Марина, хватит уже стыдиться! За кого ты собираешься выходить замуж? восклицает мать, поправляя мне фату.
Объясни, пожалуйста, что именно тебе не нравится в Сергее? я запинаясь от её слёз.
Как же? Мама его продавщица, всё крутит и кричит. Папа? Никак не обнаружил, куда исчез, а в молодости лишь пил и гулял.
Наш дед тоже в своё время пил, а бабушку в деревне гонял. И что с того?
Дед был уважаемым человеком в селе, люди к нему прислушивались.
Но бабушке от этого было не легче. Я помню, как в детстве она его боялась. А с Сергеем всё будет иначе, мама, нельзя судить людей по их родителям.
Когда у вас появятся дети, ты поймёшь! в сердцах бросает мать, а я лишь вздыхаю.
Жить будет трудно, если мать не изменит своё отношение к Сергею. Тем не менее мы с ним устроили весёлую свадьбу и начали строить свою семью. К счастью, у Сергея в деревне был дом, достался от дедушки и бабушки, а неизвестный гдето пропавший отец лишь бесконечные рассказы.
Сергей постепенно перестраивал дом, и скоро перед нами появился современный особняк со всеми удобствами, который я теперь называю «домом». Как же я люблю своего мужа и чего же тогда мать меня обвиняла?
Год спустя после свадьбы у нас родился сын Иван, а через четыре года дочь Анастасия. Как только дети начали болеть или попадать в неприятности, сразу появлялась мать со своей привычной фразой: «Маленькие детки маленькие беды! Вырастут, принесут новые хлопоты и наследство!»
Я старалась не обращать внимания на её упрёки, хотя она уже почти всё время ворчала. Дочери, конечно, не понравилось, что я вышла замуж без одобрения родителей.
Мама человек, который любит, когда всё происходит по её плану. Но со временем она смирилась с моим выбором и в глубине души признала, что Сергей отличный муж. Громко она бы этого не сказала, ведь признать свою ошибку для неё немыслимо. О внуках она говорила лишь от страха, хотя на самомделе любила их безумно и готова была в любой момент броситься в реку, лишь бы спасти их.
Иногда я всё же боялась тех «больших бед», о которых шептали старики, связанных с взрослением детей.
Дети, конечно, росли. Иван закончил одиннадцатый класс и собирался поступать в престижный университет в ближайшем городе в Киеве, около ста сорока трёх километров от нашего дома.
Для маминого сердца эти сто сорок три километра казались расстоянием между Землёй и Меркурием. Первые четыре ночи я не могла спать, переживая за сына: а вдруг его ктото обидит? А вдруг он плохо поест? А если город его испортит? Иван ведь хороший парень.
Сначала Ивана разместили в общежитии, обычной для сельских ребят. Но моё материнское сердце не выдержало, и я убедила Сергея снять ему квартиру в городе. Сын решил частично платить за жильё и подрабатывал в интернете. Я ездила в Киев каждое выходное, чтобы навещать его, помогать, убирать и готовить, хотя в его квартире всё было удивительно чисто.
Дома Иван не убирал, предпочитая классический беспорядок, а еда у него всегда была готова: то варёные котлеты, то запеканка. «Умный парень», думала я.
Скоро мои частые поездки начали раздражать мужа.
Марина! Хватит держать Ивана за своей юбкой! Дай ему свободу! И времени на меня не остаётся! пошутил Сергей, но я почувствовала, что он прав. Пора было отпустить сына и позволить ему жить самостоятельно.
Я ещё какоето время вела себя как курицаквочка, но постепенно приняла, что сын вырос. Я дала ему свободу, однако оказалось, что это было впустую.
Однажды из деканата позвонили: Иван пропускает занятия и уже на грани отчисления! Я, взволнованная, взяла несколько дней отпуска и помчалась в Киев. Сергей не смог меня удержать, я превратилась в настоящий танк.
Иван не ожидал моего приезда и, спеша, не успел объяснить причину прогулов. Оказалось, что это была девушка Ганна нежная, почти ангелоподобная.
Сергей, глядя на её постоянные извинения, крутил глазами, а я поняла, что он уже принял выбор сына.
Когда чай ароматный парил в наших чашках, а Сергей жёг третье печенье собственного приготовления, в дверь вошёл Иван с хмурым, но решительным лицом, неся сумку с продуктами. В его глазах появился стальной блеск он стал настоящим мужчиной, и я уже не могла указывать ему, что делать.
