Дорогой дневник.
Вечер за вечером на мой балкон забиралась та рыжая кошка. Мяукала так, будто звала на помощь – и мне, и совести покоя не давала. Я уже почти набрала номер отлова, но стоило открыть дверь – она прыгала прочь. Прямо в то, чего я боялась больше всего.
– Опять ты!
Я отдёрнула штору и выглянула. Рыжая сидела на перилах, глаза горели в сумерках, а из горла рвался протяжный, почти человеческий крик.
– Уходи, – махнула я и снова задернула штору.
Пятый вечер подряд – одно и то же до смешного. Только захожу после работы – опять она. Опять на моём балконе на четвёртом этаже! Как она забиралась – загадка, но вот же она, снова здесь.
Я работаю бухгалтером в небольшой фирме в Одессе, последние месяцы выдались особенно тяжёлыми. Квартальная отчётность, проверки, бесконечные звонки. Возвращалась домой без сил. Всё, чего хотела – тишина, горячий чай и любимый сериал. А тут ещё эта кошка со своими концертами.
– Слушай, может, просто покорми её? – предложила на работе Света. – Поест и отстанет.
– Я не собираюсь приручать бездомных, – отрезала я. – У меня своих проблем хватает.
И это правда. После развода три года назад я устроила жизнь так, как мне нравилось. Никаких зависимостей, никаких обязательств. Квартира – моя крепость, где царит порядок и предсказуемость. Животные в эти планы не вписывались.
Но кошка, похоже, думала иначе. На шестой вечер она мяукала так громко и настойчиво, что соседка снизу позвонила в дверь.
– Ольга, вы не могли бы что-то сделать с этой кошкой? – попросила она. – У меня голова раскалывается от этого воя.
– Извините, Мария Степановна, – пробормотала я. – Сейчас разберусь.
Разбираться не хотелось. Думала позвонить в отлов, но вспомнила, что там делают с бездомными, и не смогла.
– Что тебе нужно?
Я открыла балконную дверь и вышла. Кошка замолчала, внимательно посмотрела на меня. Худая, шерсть свалялась клочьями, но глаза – здоровые и умные. Очень умные.
– Ну, говори, чего надо? Еды?
Протянула руку – она отпрыгнула, спустилась по пожарной лестнице на пару ступенек и остановилась. Обернулась. Посмотрела. Снова мяукнула.
– Ты хочешь, чтобы я пошла за тобой? – недоверчиво спросила я.
Кошка спустилась ещё ниже и снова оглянулась.
Любопытство – удивительная вещь. Оно толкает меня вперёд. Я схватила куртку, наспех сунула ноги в кроссовки, шагнула в коридор. Кошка будто знала – уже сидела у двери. Увидела меня – и рванула вниз по лестнице, не оборачиваясь. Почти беззвучная тень скользнула вперёд. Мне оставалось только поспешить за ней.
Мы спустились на первый этаж, но кошка не остановилась. Она направилась к двери в подвал, которую я никогда не открывала. Дверь была приоткрыта, внутри зияла чёрная пустота.
– Ты хочешь, чтобы я туда полезла?
Я посмотрела на кошку.
– Даже не мечтай.
Но она проскользнула внутрь и через секунду появилась снова. Села у порога. Посмотрела на меня своими необычными глазами.
И тут я услышала. Тоненький, едва различимый писк. Несколько голосов разом.
– Котята? – прошептала я.
Достала телефон, включила фонарик и осторожно вошла. Пахло сыростью и плесенью. Кошка шла впереди, время от времени оборачиваясь, проверяя, иду ли я следом.
В дальнем углу, за старыми трубами, я увидела их. Четыре крошечных котёнка лежали на куске грязной тряпки. Такие маленькие, что глаза ещё не открылись. Писк отчаянный, голодный.
– Господи.
Я присела рядом.
– Как вы здесь оказались?
Кошка подошла к котятам, легла рядом, и они тут же присосались к ней. Но я видела – она сама истощена, молока явно не хватает. А температура в подвале градусов десять, не больше. Ночью могло быть ещё холоднее.
