Скандал в приличной российской семье
Все, конец света! Лидия Сергеевна филигранно промокнула уголки глаз кружевным платочком, вдохнула на полупресвятую трагедию так глубоко, что Илья Степанович, супруг, аж подпрыгнул от инстинктивной тревожности.
Лидочка! Что там? Валерьянка?
Да брось ты свои таблетки, Илюша! Ты что, до сих пор не въехал?! Позорище! Семья в опале! Ты посмотри на неё, бесстыдницу! Даже не поперхнулась совестью!
А ведь единственная наследница именитого рода Кузнецовых выглядела скорее как неприкаянный философ, чем кающаяся грешница. Головы пеплом не посыпала, локонов не рвала, в обморок из морального переполоха не падала.
Сидела Варвара Кузнецова (никакой Лизаветы так-то у русских), примерила на перила веранды ноги длиною с судьбу (по заверению матери, они были точь-в-точь как у прабабки-солистки Большого театра). Варя брала вишню с расписного блюда, отправляла в рот, а косточку аккуратным выстрелом в малинник дабы ежи не были в обиде. Манеры её были столь вызывающе свободны, что каждый чих матери сопровождался театральным всхлипом.
Варвара! Остановись немедленно! Ты, вообще, в своём ли уме?! Мы тут семейную драму разыгрываем, а ты… ты…
Лидия Сергеевна всплеснула руками, как оскорблённая героиня театра Вахтангова, и удалилась, чтобы, наконец, закинуть валерьянки.
Варя, доченька, это ведь не шутки? Илья Степанович с последней надеждой посмотрел на дочь, перед тем как уйти следом.
Нет, пап. Не смешно. Буду признательна, если передашь маме: все эти её манёвры по поводу сватовства заранее проиграны. За Вадима я не пойду. Пусть даже не мечтает.
Ты разбиваешь ей сердце!
Не драматизируй, пап.
Может, ты передумаешь? Всё-таки…
Нет. Я ему уже отказала. Всё решила. Если ты меня с первого раза не расслышал повторяю: свадьбы не будет.
Ох, несчастье…
Из гостиной прокатился стон трагического масштаба, и Илья Степанович помчался на выручку супруге. А Варя, весело пожав плечами, взяла очередную вишню.
И что я скажу родне?! Всё пропало! Ресторан заказан, приглашения раскатали по WhatsApp!
Мама, я тебя не просила их рассылать, спокойно откликнулась Варя. Захотела спектакля теперь сама и огребай отзывы критиков!
Сердцееды, только и скажу… Я же хотела, как лучше…
Получилось, как всегда, мам. Не стоит переживать у меня свои планы. Что за невезение, да?
Варвара! голос Лидии Сергеевны судорожно дернулся, и опять раздался слезливый вдох.
Пока ничего криминального! Варя собрала невостребованные чашки и, отбиваясь от материнской тирады, утащила их в кухню. Я справлюсь и не побью ни единой.
Варя ушла, а Лидия Сергеевна, сложив платочек, страдальчески бросилась к мужу.
Она вся твоя мама! припечатала она. Даже голос такой же! За что мне такие «генетические подарочки»?
Свекровь, легендарная Евдокия Петровна, с которой Лидия Сергеевна пыталась строить отношения со всеми московскими премудростями, с самого начала демонстрировала стальной характер. Вот только, ожидания у Лидии были о слепом почитании, а у Евдокии о полном игноре перемен. И вот результат:
Лидочка, что за аромат?! шептала она, скрываясь за газетой, если Лидия входила в комнату.
Это мои новые духи! возмущалась Лидия. Вам не по душе?
Может, они неплохи, но зачем купаться в них целиком? Капелька на запястье и ты уже леди, а не лавка на Новом Арбате!
Лидия тяжело вздыхала и дулась на мужа:
За что она меня гнобит?!
Лида, так мама со всеми, её стиль.
Пусть сменит! Я не терплю этого! И «милая» не смей!
