Все помогают, только ты у нас особенная
Ольга, может, вы сегодня к нам заедете? с надеждой спросила сестра. Андрей уехал в Москву по делам, мне одной с детьми так скучно.
Я устало потер лоб. В голове мелькали варианты, как вежливо отказаться, но они все звучали неубедительно. Сказать, что работа не поверит, суббота сегодня. Про усталость тут же начнутся расспросы и поучения. Я тяжело выдохнул, собираясь с силами перед ответом.
Инна, не получится сегодня. Ксения приболела, мы дома, никуда не выходим, постарался, чтобы голос звучал сочувственно.
На том конце повисла пауза, затем раздался тяжёлый вздох.
Жаль, протянула Инна. А я так надеялась, что мы вместе чай попьём, пока дети играют…
Я закатил глаза и был рад, что сестра этого не видит. «Дети бы играли» громко сказано. Ксения бы весь вечер носилась за младшими племянниками, пока взрослые обсуждали семейные новости.
Да, обидно, конечно. Как подлечимся обязательно созвонимся, пообещал я.
Инна ещё немного посожалела, пожелала Ксении скорейшего выздоровления и отключилась. Я опустил телефон на стол и с какой-то забавой подумал разговор длился четыре минуты. Ни слова о моих делах, ни как настроение, ни как на работе. Инне был важен только один вопрос: приедем мы или нет. Бесплатная няня вот и всё, что её заботит.
Из комнаты выглянула Ксения. Она явно всё слышала, внимательно посмотрела на меня.
Папа, это опять тётя Инна звонила? спросила дочь.
Я кивнул, убирая телефон. Ксения подошла поближе, села рядом и, немного помолчав, заговорила решительно:
Я не хочу больше к ним ходить в гости. Она всё время заставляет меня с малышами сидеть. Играть, развлекать, за всем смотреть… Я же не их нянька, папа. А старшему всего пять лет!
Я посмотрел на свою десятилетнюю дочь так взрослела она в такие моменты. Гордость кольнула меня умеет она чётко сказать, что её беспокоит, не боится выразить мнение.
Всё, не переживай. Больше я тебя туда звать не буду, пообещал я, приобняв её за плечи.
Ксения с облегчением улыбнулась и ушла в свою комнату.
Я устремил взгляд в потолок, давая мыслям волю. Забавно складывается у нас в семье. Инна младше на четыре года, а детей у неё уже четверо! А у меня только Ксения, и даже она ещё не совсем взрослой стала. Сколько впереди нужно любви, сил, времени… А у сестры четверо, маленькая армия. И всё семейное окружение работает на благо Инниных детей: и наши родители, и родители Андрея, и даже дальние родственники, и соседи. Все, кроме самой Инны.
Я всегда считал иначе. К помощи своей матери обращался только в крайних случаях когда болел, когда на работе завал был, сам не справлялся. В остальном сам тащил всё. Было тяжело, особенно первые несколько лет, но справился. Дочка самостоятельная, характер есть.
А Инна наоборот, с каждым годом требовательнее становится.
Я отмахнулся от гнетущих мыслей, поднялся с дивана. Сегодня сестра меня не достала, и это уже победа. Впереди субботние хлопоты посуда, уборка, покупки.
Неделя прошла в привычной беготне между работой и делами по дому. В пятницу вечером на экране телефона высветилось имя сестры. Я глубоко выдохнул, потом взял трубку.
Оля, как там Ксения? голос Инны был чрезмерно ласковым. Выздоровела уже?
Всё хорошо, тьфу-тьфу, бегает, как огурчик, ответил я.
Прекрасно! Тогда вы просто обязаны приехать к нам в эти выходные с ночёвкой!
Я мысленно застонал. Опять старая песня.
Мне одному тут скучно, дети шалят, Андрей в другом городе…
Инна, с ночёвкой не получится, но в субботу днём заскочу, если не возражаешь…
Пауза была долгая сестра явно хотела большего, но в конце согласилась.
…В субботу было пасмурно и сыро. Я собрался, надел куртку, и в одиночестве вышел из хрущёвки. Автобусом до Инны полчаса, потом немного пешком.