– Ты за помощью приходила, – сказала я не вопросом, а утверждением. – Ты искала того, кто поможет твоим детям.
Кошка посмотрела на меня и тихо мяукнула. В её взгляде была благодарность.
Я достала телефон и позвонила Свете. Та ответила не сразу.
– Оль, ты чего звонишь? Уже десятый час.
– Мне нужна помощь. Срочно. У меня тут ситуация.
Света приехала через двадцать минут с коробкой, тёплым пледом и бутылочкой для кормления. У неё был опыт – год назад она выходила брошенного щенка.
– Внушительно, – скомандовала она, оценивая обстановку. – Котят берём домой немедленно. Мать тоже. Завтра с утра к ветеринару. Мне понадобится помощь с кормлением, они слишком маленькие.
– Я помогу, – тихо сказала я.
Мы аккуратно переложили котят в коробку. Кошка сначала занервничала, но потом поняла, что им ничего не угрожает, и спокойно запрыгнула следом.
Дома я устроила им место в ванной, там теплее всего. Света показала, как лучше кормить из бутылочки, если мать не справляется. Кошка ела с жадностью, впервые, наверное, за много дней.
– Знаешь, – проговорила Света, глядя на меня, – я всегда думала, что ты слишком закрыта от мира после развода. Боишься снова кому-то довериться, даже животным.
– Может быть.
Я погладила рыжую голову.
– Но эта кошка открыла мне, каким бывает настоящее чувство преданности. Она могла просто бросить котят и искать еду для себя. Но она искала помощь для них.
Ветеринар на следующий день сказал, что котята выживут, но им нужен тщательный уход. Кошке-матери требовались витамины и усиленное питание.
– Редко встретишь такой сильный материнский инстинкт, – говорил врач, словно размышляя вслух. – Обычно бездомные кошки прячут потомство в укромных местах. А эта нашла способ попросить помощь.
Следующие три недели я жила по расписанию кормлений. Будильник звонил каждые три часа, днём и ночью. Света помогала, когда я была на работе. Котята крепли, открыли глаза, начали ползать.
Кстати, на работе все думали, что у меня появился младенец. Такие круги под глазами от недосыпа. Коллеги спрашивали, всё ли в порядке, не заболела ли. А я отшучивалась – бессонница замучила.
– Оля, ты понимаешь, что в твоей однокомнатной квартире не может жить пять кошек? – осторожно спросила Света.
– Понимаю, – кивнула я.
Я разместила объявление о пристройстве котят в хорошие руки. Желающих нашлось много, но я тщательно отбирала будущих хозяев, проверяла условия.
Через два месяца все четверо котят обрели дом. Одного взяла Мария Степановна, та самая, что жаловалась на мяуканье.
– Внуки приедут, обрадуются, – улыбнулась она. – А я давно хотела завести кошку, да всё не решалась.
Рыжая кошка осталась со мной. Я назвала её Рыжухой, просто и без изысков. Она оказалась удивительно умной и благодарной. Спала на моей подушке, встречала с работы, мурлыкала по вечерам, устроившись на коленях.
– Знаешь, Рыжуха, – проговорила я ей однажды вечером, – ты многому меня научила. Я думала, что не хочу ни за кого отвечать. Но когда отдаёшь тепло другому, собственная жизнь становится насыщеннее.
Рыжуха посмотрела на меня своими умными глазами и положила голову мне на руку.
Через полгода Света рассказала, что котята выросли здоровыми и счастливыми. Мария Степановна души не чает в своём питомце. А у меня появилась традиция – каждый вечер я открываю балконную дверь и пускаю Рыжуху подышать свежим воздухом.
Иногда милосердие приходит в самом неожиданном виде. В виде настойчивой бродячей кошки, которая не сдалась и нашла способ спасти своих детей. Материнская любовь не знает границ – ни у людей, ни у животных. А человеческое сердце способно растаять даже после многих лет одиночества, если в нём проснётся сострадание.
