Сегодня я снова сидела с Марией Ивановной на нашем стареньком диване в холодной комнате. Зима в разгаре, утро выдалось морозное, и только что истопила печь. Мы обе не снимаем тёплых кофт и платков все-таки на дворе январь.
Всё наладится, мамочка. Не пропадём, тихо сказала я, доставая её лекарства из сумки. Давай, прими таблетку и отдохни.
Я старалась её успокоить, как могла. Я называю её «мамой» из уважения и привычки, хотя и не родная она мне вовсе, а бывшая свекровь. Теперь почти бывшая
Странная штука жизнь так получилось, что жили мы когда-то втроём: Мария Ивановна, её сын Владимир и я, Ольга.
Замуж я вышла сравнительно поздно тридцать лет мне тогда было. Была вторым браком Владимира. Я их семью не разбивала: когда мы познакомились, он уже развёлся со своей первой женой.
Мария Ивановна мне сразу понравилась: добрая, открытая, всегда готова обнять, выслушать. Я осиротела рано родителей не стало, и в свекрови я нашла родного человека.
Владимир только смеялся: Всё вдвоём шепчетесь.
Пять лет пролетели, словно миг. Но потом Владимир стал чужим: нервным, грубым. Кричал на меня, вымещал злобу и на мать. Появилась другая женщина. Он подолгу задерживался, домой приходил навеселе.
Однажды объявил разводимся. На сборы вещей дал два дня. Я ещё не успела толком собраться, как в доме материализовалась его пассия с чемоданом наперевес.
Мне кажется, специально приехала встретиться со мной, бросить очередную гадость. Высокая блондинка с огромными губами и тяжеленными ресницами.
Я невольно рассмеялась:
Ты же променял меня на эту страшилку с коровьими глазами? Пусть тебе будет весело с ней, я не жалею.
Вот именно, она весёлая. А вы с матерью две старухи, огрызнулся он.
Ладно меня ругать, но мать зачем обижаешь?
Котик, а твоя мама останется с нами? пролепетала блондинка, лупая своими ресницами. Пусть она уходит. Нам никакая свекровь не нужна.
Да, мам, тебе тоже пора собираться, выпалил Владимир.
Куда ж я денусь? Я все деньги от продажи квартиры вложила в этот дом! вскрикнула Мария Ивановна.
Не устраивайтесь здесь концерты. Ладно, живи, но из комнаты нос не показывай. Теперь тут хозяйка Альбина.
Пусть обе собираются, котик, доложила блондинка.
Я тянуть не стала:
Мам, поехали в деревню!
Лучше уж в деревню, чем с таким сыном да его пассией остаться, мрачно ответила она.
Стали собираться. Лекарства, шкатулку, сумочку, деньги всё спешно покидала в чемодан. Альбина подала голос:
Заберите всё своё барахло. Нам чужого не надо.
Владимир молча стоял в стороне. Он знал мать этого не простит а может, и простит, она ведь мать.
Через полчаса мы выехали я за руль, Мария Ивановна сзади, тихо плачет и смотрит в окно.
Больно осознавать, что ты всё отдала сыну, а оказалась ненужной.
Как дальше-то жить будем, доченька?
Всё будет хорошо. Пока есть запас, хватит до того, как я найду работу. У тебя пенсия. На хлеб с маслом хватит, не пропадём.
Дорога в деревню такая знакомая. Моё детство прошло здесь. К счастью, день ещё был светлый, до темноты успели затопить печь, принести воды, поставить чайник.
У тебя так ловко всё получается, заметила Мария Ивановна. Как будто всегда тут жила.
Дед всему научил. Хорошо, что купили продукты заранее не хочется лишний раз встречаться деревенскими сплетниками.
Вскоре дом прогрелся. Я пообещала завтра вымыть окна, привести дом в порядок.
Вечером постучал сосед:
Ольга, да ты приехала. Давно не было! А чего это ты зимой? Проблемы какие?
Всё хорошо, дядя Коля, улыбнулась я. Ты лучше к нам на чай заходи. Знакомься это Мария Ивановна.
Если что нужно, обращайтесь, кивнул он.
Прошла неделя дом стал уютным, чистым.
