– Алло… Вася?– Это не Вася. Это Ольга… – Ольга? А вы кто?…– Уважаемая, это вы кто? Я девушка Василия. Вы что-то хотели?… Мужа нет, он задерживается на работе… .Голова закружилась, и вдруг я заметила алые капли на полу. Живот тянуло так сильно, что я едва терпела… Чувствовала – малыш вот-вот появится на свет. Мой муж Василий уже 5 лет подряд ездит на заработки. Работал дальнобойщиком в Германии, ремонты делал в Польше. Уехал из-за денег. У нас двое сыновей, мы очень хотели дать им лучшее будущее. И прекрасно понимали, что в России мы многого не добьёмся. И знаете, там ему по-настоящему повезло. Раз в месяц присылал нам посылки с продуктами: крупы, консервы, масло, сладости. Кладу деньги мне на карту, чтобы я под проценты в банке откладывала. Мы смогли накопить приличную сумму, чтобы купить старшему сыну квартиру. Казалось бы, всё хорошо, но пару месяцев назад я почувствовала, что со мной что-то не так. Первая мысль – климакс, но оказалось не то. Сильно поправилась, всё время хотелось спать, ела много и настроение резко менялось. Интернет утверждал: я беременна. Какая беременная в 45-то? Не поверила, сделала тест – две красные полоски, всё как надо. Ни сынам, ни невесткам про малыша говорить не стала – зачем? Чтобы дети смеялись, что их мать совсем разум потеряла? Решила скрывать беременность. Тут как раз зима, одевала всё тёплое и большое, из-под пуховика живота не видно. Но рожать я не хотела. Может, люди скажут: у меня Бога в душе нет. Но мне 45, я уже не молода. У меня есть сыновья и внуки, им время посвятить хочется, а не снова с младенцем возиться. Да и денег на третьего ребенка нет. Василию опять придётся крутиться за границей, а я без него не справлюсь. Врачи сказали, срок поздний – очень опасно делать операцию, неизвестно, чем для меня закончится. Решила: пусть будет, что будет. Может, Василий, наоборот, обрадуется? Решила позвонить ему по Скайпу и рассказать, но включила только микрофон. – Алло, Вася… – Это не Вася. Это Ольга. – Ольга? А вы кто? – Уважаемая, а вы кто? Я девушка Василия. Мужа нет, он задерживается. Я тут же бросила трубку и горько заплакала. Вот так бывает: муж может изменить где угодно и с кем угодно. Захотелось сразу подать на развод, выкинуть все вещи Василия, ни видеть, ни слышать его. Но оставалась надежда, что любимый вернется в семью, когда узнает о ребенке. Знала, что в феврале он должен приехать – у сыновей дни рождения, дали отпуск. Даже приснился сон: мы втроём гуляем в парке, Василий держит за одну руку нашу дочку, я – за другую. 14 февраля, в День всех влюбленных, Вася приехал. Я все устроила: романтический ужин, свечи, музыка – хотела создать уютную атмосферу. – Василий, у меня для тебя сюрприз. Я беременна. Говорят, будет девочка. – Ах ты ж такая! – заорал муж. Он весь зардевшись от злости, опрокинул тарелки, стучал кулаками по столу: – Пока я пашу, как лошадь, ты по чужим мужикам скачешь?! И хочешь мне этого ребёнка навесить?! – Василий, я всё объясню… – Уйди, не хочу тебя видеть! – он толкнул меня так, что я животом ударилась о край стола и упала. Василий ушёл, забрал сумку, хлопнул дверью. А у меня снова закружилась голова, появились капли крови, живот жутко тянул. Едва нашла телефон и вызвала скорую. Чувствовала – малыш вот-вот родится. Когда приехали врачи, я уже держала нашу дочку на руках. Девочка спокойно лежала, не плакала, просто крепко спала. – Ну что, мамочка, поедете с нами? – Нет. Забирайте ребёнка, она мне не нужна. – Как это так? – Вот так: забирайте, я сказала! Эта девочка разрушила мою семью! Может, кто-нибудь её полюбит, но точно не я. Всё, забирайте, видеть её не хочу! Без капли угрызений совести я отдала ребёнка врачу. Меня осмотрели, всё прошло спокойно. Когда скорая уехала, я прибралась, приняла душ и легла спать. Никто из детей не знает, что я отдала дочку. Каждый день хожу в церковь и молюсь – пусть она растет здоровой и найдет семью. Я чётко понимаю, что не справлюсь. Я не хочу снова материнских хлопот. Хочу только, чтобы Василий вернулся домой. Но он опять уехал в Германию, общается только с сыновьями. Может, кто-то скажет, что я ненормальная женщина. Но я выбираю мужа, а не ребёнка. Бог мне судья.