Итак, вы решили жениться? спросил Сергей, когда все сели за стол.
Да, и это окончательно, твёрдо ответил сын.
Понимаю. Но что заставило вас так быстро? Вы ждёте ещё ребёнка?
Нет! всплеснула Ганна, покраснев.
Я вспомнила, что в их квартире уже был малыш одингодовалый мальчик. Оказалось, что Ганна с ребёнком пытается заставить Ивана выйти за неё.
Я современная мать, но в нашем возрасте такие истории редки. Как же Ивана женить на ребёнке? И как она смогла родить малыша, будучи такой молодой?
Я пыталась держать себя в руках, поздоровалась с Ганной и пригласила Ивана в кухню для серьёзного разговора.
Иван, в тебя влюбилась? спросила я, сжимая губы в попытке улыбки.
Очень, мама, улыбнулся он.
Как насчёт учёбы? аккуратно спросила я, как сапёр, ступающий по минному полю.
Знаю, мам, что отстаю, но сейчас сложный период. Не переживай, всё исправлю.
Какой период? Поделишься?
Не могу, мама, это мой секрет. Возможно, позже, когда вы с Ганной поближе узнаете друг друга.
Я не знала, как не поставить сына против себя, поэтому взяла паузу и вернулась домой.
Всё изза тебя! обрушилась я на Сергея. Дай сыну свободу! Что будем делать теперь?
Что же случилось? спросил он, оптимистично. Что тебя не устраивает в ребёнке? Если Иван её любит, значит, она ему не чужая.
И ты готов стать её дедом?
Почему бы и нет? Я, знаешь, уже думаю, как стать дедом, когда появятся внуки.
Но ведь это не наш ребёнок!
Марина! Мне кажется, я говорю с кемто другим. Дитя не может быть чужим! Подумай.
Сергей уединился в другую комнату, а я брела по пустой спальне, сначала злясь на всё: на жизнь, на Ганну, на Ивана, на мужа. Постепенно успокоилась и поняла, что Сергей, как всегда, прав.
Ребёнок невиновен, и, вероятно, Ганна тоже. Утром я уже ругалась сама с собой, вытёрла слёзы и, обняв мужа, который спал на диване в гостиной, прошептала:
Сергей, прости меня! Я действительно просветлела. Я вас всех очень люблю!
Иди сюда, дурочка! он поднял одеяло, и я лёгко укрылась рядом.
Мы уснули, а на губах у меня засияла счастливая улыбка. Я теперь стану бабушкой! Какой же это чудесный мальчик! Михаил, так его зовут.
Но всё оказалось сложнее, чем я представляла. Через некоторое время Иван сообщил, что переходит в вечернее отделение университета и собирается жениться на Ганне.
На этот раз я не спешила, сначала обдумала новость, а потом мы с Сергеем поехали в выходные в Киев. Сергей, как я уверена, поможет нам разобраться без лишних конфликтов, ведь иначе нам не хватит дров на зиму.
В прихожей нас встретили Ганна и, просушив слёзу, произнесла:
Простите меня, пожалуйста! Я не хочу, чтобы Иван так поступал, но он упёртый. Вы, наверное, знаете
Упертый? заметил Сергей, снимая обувь. Но наш сын не дурак. Если он так решил, значит, это необходимо. Успокойся, Ганна, обсудим всё.
Мы пошли на кухню. Ивана, как я поняла, не было.
Иван пошёл за молоком, сейчас вернётся, простите, сказала Ганна.
Почему ты всё время извиняешься? спросил Сергей, глядя на неё. Мы ещё даже не поняли, в чём ты виновата. Давайте сначала разберёмся. Чаю предложишь гостям? Я только что проехал сто сорок три километра.
Ой, простите, запінялась Ганна.
Сергей, услышав её очередные извинения, закатил глаза, а она улыбнулась. Я поняла, что Сергей принял решение сына, и облегчённо вздохнула.
Когда в наших чашках парил ароматный чай, а Сергей откусывал третье домашнее печенье, в дверь вошёл Иван с тяжёлой сумкой. В его взгляде появился стальной отблеск, что-то новое, помужски. Я уже не чувствовала права указывать ему, ведь он уже взрослый.
Итак, вы решили жениться? спросил Сергей, когда мы сели.
Да, и это вопрос не обсуждается, твёрдо ответил сын.
Хорошо. Но что заставило вас торопиться? Ожидаете ещё ребёнка?
Нет! крикнула Ганна, покраснев от волнения.
