Мама Катя
Что ты тут размазываешь слёзы? Разнюнилась! На улице и так промозгло, а ты ещё тут свое болото устроила!
Громкая, тучная, огромная, словно деревенская печь, женщина плюхнулась на скамейку рядом с Ирой.
Жарко, хоть топор вешай, а тут с утра ливень! Теперь мокро и парит, как в бане… Полдня еле прошло, а я вся сырю промокла, хоть выжимай!
Женщина вытащила из видавшей виды сумки пластиковую бутылку и, помучавшись, щёлкнула крышкой.
Хочешь? протянула она воду Ире. Говорят, водичка нервы успокаивает. По мне, хоть ведро выпей всё равно не легче.
Ира с тоской глядела на свою неожиданную соседку по лавке. За что, спрашивается, ей это наказание? И без того бед и проблем выше крыши а теперь ещё и эта… точнее, эта вот рядом.
С полными людьми Ира никогда не ладила. Вызывали они у неё кислое уныние и раздражение: себе не помогают, себя не уважают, а окружающих не щадят всюду занимают места, бедные лавки прогибают, одежда на них неприглядная, и запах фу! Ей вспоминалось, как они однажды с подругами увидели в спа такой же «экземпляр» в бассейне…
Я не пойду больше плавать, девочки, уверенно сказала тогда Лиза самая худая, загорелая, подтянутая, как статуэтка. С меня хватит! С ней в одной воде ни за что.
Перебор, думала Ира, но не могу не согласиться.
Вот теперь сама такую соседку по беде обрела. В три раза крупнее той, и ко всему прочему разговорчивая. А сил уйти со скамейки у Иры уже не было: она вывалялась тут полдня, сначала рыдая, а потом просто глядя не мигая в кирпичную стену напротив, будто ждала, что что-то прояснится.
Красивая девушка, а ни сумки, ни чемодана… Значит, не в гости поехала, а уйти некуда? вдруг задумчиво сказала женщина, разглядывая Иру.
Та с опаской посмотрела на собеседницу. Качественные, ладные черты щеки румяные, как у матрёшки. Улыбка исчезла, когда Ира резко всхлипнула и с этим не справилась разрыдалась вслух.
Женщина тут же прижала её и обняла. В голове у Иры мелькнуло: почему она поддаётся? Жесты неожиданно напомнили ей детство, мать, которая почти не запомнилась погибла, когда Ирочке не было ещё и пяти. Только руки её помнила: пахли чем-то свежим, травяным, именно так сейчас пахла блузка этой женщины. Цветочное мамино тепло.
Ну что ты дрожишь? Обидел кто? Говори, негромко сказала незнакомка.
Ира отрицательно затрясла головой, но потом кивнула.
Ай-ай-ай, гады! Девчонку такую обижать… женщина извлекла толстую бумажную пачку с бутербродами, сверху приложила крупное наливное яблоко. Вот, держи!
Запах разошёлся по лавке. Ира не ела почти сутки, а денег на хлеб не осталось.
Кушай! Это домашняя ветчина, куриная. Я сама делала. Есть надо, а то совсем тень осталась!
Я не ем мясное прошептала Ира, отводя взгляд.
Ну, тебе виднее, сказала женщина, но с улыбкой сунула бутерброд в руки Ире и разломила яблоко пополам. Ешь, пока тепло.
Ира вцепилась зубами и ком застрял в горле от счастья и насыщения.
Вкусно? Так и надо! одобрительно кивнула женщина. Остальное переживём.
Женщина устроилась поудобнее и посмотрела на Иру, когда та принялась за второй бутерброд.
Ешь, не стесняйся, а потом рассказывай: как так вышло, что оказалась тут одна, без вещей и денег?
Ира молча кивнула, обтирая слёзы.
Не реви, милая. Сначала расскажи, а потом вместе поплачем и, бог даст, даже посмеёмся.
Ира рассказала куда деваться. Всё началось вчера, когда, после тяжёлого разговора с отцом, она поняла: больше тут её домом не пахнет. Отец сказал прямо: «Ты мне не родная дочка, у меня скоро будет свой ребёнок». Сердце ушло в пятки. Человек, которого с рождения называла папой, и вдруг не свой! И ни разу не дал ни приметы, что чужая ему…
С мачехой у Иры не сложилось сразу: разница мелкая Инна была почти ровесница. «Какая хорошенькая!» пропела она на знакомстве, но строго поджала губы.
Постепенно всё стало как в дешёвом сериале: склоки, наговоры, отцовские упрёки. Последней каплей стали бумажки на столе кабинета и признание: «Я тебя удочерил в младенчестве…» а кто её биоотец, сказать не захотел.
Всю ночь Ира не могла заснуть, а налегке рюкзачок да ветровка ушла в ночь. Телефон сел, друзей надёжных не было они всегда скитались, ни с кем закрепиться не удавалось. Была у неё любимая фраза из советского мультика: «Люби себя, чихай на всех и жди успеха» Вот только радости не принесла.
Женщина молча всё выслушала, достала салфетку.
Вот, утрись.
Достала старый, поношенный кошелёк.
Слушай, девочка, с отцом своим ещё поговорить можно, но это дело не срочное. Телефон работает?
Разрядился…
Поняла. Бери вот этот, кнопочный. Дочка мне подарила звонить удобно. Позвони или напиши, что у тебя всё нормально. Пусть не волнуется.
