Представь такую сцену. Развод обычно мужчины после такого выглядят, как будто через мясорубку прошли, а вот Илья Воронцов, наоборот, будто только что выиграл крупную ставку в «Русское Лото».
Стоим мы с ним в коридоре Печерского районного суда Киева, галстук у него сверкает, рубашка белоснежная Илья уверен: ему осталась фирма, огромная квартира на Воздвиженке и ни каких обязательств, а бывшая его, Инга, вроде бы как хлопает глазами и уходит с пустыми руками.
И только он забыл подумать об одной детали об отце Инги. В шахматах ведь раньше времени победу не празднуют; если король не загнан в угол, всё может поменяться.
В переговорке Илья наклоняется к своему юристу Роману Борисовичу:
Достаточно девяноста процентов ликвидов. Бизнес под моим именем. Я думал, она хоть на квартиру попытается претендовать Ан нет, сдалась.
Роман кивнул всё по-деловому, как хирург скальпелем бумажки листает.
Илья мысленно хохочет, что Инга даже не попыталась драться за квартиру да ещё ассистентке сообщает, чтобы к вечеру приготовила шампанское: мол, отмечать будем.
Чувствовал себя непобедимым, не подозревая, что цена развода может оказаться куда выше, чем просто деньги.
В зале заседаний номер 304 Инга, как всегда, спокойна. Простая юбка, волосы собраны в гладкий пучок никаких слёз и истерик.
В её глазах только хладнокровный расчёт.
Пусть забирает всё, шепчет она своему адвокату, Анатолию Васильевичу. Со своим сухим расчётом он ничего не заметит. Я жду, когда он расслабится именно тогда и нанесём удар.
Илья заходит пафосно, самодовольный, бросает Инге:
Тебе всё равно нужна будет помощь…
Она только смотрит, холодно и прямолинейно.
Судья Анна Яковлевна Глебова входит, зал замирает.
Переходим к финальному разбирательству по делу Воронцова против Воронцовой,
объявляет.
Соглашение явно благоприятно господину Воронцову, замечает она.
Роман спокойно отчитывается:
Мой клиент желает сохранить мир, Ваша Честь.
Вы отказываетесь от имущества и компании «Вектор Групп», правильно?
уточняет судья у Инги.
Я не хочу ничего от «Вектора», сдержанно отвечает Инга. Чисто расходимся.
Илья аж засиял от счастья Только двери скрипят и в зал заходит отец Инги, Виктор Сергеевич Карпенко. Трость его, как будто сабля об пол ударила. Он моментально останавливает взгляд на Илье.
Я возражаю, говорит Виктор Сергеевич спокойно. Эти активы не принадлежат Илье Воронцову.
Илья фыркает:
Да что вы вообще понимаете? Пенсионер из Оболони…
Виктор Сергеевич игнорирует это, вынимает потёртую папку и кладёт её Илье под нос.
Инга бросает:
Открой.
В папке чёрно-белое фото и документ: «Семейный траст Карпенко».
Вся эта их «Вектор Групп», квартира и программное обеспечение официально записаны на траст, и отойдут Инге после развода. Илья белеет лицом.
Ничего у вас уже нет: ни софта, ни квартиры, ни бизнеса, спокойно говорит Виктор Сергеевич.
Десять лет вы здесь были только в аренде. А теперь аренда закончилась.
Инга безмятежно поправляет губы помадой:
Поддержка? Обсудим, но инициатива от меня не поступит.
Роман лихорадочно перелистывает бумаги:
Лицензия аннулирована. Фирма пустая, без лицензии контракт государственный превращается в тыкву.
Ждёт вас, Илья Александрович, следствие за мошенничество, добавляет Виктор Сергеевич веско, опираясь на трость.
Я ведь всю фирму с нуля строил! Там контракт на четыреста миллионов гривен! взвывает Илья.
Инга спокойно встаёт:
Контракт только из-за моего кода, всё держится на «Вектор Лоджик». Ты десять лет твердил, что я бездарность, отправлял делать «скучную работу». Но именно я поддерживала всё ночами, праздниками, всё обновляла, всё исправляла. А ты только лавры собирал.
Голос Виктора Сергеевича эхом расходится по залу:
Лицензию отозвали. Ваша фирма не имеет права дальше работать.
Илья опускается в кресло: столько лет строил за минуту всё исчезло.
Орёт от шока:
Но я! Я же но уже всё, государственный контракт разорван, перспективы только следствие и суд.
Инга улыбается спокойно: видно, что за жадность придётся дорого платить.
Судья Глебова объявляет паузу, а Илья с Романом мечутся, но уже ясно: ловушка захлопнулась.
Этот «трасти» Карпенко идеальная западня, заложена десять лет назад.
Оспаривать годы, и государственный контракт будет ждать разве что обвинения для Ильи.
Он начинает умолять Ингу: можно 50 на 50, можно уволить сотрудников, только чтобы бизнес не терять. Но она уже знает о каждом его шаге все письма за годы, все подставы.
Виктор Сергеевич кладёт на стол условия: Илья подписывает передачу компании, уходит из квартиры, увольняется с должности директора, но сохраняет свободу.
Иначе ждёт его уголовка: мошенничество, растрата, киберпреступления. Илья вцепляется в ручку, подписывает.
Тайно пытается Илья включить «режим Самсон» уничтожить серверы, но и это ловушка: сигнал мгновенно уходит напрямую в киберполицию, и агенты тут же забирают его.
Понял он слишком поздно, что был обыгран на каждом ходу. Инга и Виктор Сергеевич выходят победителями.
Инга берёт фирму под контроль, называет её по-новому «Вектор Системз», управляет аккуратно, совмещая с творчеством и ремонтом часов в мастерской отца.
А Илья получает 15 лет всё, чем жил, исчезло за одну секунду.
Вот так всегда: не власть и скорость приводят к успеху, а то, какой у тебя фундамент жизни. А время, как говорится, оказывается в руках часовщика и его дочери.