Люди

Автор Алексей ГромовВремя чтения 4 мин.

Алло Васю
Это не Вася. Это Светлана
Светлана? А вы кто?
Уважаемая, а вы кто? Я девушка Василия. Вам что-то нужно? Мужа нет, он на работе задерживается
У меня голова закружилась, я увидела алые капли на полу. Живот скручивало так сильно, что я согнулась в дугу Чувствовала: ребёнок вот-вот появится.

Мой муж Василий вот уже пять лет ездит на заработки. То в Германии на грузовике работал, то в Польше ремонтом занимался. Уехал туда из-за денег. У нас двое сыновей, мы мечтали дать им самое лучшее будущее. Прекрасно понимали: в России мы ничего не добьёмся.

Знаете, там ему действительно повезло. Раз в месяц присылал нам посылки консервы, крупы, масло, сладости. Ещё переводил мне на карту рубли, чтобы я их под проценты клала в банке. Нам удалось накопить приличную сумму, чтобы купить старшему сыну квартиру.

Казалось бы, у нас всё хорошо. Но несколько месяцев назад я почувствовала, что в организме что-то не ладно. Первая мысль климакс, но нет. Я сильно прибавила в весе, всё время хотелось спать, ели много, настроение резко менялось. По всем признакам, интернет писал беременность. Какая беременность в 45? Не поверила, решила сделать тест. Но на палочке отчётливо проступили две алые полоски.

Ни сыновьям, ни невесткам я ничего говорить не хотела. А зачем? Чтобы родные начали смеяться? Говорили бы, что мать в старости рамки потеряла? Решила скрывать беременность. Зима как раз была, надевала всё тёплое, большое, из-под пуховика живота не видно.

Но рожать этого ребёнка я не хотела. Кто-то скажет, Бога в душе нет. Но мне 45, я уже не молодая. У меня есть сыновья и внучки, им хочется отдать тепло, а не снова возиться с младенцем и памперсами. И денег на третьего совсем нет. Василий снова уехал бы за границу, а я не могу одна.

В клинике сказали, что срок поздний, операция опасна, никто не гарантирует, что последствия не будут страшными. Я пыталась убедить себя, что всё ещё станет хорошо. Может, Василий, наоборот, обрадуется? Решила позвонить мужу по Скайпу и рассказать. Камеру не включала, только микрофон.

Алло, Васю
Это не Вася. Это Светлана.
Светлана? А вы кто?
Уважаемая, а вы кто? Я девушка Василия. Вам что-то нужно? Мужа нет, он на работе задерживается.

Я бросила трубку, слёзы ручьем полились. Вот так в жизни бывает муж может изменять где угодно, с кем угодно. Хотела сразу писать заявление о разводе, выбросить все вещи Василия, не видеть его больше.

Но держалась за слабую надежду: может, когда узнает про ребёнка, вернётся в семью? Знала, что в феврале приедет, ведь у сыновей дни рождения, ему дали отпуск. Даже снилось: мы втроём гуляем в парке, Василий держит нашу дочь за одну руку, я за другую.

Как раз 14 февраля, в День всех влюблённых, Вася приехал. Я приготовила романтический ужин, зажгла свечи, включила музыку, создала уют.

Васю, у меня сюрприз. Я жду ребёнка. Говорят, будет девочка.
Ах ты дрянь! взорвался Василий.

Он весь покраснел от злости, швырнул тарелки на пол, стучал кулаком по столу:
Пока я там надрываюсь, ты по чужим мужикам скачешь? Теперь хочешь мне этого бастарда навязать?
Василий, дай объяснить
Уйди, видеть тебя не хочу! и толкнул меня так, что животом я врезалась в острый угол стола и рухнула на пол.

Василий ушёл, схватил сумку, хлопнул дверью. В голове всё плыло, алые капли на полу, живот скручивало от боли. Еле нашла телефон, вызвала скорую, но знала: малыш сейчас родится.

Когда врачи приехали, я уже держала на руках нашу девочку. Она лежала спокойно, не плакала спала крепко-крепко.

Ну что, мама, поедем?
Нет. Забирайте ребёнка, он мне не нужен.
Как так?
Вот так! Забирайте, говорю. Этот ребёнок семью мне разрушил! Может, кто-то её полюбит, только не я. Всё, уносите, видеть не желаю!