Ира написала смс, а женщина встала решительно:
Меня звать Катерина Алексеевна. Живу за городом, в деревне под Полтавой. Поехали ко мне? Ты мне не чужая. У меня дом большой место найдётся. Детей одних не бросают.
Почему вы мне помогаете? Я же чужой человек
Катерина улыбнулась мягко:
Бывает, девочка, так, что чужих чужими делает только равнодушие.
По дороге тётя Катя расспросов не задавала. Потом, когда Ира сама решит поговорить, она объяснит: В душу лезть не ложка супа размешать, скажет. Нужное время пусть выберет человек сам.
Электричка гудела едва слышно, Ира уснула на плече Катерины.
Подъём, приехали, позвала добрая женщина, когда вагон уже опустел.
На перроне тётю Катю встретила высокая худощавая женщина:
Ну, мам Катя, я уж думала, не дождусь! Как Нинка?
Всё хорошо, с Яриком устроила. Через пару дней съезжу, проверю.
А это кто с тобой? Светлана так звали встречающую спросила, глядя на Иру.
Будем вопросы потом задавать, Света. Ещё поесть хочется.
Ладно! хмыкнула Света. В машину садитесь.
Ира захихикала в душе, увидев старый Жигули, оклеенный рисунком кота Леопольда.
Это аэрография! гордо заметила Света. Брат Сашка рисовал. Сама умеешь рисовать?
Да, художественную школу закончила…
Ну ничего себе! Света кивнула одобрительно. Ты с Сашкой ещё поговоришь.
Подкатывая к белым воротам, Катерина строго одёрнула Свету:
Не гони. Ребёнок привыкать не успел к деревенским серпантинам.
Привыкнет! Света ловко парканула машину.
Во дворе их встретила весёлая детвора россыпь ребятишек разного возраста.
Мои родные, как есть! Катерина с трудом поднялась из авто. Но не пугайся, я живу сама, дети поблизости. Дом всегда открыт для них.
Вечером Света, пригласив Иру в гости, показала улицу: Здесь Зина, Миша, Настёна, перечисляла она. На соседней Оля с Верой, у той уже вовсе семья. В другой стороне я со своим Ванечкой, да брат Сашка, да Нина с Яриком…
Тётя Катя всех родила? удивилась Ира.
Света рассмеялась:
Нет! Мы все ей случайно в руки попали, как и ты…
Кухня у Светы была маленькая, но чистая, душевная. Кошка развалилась на лавке.
Вот так и живём. Я три раза лежала в больнице, когда детей ждала, от скуки вышивала занавески.
Красота…
Мама Катя всему научила. Меня в тринадцать подобрала родителей моих уже и не вспоминать, пили… Из семьи бегством спасалась. Приютила, как тебя.
Свет, а у тёти Кати своих детей не было? спросила Ира.
Нет. Заболела тяжело в молодости, детей не смогла родить. Диабет, сердце…
Света заговорщицки прошептала:
Прошлого у неё сложного мама Катя пострадала немало. Муж избивал, в Москву вывозил, переломы были, потом уехала от него насовсем. Родители рано умерли, сестра далеко.
Продолжала Света уже без торопливой болтовни, почти шепотом:
Деньги ей люди помогают. Дядя Семён у которого сын Пашенька. Мама его нашла на улице, привела к себе, скинулись с соседями, чтобы вылечить мальчика. Потом нашёлся Семён богатый, влиятельный, ухаживать за сыном мог себе позволить. Маме Кате теперь благодарен дом помогает поддерживать, юристов присылает, стройматериалы закупает. Сказка да и только… А мы тут живём, друг друга поднимаем.
Ира грустно улыбнулась:
Такое только в кино…
А вот и нет! засмеялась Света. Ты здесь тоже будешь в семье, если захочешь.
Обед у Светы был прост: окрошка, молодая картошка, квас домашний. За столом шумно, весело, мужчины дружно чмокнули хозяйку в щёку.
«Как мне этого всегда не хватало…» подумала Ира, чувствуя, как снова текут слёзы.
Опять в суп солишь? нежно спросила Света и обняла. Всё хорошо уже. Здесь у тебя дом.
Вечером Ира рассказала Свете всё подробности, которых не решилась доверить никому раньше. Света слушала и не торопила.
На отца не серчай, сказала она потом. Он ведь тебя растил. Да и мужчины по-дурацки свою радость иногда проявляют. Переживёт, остынет.
Свет, иногда кажется, что моя собственная семья здесь, а не там…
Семья не всегда о крови. Главное чтобы душа была на месте.
Вернувшийся отец уводил Иру к себе назад, но она решительно отказалась:
Не хочу мешать. Я самостоятельная, пап.
Я квартиру сниму, помогу с учёбой.
Спасибо, но теперь мой ход.
Ира получит помощь от отца оплату заочное обучение. Закончит университет в Днепре, будет детским психологом. Отношения с отцом потеплеют, но ближе всех для Иры останутся Катерина и её большая семья. И когда здоровье Катерины подведёт, Ира всё бросит ради неё.
После инфаркта Катерина не сможет много ходить, но мужчины смастерят лавочку у ворот, и бабушка Катя каждый вечер станет собирать вокруг себя шумную гурьбу.
Ваше величество, не желаете ли чаю? в шутку будут спрашивать дети.
Ира вернётся в город, лишь убедившись, что всё устроено. И первой на свадьбу пригласит Катерину.
Мам Катя, ты же будешь рядом?
Всегда, доченька. Всегда…