Ты знаешь, Оля, ведь я из деревенских. Вышла за городского, да вскоре вдова осталась. Всё, что нажили, Владимиру отдала на дом. А он
Не стоит печалиться. Всё будет ещё хорошо. Может, и внуки появятся.
От этой? Да избави Бог
Дядя Коля один живёт?
Да. Жена его утонула, мальчика соседского спасала. Детей у них не было. Он с моим дедом дружил, хоть и моложе был.
Прошёл месяц. Владимир ни разу не позвонил, даже матери. Но однажды раздался звонок с незнакомого номера.
Ольга?
Слушаю.
Ваш муж погиб. Был пьян за рулём. С ним была девушка она жива.
Холод пронзил до костей. Как же я скажу об этом Марии Ивановне? Хорошо, дядя Коля рядом. Он поможет.
Оля, что с тобой?
Мама Владимира больше нет.
Мария Ивановна горько заплакала. Это я виновата, я его оставила!
Мама, он тебя сам выгнал
Быть по сему, только и смогла она сказать.
Дальше всё как в тумане: дядя Коля поехал с нами на опознание, помогал с организацией похорон.
Дом сына по закону отходил мне и Марии Ивановне. Владимир не успел подать на развод некогда было, гуляния да веселье.
Коля сопровождал нас везде:
Я с вами, женщины. Подстрахую, вдруг что понадобится.
В доме был срач. Боль, пьянство, грязь. Ещё там сидело это чудо-юдо с ресницами и какой-то тип.
Покажите документы! строго сказал дядя Коля.
За мной правда, у нас было даже свадьба, пищала Альбина.
Развода не было! отрезал Коля.
Развод был не оформлен, все права по наследству за Марией Ивановной и мной. Мы поменяли замки, выбросили ворох мусора. Всё убрали, привели в порядок.
Коля переживал:
Жалко, что вы уедете. Я к вам привык
Приезжай, гостем всегда будешь.
Маша так на мою покойную похожа, тихо сказал он.
А ты на неё не глазом смотришь, а сердцем, рассмеялась я.
Через год Мария Ивановна и дядя Коля расписались. Им хорошо друг с другом, и мне с ними хорошо. Я стала для них вроде приёмной дочери.
Это не вся наша семья. Есть у Марии и Коли теперь и внуки. Я одна не осталась взяла под опеку двоих детей, брата и сестру. Хотела одного малыша, а получилось двое нельзя же разлучать.
Вот так бывает появляются родные не только по крови или детству. Иногда родство приходит тогда, когда его совсем не ждёшьМы стали большой, немного странной семьёй но зато настоящей. По вечерам пили чай на кухне, смеялись, спорили, поздравляли друг друга с днями рождения, иногда грустили но вместе, значит, не страшно.
Эти дети подарили нам вторую юность. Они быстро освоились, бегали с соседскими мальчишками, приносили охапки цветов с луга, рассказывали о школьных историях. Иногда по ночам малыш просыпался с криком ведь в его жизни было слишком много страшного. Я укрывала его и шептала: «Ты больше никогда не останешься один». Всё наладится мы ведь теперь вместе.
А однажды весной к нашему дому подошёл старый знакомый почтальон с тёплой новостью: «Оля, твой дом в городе признали аварийным. Говорят, компенсация будет хорошая, на ремонт точно хватит». Я улыбнулась: «Может, и отремонтируем, но сердце моё давно уже здесь, в этой деревне».
Вскоре вокруг нас вырос шумный птичий хоровод, расцвели сады, голос Маши снова зазвенел весёлым смехом как когда-то в молодости. Вместе с Колей они сажали картошку, торжественно спорили, кого слушаются куры, а по выходным к нам приходили соседские ребятишки на пироги.
Я оглядывалась на всё, что было за спиной, и вдруг понимала печали уносятся, когда рядом близкие люди. У каждого из нас здесь был свой путь боли и потерь, но все мы нашли друг в друге дом, где лёд тает даже в самую лютую зиму.
Теперь, когда по двору несётся весёлая ватага детских голосов, а в окошке горит жёлтый свет, я знаю семьи выбирают не только раз и навсегда, но и сердцем, добром, верой в новую радость. А иногда счастье приходит тогда, когда совсем его не ждёшь просто остаётся только открыть дверь и впустить его в свой дом.