Без всякой жалости передала девочку врачу. Осмотрели на дому разрывов не обнаружили, роды прошли спокойно. После того, как скорая уехала, я всё убрала, приняла душ и легла спать.

Ни дети, ни родные не знают, что я отдала девочку. Каждый день хожу в храм, молюсь чтобы малышка была здорова, встретила свою семью. Я понимаю: не справлюсь. Не хочу снова проходить всё материнское заново. Хочу только одного чтобы Василий вернулся домой. Но он вновь уехал в Германию, общается только с сыновьями.

Может, сочтёте меня ненормальной. Но я выбрала мужчину, а не ребёнка. Бог мне судья.

— Алло… Василий? — Это не Василий, это Елена… — Елена? А вы кто? — Уважаемая, а вы кто? Я девушка Василия. Хотели что-то? Мужа нет, он задерживается на работе… У меня в голове закружилось, заметила алые капли на полу. Живот сильно тянуло, я корчилась от боли… Чувствовала, что малыш вот-вот появится на свет. Мой муж Василий уже 5 лет ездит на заработки — то в Германии был дальнобойщиком, то в Польше ремонты делал. Поехал ради денег. У нас двое сыновей, мечтали дать им лучшее будущее. И прекрасно понимали: в России мы ничего не добьёмся. И знаете, там Василию даже повезло. Раз в месяц присылал нам посылки с продуктами — консервы, крупы, масло, сладости. Плюс переводил мне деньги на карту, чтобы я их в банке под проценты клала. Мы сумели накопить приличную сумму, чтобы купить старшему сыну квартиру. Казалось бы, всё хорошо. Но несколько месяцев назад почувствовала, что в моём организме что-то не так. Первая мысль — климакс, но нет. Сильно поправилась, всё время хотелось спать, много ела и настроение резко менялось. По всем признакам интернет говорил: беременна. В 45 — так беременна? Не поверила, сделала тест. Но на палочке — чёткие две красные полоски. Ни сыновьям, ни невесткам о ребёнке ничего не хотела говорить. А зачем? Чтобы свои дети смеялись надо мной? Сказали бы: мама с ума сошла на старости лет? Решила скрыть беременность. Как раз зима, всё тёплое и большое надела, из-под пуховика живота никто не видел. Но рождать этого малыша не хотела. Скажут, что Бога в душе нет. Но мне 45, я уже не молодая женщина. Есть сыновья и внуки, им хочу уделять время, а не возиться с малышом и памперсами. Да и денег на третьего ребёнка нет. Василий опять бы уехал работать за границу, а я без него не справлюсь. Гинекологи сказали: срок уже поздний, очень рискованно делать операцию. Неизвестно, навредит ли это мне. Поэтому некоторое время убеждала себя, что всё будет хорошо. Может, Василий, наоборот, обрадуется, что будет ещё ребёнок? Решила позвонить ему по Скайпу и поделиться новостью. Камеру не включала, только микрофон. — Алло, Василий… — Это не Василий, это Елена. — Елена? А вы кто? — Уважаемая, а вы кто? Я девушка Василия. Хотели что-то? Мужа нет, он задерживается на работе. Я сразу бросила трубку и расплакалась. Вот так бывает в жизни: муж может изменять где угодно и с кем угодно. Хотела тут же написать заявление о разводе, выкинуть все вещи Василия, не видеть его и не слышать. Но в душе теплилась надежда, что любимый вернётся в семью, когда узнает о ребёнке. Знала, что в феврале муж приедет, у сыновей дни рождения, ему дали отпуск. Даже приснилось, что мы втроём гуляем в парке: Василий держит за одну руку нашу дочку, а я — за другую. 14 февраля, в День святого Валентина, Василий приехал. Я приготовила романтический ужин, расставила свечи, включила музыку. В общем, решила создать спокойную атмосферу. — Василий, у меня для тебя сюрприз. Я беременна. Говорят, будет девочка. — Ах ты дрянь! — закричал муж. Он покраснел от злости, перевернул тарелки на пол, бил кулаками по столу: — Пока я там горбачусь как лошадь, ты по чужим мужикам скачешь? Хочешь мне на шею этого бастарда повесить? — Василий, я объясню… — Отойди, видеть тебя не хочу! — муж толкнул меня, я животом ударилась о край стола и упала. Василий ушёл, схватил сумку, громко хлопнул дверью. А у меня в голове закружилось, на полу увидела алые капли. Живот тянуло, корчилась от боли. С трудом нашла телефон и вызвала скорую. Но чувствовала: малыш вот-вот появится. Когда врачи приехали, я уже держала на руках нашу дочь. Девочка спокойно лежала, не плакала, крепко спала. — Ну что, мама, едете с нами? — Нет. Забирайте ребёнка, она мне не нужна. — Как это? — Вот так. Забирайте, говорю! Эта дочь мне семью разрушила! Может, кто-то её полюбит, но точно не я. Всё, забирайте, не хочу её видеть! Без всяких угрызений совести отдала малышку врачу. Меня осмотрели дома, разрывов не было, роды прошли спокойно. Когда скорая уехала, я всё убрала дома, пошла в душ и легла спать. Никто из детей не знает, что я отдала девочку. Каждый день хожу в церковь и молюсь, чтобы дочка выросла здоровой и нашла свою семью. Я прекрасно понимаю, что не справлюсь. Не хочу снова чувствовать все трудности материнства. Хочу одного — чтобы Василий вернулся домой. Но он опять уехал в Германию, разговаривает только с сыновьями. Можете говорить, что я ненормальная женщина, но здесь я выбираю мужа, а не ребёнка. Бог мне судья.