В голове всплыло безумное предположение: их отношения ещё не перешли в ту стадию, когда могут появиться дети. Это казалось невозможным, но
Что заставляет вас спешить с браком? спросил я.
Иначе Мишка отправят в детдом, опустила глаза Ганна.
Почему ребёнка могут забрать? строго спросил Сергей.
Потому что её мать умерла в тюрьме, почти шепотом ответила она, губы дрожали.
Ганна, тебе не нужно ничего объяснять! воскликнул Иван. Мама и папа, я прошу вас принять то, что я сказал по телефону. Всё остальное наши с Ганной дела!
Иван, подожди, перебила его Ганна. Если мы сейчас вместе, то наши семьи тоже будут вместе. Я не буду скрывать от вас обстоятельства своей жизни, это неправильно.
Ганна замолчала, а Сергей и я переглянулись.
Ганна, разве Миша не твой сын? осмелилась я.
Нет! Мишка мой брат по материнской линии, родители разные.
В тот момент я была готова разорвать всех на куски, но сдержалась. Ганна продолжила:
Моя мама умерла в тюрьме, у неё было врождённое заболевание сердца. Говорят, она прожила долго с этим диагнозом. У неё был вспыльчивый характер, так я считаю.
Ганна отложила чашку, тяжело вздохнула. Ей было нелегко говорить, но она всё же продолжала:
В первый раз мама попала в тюрьму после того, как после ссоры с отцом сбила старушку на пешеходном переходе. Об этом писали в газетах.
Когда её посадили, отец забрал меня, и мы живём раздельно. Пока мама была в заключении, он снова женился. Я не ругаю его за то, что он оставил маму в трудный момент. Моя мама была сложным человеком, а новому отцу Татьяна очень мило, и у меня с ней хорошие отношения. Возможно, благодаря этому я считаю свою семью именно в том, что построили они.
Ганна замолчала, а я увидела, как Иван и она держатся за руки под столом, и поняла, что самое тяжёлое ещё впереди.
Три года назад моя мама влюбилась, потеряла рассудок. Денис, её партнёр, был моложе её на десять лет. У них появился Мишка. Я радовалась появлению братика, часто бывала у них. В их семье не было ссор, но соседи позже в суде сказали, что слышали постоянные крики и разбитую посуду.
Однажды, как я позже узнала, мама и Денис сильно поссорились; мама толкнула Дениса, он споткнулся, ухватился за покрывало и упал, ударившись головой о стол. Через два дня Денис скончался в больнице, а мать арестовали.
Ганна сделала вдох и продолжила, спеша закончить:
Моя мама умерла в следственном изоляторе, не дождавшись суда. Её сердце просто остановилось. Пожалуйста, не судите её строго! Она была, как колибри, яркая, неугомонная, но я её всё равно очень любила.
Теперь ты нам простишь, Ганна, сказал Сергей, когда она замолчала. За то, что ты всё рассказала, прости. Но ты права, мы теперь семья и должны поддерживать друг друга.
Внутри меня вспыхнула мысль: «Что ты делаешь, Иван! Не нужна нам такая родня! В нашей семье никогда не было преступников». Но я успокоилась, вспомнив, как стояла в свадебном платье, а мать плакала, пытаясь отговорить меня от свадьбы с Сергеем.
Я мысленно отшучивалась: «Не суди людей по их родителям! Ты бы не знала, если бы знала!»
Тогда в голове возникла безумная, но гениальная идея. Я посмотрела на Сергея, заметив его улыбку, и понялa, что всё решено.
А как вам, друзья, такой план? Мы с матерью оформим опеку над Михаилом, а вы пока подождёте с семьёй и продолжите учёбу, предложил Сергей.
Как это? спросила Ганна.
Папа, хватит! крикнул Иван.
Михаилу в деревне будет хорошо, помнишь, какое у тебя было детство. Если захотите, сможете взять его к себе.
Мы с отцом без тебя скучаем, Иван, будем с радостью заботиться о Михаиле.
Твоя сестра теперь больше интересуется парнями, чем родителями.
Ганна, решение только твоё, посмотрела я в её глаза. Как я могу взять на себя эту ношу? Даже мой отец с Татьяной не согласились взять ребёнка.
Мы почти не заметили, как к нам подошёл Сергей, спустился с дивана и, шутя, поднял Михаила на руки.
Какая тяжёлая ноша, смеясь, воскликнул он, но я её несу.
Сергей, ты уже и папИ так, собравшись вместе, мы приняли Михаила как своего сына, а наша семья обрела новое счастье.