Сестра открыла дверь и тут же заглянула мне за спину:
А где Ксения? свела брови.
Занята. Домашку делает, скоро контрольная.
Инна недовольно сморщилась и захлопнула дверь с шумом.
Племянница упрямая становится. Не приходит, не звонит, не пишет…
Я снял куртку. Из дальних комнат доносился шум дети чего-то роняли, кричали.
Она устала постоянно быть няней у тебя, спокойно сказал я.
У Инны зажглись глаза.
Это нормально! воскликнула она. Всегда старшие помогают с младшими!
Не чужим же детям, не растерялся я.
Какие чужие? Двоюродные братья, сестра!
Ксении десять лет, она ребёнок, не прислуга.
Инна шагнула ближе, злобно смотря мне в глаза. Вдалеке заплакал самый младший, но она даже не вздрогнула.
Это же полезно! Пусть учится с детьми обращаться!
Ей незачем такие уроки. У неё нет маленьких братьев и сестёр.
Вот поэтому пусть с моими возится! Пусть учится!
Я отступил на шаг, с трудом веря собственным ушам.
Ты слышишь себя, Инна? Хочешь сделать из моей дочери бесплатную няню!
А почему бы нет? сестра подбоченилась. Я не справляюсь одна!
Зачем тогда рожала столько, если помощи нет? вырвалось у меня.
Инна побагровела, вены выступили на шее.
У тебя почти взрослая дочь! Могла бы приходить хотя бы после школы помогать!
Это стало для меня последней каплей. Всё накопившееся прорвалось наружу.
Ты обнаглела, в голосе у меня звенел лёд. Хочешь, чтобы все вокруг жили ради твоих детей.
Я просто прошу о помощи!
Нет, ты требуешь, схватил куртку, собираясь выйти. Думаешь, что все тебе что-то должны.
Родители мне помогают, свекровь! А вы нос воротите!
Родителям уже за шестьдесят, им отдохнуть бы! А не нянчиться с внуками сутками.
Они рады!
Я вырвал рукав и ушёл в коридор.
Никто сюда больше не придет, бросил я на прощание. Ищи другого помощника.
Я вышел, не оглядываясь, хлопнув дверью.
…В тот же вечер позвонила мама. На экране «Мария Ивановна».
Оля, что вы с Инной напридумывали? Инна в слезах! Ты довёл сестру до истерики!
Мам, я просто сказал ей правду, сел на диван.
Какую правду? Что теперь никто не будет помогать родной сестре?
Помогать не значит быть рабом, сжал телефон.
Она одна с четырьмя детьми, Андрей в разъездах!
Это её выбор, не мой и не Ксении.
Ксения могла бы иногда посидеть с малыми! Все Инне помогают, только ты у нас особенный!
Нет, прервал я. Ксения не бесплатная помощница.
Это ваша семья, не чужие!
Я подошёл к окну, за стеклом загорелись фонари, осенний Киев готовился ко сну.
Мам, если вы хотите с папой помогать ваше право. А я не подписывался жертвовать своим временем и дочерью.
Ты эгоист!
У меня своя жизнь: работа, дочь, жена. Я не буду жить ради Инны.
Я сбросил вызов. Сел, закрыл лицо руками.
Тёплые ручки обняли меня за плечи. Ксения притулилась ко мне.
Пап, я всё слышала.
Я обернулся, обнял дочь покрепче, вдохнув запах её волос.
Всё, что я делаю ради тебя, девочка моя.
Она улыбнулась.
Я знаю, спасибо тебе, папа.
Мы стояли у окна, вдвоём, смотрели на огни вечернего города. Где-то там Инна наверняка жаловалась свекрови. Мама звонила родственникам, рассказывала о бессердечном сыне. Но здесь, в нашей квартире, было тепло и спокойно.
Я выбрал свою семью. Может, из-за этого что-то надорвётся в отношениях с сестрой и мамой но Ксения важнее. Её детство, её свобода важнее давления даже самых близких. Наверное, так всё и должно быть.