Ну ничего себе, батя, тебя встречают! И зачем тебе этот пансионат нужен был, если дома настоящий «олл инклюзив»? Когда Дмитрий подарил ей ключи от своей квартиры, Ева поняла: бастион взят. Ни один ДиКаприо так не ждал свой «Оскар», как Ева ждала Дмитрия, ещё и с личным гнёздышком. Загрустившая, тридцатипятилетняя, всё чаще бросала сочувственные взгляды в сторону дворовых котов и на витрины «Всё для рукоделия». А тут — он, одинокий, потративший молодость на карьеру, правильное питание, спортзал, да ещё на прочую чепуху типа поисков себя в этом мире. И, главное, — бездетный. Ева мечтала о таком подарке с двадцати лет, и, похоже, там, наверху, наконец поняли: она не шутила. — У меня последняя командировка в этом году, и я весь твой, — сказал Дмитрий, вручая заветные ключи. — Только не пугайся моего берлоги. Я в основном прихожу домой только спать, — улыбнулся он и умчал в другой часовой пояс на все выходные. Ева захватила зубную щётку, крем и отправилась смотреть берлогу. Проблемы начались сразу: Дмитрий предупредил, что замок иногда заедает, но Ева не думала, что настолько. Сорок минут штурмовала дверь: толкала, тянула, вставляла ключ до конца, пробовала осторожно, но дверь явно не хотела открываться перед новым жильцом. Она начала давить психологически, как учили в школе одноклассники за гаражами. На шум открылись соседские двери. — Почему вы ломитесь в чужую квартиру? — спросил встревоженный женский голос. — Я не ломлюсь, у меня ключ есть! — ответила раздражённая Ева, вытирая пот со лба. — А вы кто? Я вас не видела раньше, — настаивала соседка. — Я его девушка! — с вызовом заявила Ева, оперлась руками в бока, но увидела лишь щёлку в двери. — Вы? — удивилась женщина. — Да. Какие проблемы? — Да нет, просто он никого сюда не водил (в этот момент Ева полюбила Дмитрия ещё больше), а тут вдруг сразу вы… — Какая — я? — не поняла Ева. — Знаете, это не моё дело, — закрыла дверь соседка. Ева поняла: или она, или её. Она так уперлась в ключ, что чуть не провернула весь дверной косяк. Дверь открылась. Весь внутренний мир Дмитрия предстал перед ней, и душа её покрылась инеем. Конечно, молодой одинокий мужчина живёт аскетично, но это была настоящая келья. — Бедняжка, твоё сердце забыло, а может, и не знало, что такое уют, — вырвалось у Евы, когда она осматривала скромное жилище, где ей теперь предстоит бывать часто. Зато соседка не солгала: женская рука явно никогда не касалась этих стен, пола, кухни и серых окон. Ева тут первая. Не выдержав, она выбежала в ближайший магазин за красивой занавеской и ковриком для ванной, прихватило прихватки и кухонные полотенца. В магазине на неё нахлынуло… К коврику и занавеске присоединились ароматизаторы, мыло ручной работы и контейнеры для косметики. «Добавить такие мелочи в чужую квартиру — не наглость», — успокаивала себя Ева, вешая к первому везущему товару тележку вторую. Замок больше не сопротивлялся. На самом деле он вообще перестал выполнять функцию, напоминая хоккейного голкипера без маски на матч. Поняв, что натворила, Ева до полуночи выкручивала старый замок кухонными ножами, а утром бежала за новым. Ножи тоже пора менять. И — вилки, ложки, скатерть, доски и подставки под горячее. До занавесок — рукой подать. В воскресенье Дмитрий позвонил: задерживается на пару дней. — Буду только рад, если ты внесёшь в мою квартиру немного тепла и уюта, — улыбался он, когда Ева призналась, что позволила себе вольности с интерьером. Уюта Ева уже завозила грузовиками, располагала по плану с документацией. Все эти годы копилось в одинокой женщине: открылись руки — не остановиться. К возвращению Дмитрия из старой квартиры