Не печалься, Славик! Новый год же ты встретил блестяще!
Вот онода, родное село. Станция была в Кагарлыце, со станции я сошёл, прошёл по привокзальной площади и направился к автобусной остановке. Жёну я не сказал, что прибуду сегодня.
Настроение у меня было плохим: только что закончилась ссора с Галиной. Жена опять меня упрекает, жалуется, назовёт безразличным и эгоистом.
Почему безразличным? я ведь хотел поздравить её с Новым годом, а телефон у неё отключили. Обижена!
Три дня я пытался дозвониться, но она не брала трубку. Тогда я тоже обиделся и перестал звонить. К тому же она даже не поздоровалась с моими родителями и сестрой, не говоря уже обо мне. Сейчас я ей всё это прямо с порога скажу.
Но не только ей виной всё, и у неё тоже бывают промахи, так что пусть отвечает! Как говорится, лучший оборот атака.
Я собрался и вошёл в подъезд дома в воинском настроении. Квартира встретила меня полной тишиной.
Эй! Кто живой? Анфисочка, я пришёл! крикнул я, но ответа не последовало.
Я заглянул на кухню жены нет, в одну комнату пусто, в другую то же самое. Внезапно меня поразили перемены: у стены больше не стоял детский кроватка, исчез комод, где стоял пеленальный столик, и коляска, подаренная родителями Анфисы.
Я поспешил к шкафу: половина полок, где обычно висела одежда жены, тоже была пуста.
Что она,то, сошла с ума? Оставила меня? подумал я.
Позвонил тёще, но тишина. Затем попытался дозвониться до Катерины, подруги Анфисы тоже молчание. Наконец связался с Михаилом, мужем Катерины.
Мишка, привет! Дай трубку Катерины, я к ней никак не достаюсь, попросил я.
Катя сейчас в деревне с ребёнком, Новый год там отмечали. Связь в селе часто подводит, ответил он.
Я приехал вчера, потому что сегодня мне нужна смена. А они ещё отдыхают, сказал Михаил. Зачем тебе Катерина?
Думал, может знать, где моя Анфиса. Я приехал от родителей, а её дома нет. Всё, что мы для ребёнка купили, тоже исчезло, пояснил я.
Твоя жена, кажется, собиралась стать мамой. Ты ведь на праздник уехал, а её одну дома оставил? удивился Михаил.
Она сама не захотела ехать. Ей назначили срок десятьодиннадцатого января. Можно было успеть уехать, ответил я.
Поздравляю, Шарик, ты пустышка, усмехнулся приятель.
Почему? не понял я.
Потому что, скорее всего, ты уже холост. Дурак! Позвони в больницу, она, наверное, там, посоветовал Михаил.
—
Десять дней назад.
Не понимаю, Славко, говорила по телефону мать, почему ты в праздник дома сидеть должен? Анфисе не хочется ехать, ты один приезжай. Срок у неё почти через две недели, ты успеешь вернуться.
Тем более что почти вся семья соберётся: тётя Вера с дядей Сергеем приедут, Наташа с Виктором, Ольга с Павлом, плюс мы с отцом и Вика с Глебом.
Вика на праздник забронировала для нас номера в загородном отеле, просто в лесу, на четыре дня с тридцатого декабря по второе января.
Тридцать первого в ресторане будет банкет с приглашёнными артистами. Я за тебя заплатила, потом вернёшь. Останешься у нас до Рождества, а восьмого уедешь. Как раз успеешь к сроку жены.
Анфиса не хотела уезжать:
Слава, меня могут схватить в любой день. Представь, как будет: все веселятся, а у меня начнётся роды. И к тому же отель за городом успеет ли туда скорая?
Нет, я никуда не поеду.
Правильно, мама говорит, что сейчас женщины свои болезни считают подвигом, а появление ребёнка тоже подвиг. Она нас троих в мир привела, почти не сидела в декрете и всё успевала.
Конечно, я понимал, что Анфиса в чёмто права. Но представлял, как скучно будет дома в новогоднюю ночь: только вдвоём за скромным столом, а она уже заявила, что ничего особенного готовить не будет. Мне стало грустно.
А вся семья в то время будет петь, танцевать и веселиться в ресторане. Окончательно я уехал один.
В загородном отеле действительно было весело. Гдето в полночь, когда уже наступил Новый год, я вышел из зала в вестибюль, чтобы позвонить жене, но она не отвечала.
Ну и ладно, обижаешься, впрочем, сама виновата. Могла бы и сейчас здесь быть, веселиться со всеми, подумал я.