Естественно, Евдокия Петровна менять стиль не собиралась. Её едкие реплики были перчиком во всех семейных борщах. Это вносило разлад, особенно когда Лиду сравнили со свекровью в театре:
Лидочка, вы стали сливками общества! Это всё благодаря Евдокии Петровне… Какая грация, стиль, а теперь и копия стоит посмотреть!
Сравнение со свекровью Лидию жутко бесило, а вот жидкой похвалой она подпитывалась. А куда деваться стиль в семье культ. Так что, дистанцию держала, но визиты дочери внуков к бабуле-Евдокии с радостью разрешала.
В этой приличной семье все крутились вокруг искусства кроме Лиды, что была стоматологом (ну что поделать: в каждой семье свой зуб дается). Варя росла обласканной вниманием и сюсюканьем. Бабушка душа не чаяла, отец баловал, а мама строгая, но с тайной мечтой, чтобы дочери были доступны все горизонты, которых ей в своё время не хватило.
О прошлом своём Лидия никому не рассусоливала. Муж знал крупицы, да и интереса особо не проявлял: Степанович был парень умный, деликатный. Лидии это нравилось дорога в прошлое прочно замурована.
Мать свою Лида из Петербурга не видела годами. Причины были серьезные, но мусолить их она не хотела. На шее у неё всегда был амулет-медальон с фото завитого мальчугана Пашки. Носила и не открывала. Когда-то её сыну было два бабушка, которой доверили ребёнка, убежала за молоком. Лето, окна настежь, кроватка у форточки… Финал страшный и безысходный.
Сын ушёл и Лида перестала есть, спать, думать. Себя винила за то, что не ушла в академ, а училась умная. Тогда был экзамен, вернулась и жизнь кончилась, не успев начаться.
С мужем-геологом развелась почти сразу тот из экспедиций домой успевал только к зиме. Они и прожили-то три года. Даже ребёнок не спас брак. Было ясно: развод вопрос времени.
Когда все бумаги были готовы, Лидия собрала чемоданчик и уехала из родного города подальше в Москву. Считала себя старухой: боль сожгла всё живое. Только пепел…
Так ей казалось… пока не явился Илья.
Пришел раз к стоматологу с опухшей щекой.
Давно болит?
Неделя мучаюсь.
Ну вы даёте. Взрослый мужик, а как маленький! отрезала Лидия.
Вот потому и не понимаю ничего, улыбнулся сквозь боль Илья.
И в этой улыбке что-то щёлкнуло Лидия даже инструмент перепутала (что с ней нонсенс). Покраснела аж Илья глаза прикрыл, чтобы не смущать лишний раз.
Работала она строго и молча, но руки после Пашки снова стали мягкими. Год Илья каждый вечер встречал её почти не говорить, но понимать без слов. Когда сделал ей предложение, Лидия сказала:
Мне с тобой уютно… Но я не знаю, смогу ли осчастливить.
Почему сомнения?
Я детей не хочу.
Почему?
Расскажу, но без деталей. А потом думай. Если завтра не объявишься пойму. Посоветуйся с мамой своей. Она у тебя, кажется, авторитет.
Советоваться с мамой Илья, естественно, не стал. Ещё бы: маме-Евдокии советы давать плечо ломать. Она даже шутила после пенсии, что стала адским злыднем, а невестка её жертвой. Сценарий классический.
Про Лидию рассказал честно. Евдокия слушала, дымя «Беломором», под конец сказала тяжело:
Ты её любишь?
Да.
Тогда зачем мозги себе выносишь? Любовь даётся не каждому. Какую бы цену за неё не попросили всегда мало. Понял? Мало! Но помнить надо: если любовь настоящая, она тяжёлая. И иногда кажется, что не дотащишь, но… силы есть у того, кто ценит сокровища.
Ты думаешь?
Я знаю.
На этом точка. Илья познакомил Лидию с Евдокией, та преподнесла невестке щёку для поцелуя и аккуратно отвезла к известной на всю округу портнихе. Из специалитетов сундук с фамильными драгоценностями.
Вот, Лидочка, семейные сокровища Кузнецовых.
Мне не надо, правда!
Ещё как надо. Теперь ты из нас, дорогая. Сама выбери, а носить надо с умом.
