Я снова опаздывала. На встречу с управляющим ресторана, где уже через месяц должно было состояться моё торжество, я проскользнула в вечерний часпик, а за рулём меня терзала бесконечная вереница красных фар. Каждая секунда вжималась в голову, будто колокольный звон в висках.
Анастасия Петровна Романова, тридцать семь лет, владелица сети из пяти элитных салонов красоты «Грация». Деловая, непокоримая, железная леди, знающая, чего хочет от бизнеса, от сотрудников, от жизни. Но в личном мире её сердце было пусто. Десять лет она отдавала себя построению империи, а на мужчин, на нежные чувства, на семью не оставалось места. Пока в её жизни не появился он. Алексей. Обходительный, внимательный, со вкусом, который ничуть не отставал от его безупречного резюме. Судьба, казалось, наконецто даровала шанс на счастье.
Пробка дала сдачу: я резко свернула на объездный путь, и за пятнадцать минут уже стояла у входа в роскошный киевский ресторан «Софийский». Сердце бешено стучало, в голове роилось множество вопросов к администратору. И вдруг передо мной появилась девочкамалышка, лет десяти, босая, в потрёпанном до дыр платье, с огромной, почти не поднимаемой охапкой увядших роз в худеньких руках. От неё пахло пылью и бездомностью.
Купите, пожалуйста, цветы, прошептала она тихо, но настойчиво, протягивая одну почти опавшую розу.
Нет, ребёнок, сейчас не время, я попыталась вежливо оттолкнуть её, спеша к двери. Но девочка оказалась проворнее, вновь заслонила путь, её глаза, слишком взрослые для ребёнка, светились отчаянной мольбой.
Пожалуйста, оченьочень нужно. Это последняя охапка, она прижала цветы к груди, и я почти услышала, как она готова расплакаться.
Внутри меня проскочило: «Господи, нет времени!» крикнул голос. Я ответила резче, чем хотелось: Девочка, у меня нет ни минуты. И цветы, по идее, мне должны дарить мужчины, а не я их уличных детей покупать.
Я уже почти прошла сквозные двери, когда её голос, словно выстрел из лука, пронзил меня: Не выходите за него замуж.
Я стояла, будто ток прошёл сквозью. Повернулась медленно, в ушах гудел шум.
Что?.. спросила я, будто в ответ услышала шёпот ветра.
Девочка посмотрела в меня без моргания. Её глаза, холодные и ясные, будто пробирались в самую душу.
За Алексея. Не выходите за него. Он вас обманывает.
От этих слов по телу пробежали дрожащие мурашки. Воздух стал тяжёлым, вязким.
Как ты знаешь имя моего жениха? мой голос задрожал.
Я всё видела. Он с другой. Они вместе тратят деньги ваши деньги. У неё такая же белая машина, с той же вмятиной на левом крыле.
Мир сузился до точки. Вмятина. Да, я царапала крыло в подземном гараже месяц назад, но никому об этом не говорила. Как она могла это знать?
Ты ты следила за мной? прошептала я.
За ним, ответила она без стеснения. Я следила за ним. Он убил мою маму. Не руками, а тем, что она умерла от горя.
Я присела на корточки, чтобы встретиться с ней глазами. Видела каждую веснушку на её бледном лице, пятна грязи на щеках, исцарапанные ножками.
Расскажи, кто твоя мама? спросила я, мягко.
Было, ответила девочка, и в её голосе прозвучала бездонная печаль. Звали её Ирина. Вела цветочный магазин, пахнущий раем. Пришёл Максим, подарил огромный букет, стал приходить каждый день, говорил красивые слова, маму влюбил. Он обещал жениться, уехать к морю. Потом исчез. Мама писала ему, звонила, но он не отвечал. Стресс ударил её сердце, и она умерла.
Три миллиона гривен. Я тоже вложила в его «бизнес» четыре миллиона на открытие ресторана. Это была та самая сумма, которую он «как раз искал».
Откуда ты знаешь, что это один и тот же человек? прошептала я, боясь услышать ответ.
Девочка достала из кармана помятую фотографию, где мужчина и женщина обнимались в парке. Я узнала в нём Алексея только волосы короче, без аккуратной бородки, которую я просила отрастить.
Где ты нашла это? голос дрогнул.
Мама хранила. Я нашла её после похорон, увидела его на улице, подошла, но испугалась. С тех пор следила за ним, видела, как он подъезжает к вашему дому, как вы целуетесь, и решила предупредить, чтобы с вами не случилось то же, что с мамой.