На следующий день мама высказала мне обиду на невестку:
Анфиска даже не позвонила, не поздравила нас с отцом. Видишь, обидела! Ты совсем её разрушил, сынок.
Не понимает, что такое настоящая семья. Поэтому мы все здесь вместе, а она там одна. Пусть посидит и подумает.
А Анфисе в ту новогоднюю ночь было не до нас. Если она и вспоминала когото, то только меня, а не тестя с тёщей и их многочисленную родню.
Её родители, узнав, что дочь осталась одна на праздники, позвали её к себе. Большого застолья они не планировали.
Брат Анфисы жил в Киеве, работал на заводе непрерывного цикла, и у него не было таких длинных выходных, так что родители собирались встречать Новый год вдвоём.
Тридцать первого в девять вечера Анфиса с мамой накрывали на стол, и в тот момент её схватило.
Вызвали скорую. Мама уехала с Анфисой, отец последовал за ними на машине.
В этот раз Анфиса встретила Новый год в больнице, а её родители внизу, в вестибюле отделения. Анфиса стала мамой сына
Славик решил последовать совету приятеля и позвонил в больницу.
Колесова? Вчера выписалась, ответили в регистратуре.
Как выписалась? не поверил я. Разве уже есть малыш?
Да. Первого января, в полночь.
А кто её из больницы забирал? спросил я.
Молодой мужчина, эту информацию в журнале регистрации мы не фиксируем!
Я понял, что забрать Анфису могли лишь её родители, значит, и ребёнок сейчас у них.
Купил я букет роз и отправился туда.
Позвонил. Дверь открыл тесть.
Я вас слушаю.
Здравствуйте, я к Анфисе пришёл, сказал я.
А зачем? спросил отец Анфисы.
Вообще-то я её муж, ответил зять.
Анфиса! громко крикнул тесть. К нам пришёл какойто мужик, говорит, что он твой муж. Хочешь с ним поговорить?
Нет, пусть идёт, ответила Анфиса из глубины квартиры.
Тесть размахнул руками:
Не хочет. До свидания, молодой человек! и захлопнул дверь.
Я постоял несколько минут и опять позвонил.
На этот раз открыла теща высокая, крепкая, громкая женщина. Честно говоря, я её слегка боялся.
Ты чтото не понял? спросила она.
Пропустите меня, храбро начал я. У меня есть право
Не успел я закончить, как она вырвала у меня букет и несколько раз ударила меня им по щеке.
Какое у тебя право? Тебе скоро адвокат всё объяснит! И больше не звони, у меня внук спит, сказала она, бросив букет к моим ногам и захлопнув дверь.
Я отправился домой. По дороге я несколько раз потирал лицо розы были красивы, но с шипами.
Вернувшись, первым делом позвонил матери.
Представляешь, меня даже в квартиру не пустили, а ребёнка не показали.
Не волнуйся, Славко. Твоя Анфиска вскоре вернётся, с ребёнком на руках. Куда она деться? И ты ей не звони и деньги не переводишь.
Пусть её родители кормят, если они такие умные. Через неделюдве она сама домой вернётся. А ты сейчас спи, завтра на работу.
Так и сделал: поужинал пельменями, купленными в магазине, и лёг спать.
Спал я спокойно, не подозревая, что в этой квартире я ночую в последний раз.
Когда на следующий день я пришёл с работы, все мои вещи, сложенные в коробки и чёрные пакеты, стояли на лестничной площадке.
Позвонил. Дверь открыл теща, владелица двухкомнатной квартиры, где жили Анфиса и я.
Что, дорогой зять? Адрес своего общежития помнишь, или напомнить? Собирай своё барахло. Всё, что останется, завтра уберёт уборщица!
Пришлось мне переехать в общежитие.
Разводом меня разделили, а в общежитии стало скучно, поэтому я хотел снять свою квартиру. Но когда получил зарплату, из которой бухгалтерия отняла алименты и ещё пять тысяч гривен на содержание бывшей жены, понял, что почти ничего не останется.
Будь экономнее! Тебе ещё на собственную квартиру откладывать, посоветовал Михаил. Не печалься, Славко! Новый год же ты встретил блестяще!
Анфиса три года жила у родителей, которые помогали ей с маленьким Сашкой; квартиру они тем временем сдавали.
А когда Анфиса вышла на работу, они с Сашкой снова переехали в свою. После ремонта здесь уже ничего не напоминало о Славе и его семье.
Как вам поступок Славика? Пишите свои мысли в комментариях, ставьте лайки.