Это как?
Моя бабка говорила: на рынок в бриллиантах дурной тон. Кроме Одессы там специально, чтобы торговки икрой из зависти скидку дали шикарной женщине.
Лидия вдруг поняла, что научилась снова смеяться. Евдокия её учила жизни, Лида ворчала, но была благодарна.
Когда забеременела, первой поделилась с… Евдокией.
Ты что, зелёная вся, Лида? Евдокия из очередного отпуска привезла новый шарфик и свеженького мужчину.
Лидия не выдержала бросилась в ванну, где и просидела, пока свекровь не догадалась до истины.
Рожать будешь у Софьи Ивановны. Врач от Бога. Всё устроим. Чего боишься?
Не знаю, выдержу ли…
Слушай, я тебе ещё не матералась, но сейчас скажу: не тупи! Благодари судьбу, потом беги рожать. Не бойся я и твой ребёнок, пока могу. Поняла?
Поняла… Спасибо…
Про спасибо поговорим, когда я стану вредной старухой, которая будет приходить к тебе реветь по любому поводу, ладно?
Ладно.
Варя родилась крупной, здоровой и с криком, который поднимал дедушек трёх соседних этажей. Евдокия Пет…
Вот это работа! Молодец, Лида!
Помощницы лучше у Лиды не было. Евдокия, та самая светская львица, спокойно снимала норковую шубу, брала таз, намыливала хозмыло и стирала пелёнки, потом купала Варю, целовала пяточки и приговаривала:
Моя радость! Моя красота! Расти здоровая, как кедр!
Ссоры мечта. Всё забылось.
Лидия, наконец, вздохнула спокойно семья, уют, тихое счастье.
Павла она не забыла. Илья дважды в год возил её под Питер, к могиле сына, но с матерью не виделась, в город не заходила. Жили в маленькой гостинице под Зеленогорском. Лидия считала минуты до отъезда всё быстрей и тише.
Так год за годом, пока Варе не стукнуло десять. Прилетело письмо от матери.
Что там было, знала только Евдокия. Лидия прочла ей записку, посоветовалась:
Поезжай. Не забудешь даже не мечтай. Простишь ли не знаю. Но она тебе мать. Вспомни хорошее, если такое было… никто из нас не святой… Как будет так будет. Но этот разговор тебе будет нужен, доча, иначе всю жизнь не простишь себе. А Варя она всё чувствует. Подумай о себе и о ней. Что бы ни решила я рядом.
Лидия попрощалась с мужем, отвезла Варю к Евдокии и уехала.
Разговор с матерью длился столько «прости» и всё. Лидия вернулась, и Евдокия, вручая внучку, кивнула:
Молодец. Всё правильно.
Ну вот и покой, вроде бы… А нет. Лидию жевала тревога, заползла под кожу страх, липкий и всеобъемлющий. Даже Илья заволновался.
Ты, Лида, чересчур опекаешь Варю. Она уже большая, ей нужна свобода.
Не понимаю, чего ты хочешь?
Хочу, чтобы ты не контролировала каждый шаг дочери. Немного самостоятельности её не убьёт!
Да? Лидия метилась на роль «разъярённой тигрицы». А тебе что, наплевать, если что-то случится?!
Конечно нет! О чём ты вообще?..
Я не переживу ещё одной потери!
Почему вообще должна случиться потеря?!
Всякое бывает! Любой день может принести беду! Ты подумал, что тогда делать?!
Илья только и мог, что развести руками. Жена любимая, но страхи её стали душить всю семью.
Вновь помогла Евдокия:
Отдайте Варю на танцы. Парные.
Мама, да она и так хавает репетиторов на завтрак и обед!
В топку всё! Танцы нужны.
Это идея?
Без вопросов!
Так у Вари появилось новое хобби… и новый партнёр Вадим, классический такой «добрячок», чуть пухлый, с румянцем от волнения. Его бабушка затолкала в танцевальную студию и поставили их парой: пусть махают ногами, пока толку нет.
