Дневник. Запись от 16 июня, где-то между Харьковом и Киевом.
Иногда попутчики в поездах становятся случайными свидетелями чужой жизни, иногда невольными слушателями исповедей. Сегодня всё было именно так.
Утро в вагоне было шумным, пока из соседнего купе не вышла высокая женщина крепкая и звучная, будто сама из северной Украины родом. Золотистые косы обвивали её голову, глаза светились небесной синией, щёки как румяные яблоки. Стоило ей пару слов сказать, как все буйные парни притихли. Прохожу мимо слышу, как она кого-то ищет:
Ваня! Я думала, тебя потеряла! Такой шум стоит, проводница сторонится. А вдруг обидят? кричит громогласно.
Из туалета юркнул худенький бледноволосый мужчина, на вид растерянный и невероятно наивный.
Верунчик! Да не бойся ты, с такими бы и сам справился! смеётся.
Нечего, Ваня! Ты же у меня хрупкий, а вокруг все буянят! отвечает она и ведёт его обратно в купе. Нас с соседями осмотрела строго, убедилась, что угрозы нет и тоже скрылась.
Мы пересеклись ещё раз у вагон-ресторана. Мест не было, пришлось подсесть к этой даме за столик. Мужа её я не увидела.
Я Вера Андреевна. Можно просто Вера, представилась она, ловко справившись с порцией вареников и картошкой.
Муж придёт? пробую завязать разговор.
Нет, остался отдыхать. Болеть умудрился по квартире бегал в свитере, ковры выбивал. Я его шарфиком укутала, морсом напоила пусть лежит! смеётся Вера, а в глазах столько заботы.
Вы его, видно, сильно любите…
Вера качнула головой:
Так он мне по наследству достался не муж, а подарок судьбы. Его жена первая царствие ей небесное недавно отошла. Всё на ней держалось…
По наследству? переспросила я.
Да, Лида. Они с Ваней с самого детства вместе были, сколько его знаю, всегда терялся мог забудь сдачу, потеряться на улице. Талантище огромный, инженером работал, заказы всегда были, фирма на фирме а в мелочах абсолютно беспомощный. Жена его одевала, на работу отвозила, без неё мог неделями питаться лапшой и кипятком, если вдруг одна оказывалась…
Всё держалось на Лиде. Когда сыну Андрюше нужна была поддержка та же Лида решала вопросы. А Ваня будто мальчишка взрослым так и не стал.
Заболела Лида резко. Дом сразу опустел. Ваня растерялся, по врачам бегал, деньги не считал, а только ничто не помогло. И Лида не за себя плакала боялась за мужа и сына, переживала, что пропадут без неё.
И вот тут в доме и появилась я, продолжала Вера. Находилась я у них сиделкой, через знакомого врача. Зашла как-то впервые бардак страшный, в воздухе тревога, горы посуды, стирки. Мужчина в халате сидит, с виду интеллигент а сам тихий-тихий…
Взялась за дело, за день всё вычистила, накрыла дом варениками, котлетой, компотом. Всем распорядилась, Ваню чуть не силой переодела в тёплое. А Лида только с кровати благодарно смотрела.
Под крылом теперь они, сказала она тогда.
В какой-то вечер Лида меня подозвала. Про семью расспрашивала, про мою жизнь. А у меня что живём вчетвером в «двушке» с мамой и сестрой. Мне сорок пять, ни разу не замужем, сессию любви не сложилось да и ладно, не все же выходят…
Верунь, ты позаботься о нём, если меня не станет. Завещаю тебе мужа, попросила Лида.
Я аж растерялась, опешила. А Лида запретила отказываться, попросила хотя бы первое время глаз да глаз держать.
Не стало Лиды довольно быстро… Сначала хотела уклониться: подумают ещё чего, мол, к близкому из-за жилья переметнулась. Да и не мечтала у меня Ваня не в душе, и я у него тоже, кажется. Но совесть не дала нарушить слово. Зашла к ним после похорон дверь не заперта, в комнате Ваня тихо рыдает, руки стискивают Лидин халат сердце разрывается. Усадила, чаю налила, поговорила так вот и осталась.
Постепенно дом ожил. Ваня стал ждать меня у входа, улыбаться при встрече, даже настоял, чтобы я работу бросила. Люди, конечно, языками потом мололи дескать, ради квартиры прильнула… Да пусть говорят. Люди ведь собак или кошек с улицы спасают почему человека не пожалеть? Чужая доброта тоже счастье.
Время шло. Я сама не заметила, как переехала к Ване. Заботилась о нём, как о большом ребёнке, получала взамен его тихое счастье. К сыну его в Киев ездим, с внуком помогаю не в тягость мне. Ване со мной уютно, а мне с ним спокойно. Никогда не поздно начать быть нужным кому-то.
Вот такими делами мы и живём. Сегодня, кстати, ехали к Андрюше внука Лешу нянчить. А Ваня в вагоне-ресторане неожиданно появился с букетом полевых цветов.
Верунчик! Для тебя! У бабушек на станции купил!
Я аж вся вспыхнула, как девчонка. Обняла его, прижалась плечом.
Сошли мы раньше своей станции я чемодан, он сумку как настоящая семья. За что держу его крепко, чтобы не потерялся не потому, что слабый, а чтобы вместе держаться. Вот так и живём: счастье простое, человеческое. Быть может, стану я ему второй женой, а может и нет главное, нужен я ему здесь и сейчас.
