный жест, когда нервничал. Начал говорить про плохое планирование, про пробки, что думал, что времени больше. О том, что не хотел меня обидеть ни сегодня, ни когда-либо.
Я слушал, но все его слова казались чужими. Будто он рассказывал историю другого человека. В голове снова видел отца, как он поправлял галстук перед выходом, говорил мне не переживать, все можно устроить. Но в этот день стало ясно не все.
Уходи, наконец сказал я.
Как? удивленно посмотрел он. Может, поговорим?
Мы уже поговорили, спокойно ответил я. Теперь уходи.
Он быстро собрал вещи пару предметов в сумку, зарядку, рубашку. Замер в дверях, как будто ждал, что его остановят. Я этого не сделал. Последующие дни он звонил, писал сообщения. Извинялся, оправдывался, обещал. Клялся, что это ошибка и больше никогда не подведет, что понял.
Мы встретились еще раз. Он сел напротив меня, уставший, постаревший за эти несколько дней. Говорил, что хочет вернуться, все исправить, что любит меня. Я смотрел на него и чувствовал только одно усталость. Не злость, не ненависть. Просто глубокую усталость от человека, способного выбрать чужой день рождения вместо моего горя.