Через три года Варя и Вадим взяли первый кубок, а уж через пару обросли регалиями. Вадим очень похорошел, вытянулся. Теперь, когда он с высоты роста смотрел на свою партнёршу-Варю, судьям казалось, что их давно пора поженить.
Варя усмехалась себе под нос, оставляя разочарованными охотников за сплетнями, не подозревая, что Лида уже расписала её жизнь на пять лет вперёд.
О планах мамы Варя узнала после выпускного.
Я всё решила: поступаю в мед хирургия!
Учёба у девочки шла легко, решение оттягивала до последнего. И тут…
Доченька, а мы считали, что ты уже чуть ли не в ЗАГСе стоишь… Лидия улыбалась той самой улыбкой, от которой Варе стало тревожно.
Я такие планы объявляла?
Нет, конечно! Но мы с Вадимом и его родителями всё решили, осталось подготовить банкет. Свадьба осенью красота! Бабушка связи подключит, замутим!
Свадьба? Варя вжала глаза. Кто женится, не подскажешь?
Глупенькая! Конечно, вы с Вадимом! Идеальная пара на паркете и по жизни!
А меня спросить?
Я думала, что всё решено, милая.
Не называй меня милой! отрезала Варя.
Выхватила сумку и укатила к бабушке-Евдокии. Мама в обиде, дочь в бунте.
Варя не игрушка, Лидия… РќРµ можеССЊ РµС РѕРґРµРІР°ССЊ Рё РІ замуж РіРЅР°ССЊ, охладила пыл Евдокии. Максим-то её любит, а она его? Для неё этот брак клетка. Пусть даже из золота. А выбор не её.
Всё равно свадьба будет!
Да-да… Ты просто плохо знаешь свою дочь.
Варя показала характер: вещи к бабушке и точка, мать игнорирует, не звонит. Про поступление в ВУЗ узнала от мужа.
Лидочка, брось уже страдать! Вместо того чтобы рыдать и обнимать Варину подушку, иди к дочери, начни с разговора. Я вчера у них был, Варя переживает за тебя.
Ага, скажи ещё, что она ночами не спит!
Лида! и тут Илья впервые рявкнул. Это уже не дело! Ты же сама дыханием жила дочерью! Теперь что это, мазохизм?!
Я сама уже ничего не понимаю… Ты прав, я правда без неё не дышу… Мне страшно, и темно вокруг. Это как после Пашки…
Прекрати! Илья встряхнул жену. Варя жива! И ждёт! Собирайся!
Куда?
К дочери! И перестань считать, что всё на тебе! Дай дочери жить! Не держи её в бетонном куполе!
Что подействовало неясно, но Лидия поехала.
Примирились. О чём часами говорили в комнате Евдокии загадка. Но по опухшим носам и щекам сразу стало ясно договорились.
Но судьба вдруг решила добавить перца. Варя упорно шла к мечте, но случай выкинул такие фортеля, что даже Евдокия ошалела.
Варвара Ильинична, вам аппендицит привезли!
Хорошо… То есть плохо… Сейчас буду!
Варя допила кофе, потянулась, пошла на операцию. Опыта набираться надобно!
Ты?!
Я… Вадим попытался улыбнуться, но сжался от боли.
Понятно. Доверяешься?
Тебе? Конечно!
Без лишних истерик, завещаний?
Варвара, ты дурында!
А то!
Через пару лет Варя с мужем и сыном Пашкой зашагала по дорожке к родительскому дому.
Ну-ка, покажи бабушке, как скачешь! Мама, лови!
Пашка визжит и бросается в объятия Лидии.
Золотое чудо! Как я соскучилась!
Мама, привет! А бабушка дома?
Ну как же! Опять в Сочи укатила! Новый ухажёр!
Наша бабушка огонь! Кто муж?
То ли художник, то ли скульптор, то ли лысый пианист не спрашивай. Сама расскажет. А Вадим где?
Паркует.
Отлично, мясо готово, папа пирог вытащил. Руки мойте к столу! Я Пашку уложу и приду.
Знаю я тебя: будешь рядом сидеть и песни петь!
Это плохо? Лидия улыбается, целует внука.
Это потрясающе, мама!