Я смотрела на эту хрупкую босоногую девчонку, держащую доказательство моего глупого счастья, и всё внутри меня кричало, что она говорит правду.
Как тебя зовут? спросила я.
Лада.
Лада, ты голодна?
Она кивнула, и в этом простом движении чтилось её одиночество.
Пойдем со мной. Сначала поешь, а потом расскажешь всё с самого начала.
У входа меня встретил администратор, безупречно одетый в костюм, но увидев Ладу, его лицо расплылось от удивления.
Анастасия Петровна, вы с ребёнком? спросил он, чуть осуждая.
Да. Пожалуйста, поставьте нам столик в самом тихом углу и принесите меню, отрезала я, не оставляя места для вопросов.
Я заказала для Лады весь десертный набор и горячее: кремсуп, филе миньон с овощами. Она ела с необычной, почти детской аккуратностью, словно училась вести себя «прилично», как учили её мамы. Каждый кусок она жевала медленно, с благоговением, и мне стало стыдно за прежнюю резкость.
Где ты живёшь? спросила я, когда она сделала паузу.
В приюте «Лучик», временно, пока не найдут постоянную семью, ответила она.
Приют. Девочке было десять, а в этом мире её ждало лишь отсутствие мамы, дома, тепла.
Расскажи про свою маму и про Максима, попросила я.
Лада отложила ложку, сложила руки на коленях и начала рассказывать ровно, без слёз, как будто читала доклад. И эта безмятежность пугала сильнее любой истерии. Мама Ирина была известной флористкой, владела большим бутикмагазином, одна растила дочь, мечтая о мужском плече. Встретила Максима, который обещал открыть сеть элитных ресторанов, но исчез, оставив её в долгах и смерти от стресса.
Я тоже вложила в его «бизнес» четыре миллиона гривен. Он покупал дорогие вещи, в том числе шубу в галерее «Галерея», заплатив золотой картой, которой я недавно пользовалась для мелких расходов. Я доверяла ему без сомнений.
Лада рассказала, как в тот день она услышала продавца, произносящего: «Спасибо, Анастасия Петровна, счастливой вам покупки». Я поняла, что это моя карта, которую я дала ему «для мелких расходов». Я была в шоке.
После обеда я отвезла Ладу обратно в «Лучик», а сама направилась домой, в свою квартиру, купленную на собственные деньги ещё до встречи с ним.
Он сидел в моём диване в моих тапочках, смотрел фильм на ноутбуке, улыбнулся, когда я вошла.
Привет, солнышко моё. Как прошла проверка меню? обнял он меня, дыша ароматом мяты и кофе.
Я механически обняла его в ответ, вдыхая знакомый, теперь уже отталкивающий запах. Я выдавила: Всё утвердили, через месяц свадьба.
Он прошептал в ухо сладкие, но лживые нотки. Я играла роль влюблённой невесты, но в тихую ночь, когда он заснул, я взяла его ноутбук, ввела пароль «777777» и открыла почту. Там лежали письма к пяти женщинам, каждая с теми же признаниями, теми же просьбами о деньгах. Таблица «Расчёты» показывала: Анастасия 4000000, Светлана 2000000, Елена 1500000, Ирина 3000000, Ольга 800000. Итого одиннадцать миллионов триста тысяч гривен.
Я закрыла ноутбук, лёгла рядом, шепчет себе: «Спи, мой лжец, эта будет последняя ночь в этой постели».
Утром я играла свою роль безупречно, а потом, как холодный нож, начала действовать. Я наняла старого частного детектива, который отследил всех женщин из переписок, нашёл их адреса и встретился с ними под предлогом поддержки.
Все они рассказали одну и ту же историю: цветы, ужины, обещания, просьбы о помощи и исчезновение. Детектив назвал его «профессиональным альфонсом», который выбирает одиночных, успешных женщин, обманывает их и исчезает с их деньгами.
Мы подали совместные заявления в полицию, собрав доказательства, фотографии, банковские выписки. Следователь сказал, что нужен поимка с поличным. Я пообещала, что сама поймаю его.
Я продолжала жить с Алексеем, делая вид, что всё в порядке, улыбаюсь, обсуждаю планы свадьбы, планируя ловушку. За две недели я предложила ему устроить небольшое празднование в том же киевском ресторане «Софийский», где всё началось.
Вечером я вела себя элегантно, в чёрном платье, с драгоценностями, а рядом стояли полицейские с микрофонами. Когда он произнёс: «Это блестящая идея», я увидела в его глазах неудачную улыбку. Я подняла бокал и спросила: А как же Светлана? Елена? Ирина? Или, может, тебе больше нравится, когда тебя зовут Максим?
Он замер, маска сползла, глаза стали холодными, как куски льда.
Вы арестованы по подозрению в крупном мошенничестве, объявил полицейский, показывая значок. Алексей Владимирович Медведев.
Он посмотрел на меня последним, полным ненависти взглядом, и прошипел: Ты сука.
Я спокойно допила шампанское: Я просто женщина, которую спасла босоногая девочка с увядшими розами. Та, чью маму ты довёл до могилы.
Он был уведён, а я осталась за столом, доела стейк и заказала торт «Наполеон». Официант подошёл робко: Что-нибудь ещё?
Нет, спасибо, просто принесите десерт, ответила я, чувствуя горькое освобождение.
Следствие заняло полгода. Доказательства были многочисленны: переписки, показания пяти женщин, финансовые документы. Суд вынес семь лет строгого режима и обязал вернуть все украденные деньги. Я получила чуть больше двух миллионов гривен, остальное он успел спустить на новые подарки.
Через год я вернулась в «Лучик», где Лада сидела на том же крыльце, босая, в прохладный осенний день, глядя в даль.
Привет, героиня, сказала я, садясь рядом.
Привет, его забрали надолго? спросила она.
На семь лет.
Она кивнула, и в этом кивке была вся её горечь.
Можешь стать моей дочерью? спросила я, чувствуя, как сердце растает.
Правда? её глаза заблестели.
Да, я хочу тебя удочерить. Если ты согласна.
После долгой паузы она тихо спросила: Ты будешь мне как мама?
Я постараюсь, ответила я, зная, что никогда не заменю её родную мать, но готова любить её всей душой.
Мы прошли через бюрократические горы, но в конце Лада переехала ко мне. У неё появилась своя комната, светлая, новые вещи, обувь, чтобы больше не ходить босой.
Первые месяцы она была настороженной, как котёнок, боясь, что её снова бросят. Я водила её в лучшую школу Киева, помогала с домашними заданиями, ходила в театр, в музей, учила ценить деньги, но не становиться их рабом.
Однажды, когда Лада уже говорила «мама» без колебаний, я поняла, что слово звучит громче любого оркестра.
Можно я буду звать тебя просто мама? спросила она.
Слезы вырвались из моих глаз. Конечно, шепнула я, обнимая её.
Жизнь наладилась. Бизнес процветал, я наняла надёжного управляющего и могла проводить больше времени дома. Однажды к нам в салон пришла женщинаклиентка Анна, тоже попавшая в ловушку красивого обманщика. Я рассказала ей, как важно слушать интуицию и не давать ни копейки подозрительному мужчине.
Я создала благотворительный фонд «Второй шанс», который помогает женщинам, пострадавшим от любовных мошенников, предоставляя юридическую и психологическую поддержку. Лада гордилась мной, называя меня «суперггероем», но я отвечала: Это ты спасла меня первой. Я лишь передала эстафету.
Через несколько лет Алексей вышел условнодосрочно, о чём я узнала из газетного репортажа. Лада спросила, не боюсь ли я его. Я ответила честно: Он получил то, что заслужил. Мы получили свою жизнь, свою семью. Он теперь лишь призрак из прошлого.
Сергей, найденный нами в детском приюте, стал младшим братом Лады. Мы приняли его, и теперь у меня две ребёнка моя маленькая семья без отца, но полная любви.
Однажды, в годовщину встречи у ресторана «Софийский», я купила огромный букет красных роз и поставила его в хрустальную вазу. Лада подошла, обняла меня, пахнущая краской и свежестью.
Ты и так счастлива, без этих роз и без мужчин, сказала она.
Мое счастье нашла ты, ответила я, целуя её в макушку. Спасибо, что в тот день подошла к той спешащей тетке с увядшими розами. Ты открыла мне глаза.
В этом снереальности я поняла, чтоИ в тот момент, когда рассвет окрасил небосклон в золотистый свет, я поняла, что настоящая сказка это жизнь, наполненная тем, кого мы любим, и теми, кого мы спасаем.