остался один паук возле вентиляции. Ева хотела прогнать и его, но увидев восемь ошалевших глаз, решила не трогать бедное создание — оставить символом неприкосновенности чужого имущества. Теперь жильё Дмитрия выглядело так, словно он уже лет восемь счастлив в браке, потом разочаровался, а теперь вновь счастлив — назло. Ева занялась не только квартирой, но и сделала всё, чтобы весь подъезд знал: она новая хозяйка, все вопросы — к ней. Пусть кольца на пальце пока нет — это технический момент. Соседи сперва подозревали, но потом только разводили руками: «Как скажете, дело ваше». *** В день приезда Дмитрия Ева приготовила домашний ужин, упаковала свои ещё упругие части в нарядную и слегка вульгарную упаковку, расставила по углам ароматы, приглушила свет и стала ждать. Дмитрий задерживался. Когда Ева почувствовала, что упаковка неудобно впивается туда, ради чего она полгода приседала в спортзале, в замок вставили ключ. — Замок новый, просто толкни, не заперто! — кокетливо откликнулась Ева. Осуждения она не боялась — уж слишком хорошо потрудилась по хозяйству. Ей простят всё. В момент, когда двери открылись, ей пришла неожиданная СМС от Дмитрия: «Ты где? Я дома. Смотрю, квартира совсем не изменилась, друзья пугали, что ты всё косметикой заставишь». Впрочем, Ева увидела это сообщение позже. А пока в квартиру зашли совершенно незнакомые люди: двое молодых, двое школьников и очень старый дедушка, который, увидев Еву, моментально выпрямился и пригладил остатки седых волос. — Вот это встреча, папа! И зачем тебе этот пансионат, если дома такой «олл инклюзив»? — первым заговорил молодой мужчина и тут же получил подзатыльник от своей жены — за излишнее любопытство. Ева стояла на пороге с двумя бокалами, не в силах пошевелиться. Ей хотелось закричать, но она была в ступоре. В углу хихикал довольный паук. — Простите, вы кто? — робко спросила Ева. — Владелец местного гнёздышка. А вы, я так понимаю, из поликлиники на перевязку? Я ведь говорил, справлюсь сам, — ответил дед, окинув взглядом наряд медсестры, в который была одета Ева. — Ммм, Адам Матвеевич, у вас тут прямо уют и благодать! — заглянула за спину Евы жена молодого. — Совсем другое дело, а то как в склепе жили. А вас, девушка, как звать? Не слишком ли наш Адам Матвеевич для вас в возрасте? Хотя, конечно, мужчина солидный, со своим жильём… — Е-е-ва… — Вот как! Умеете вы, Адам Матвеевич, людей подбирать! Дед, судя по блеску глаз, тоже был вполне доволен такой случайностью. — А где Дмитрий? — прошептала Ева, и залпом осушила оба бокала. Дальше всё стало понятно. — Я Дмитрий! — радостно поднял руку мальчик лет восьми. — Подожди, тебе ещё рано быть Дмитрием, — мама положила его руку и отправила детей с мужем в машину. — Простите, я, похоже, ошиблась квартирой, — наконец пришла в себя Ева, вспоминая — тот замок… — Это Бузковая, восемнадцать, квартира двадцать шесть? — Нет, это Буковинская, восемнадцать, — потирал руки дед, уже готовый распаковывать свой нежданный подарок. — Ну вот, — трагично вздохнула Ева, — перепутала. Располагайтесь, а я пока выйду — надо позвонить. Она схватила телефон и сбежала в ванну, где, завернувшись в полотенце, наконец прочитала СМС от Дмитрия. «Дмитрий, я скоро буду, просто в магазине задержалась», — отправила Ева ответ. «Хорошо, жду. Если не сложно, прихвати бутылочку красного», — наговорил голосовое сообщение Дмитрий. Красное Ева теперь несла только в себе. Подхватив коврик и сняв занавеску, она дождалась, пока незнакомцы уйдут на кухню, и ускользнула из ванны. Собрав вещи в пакет, быстро выскользнула из квартиры. *** — Расскажу — но потом, — пояснила свой вид Ева, когда Дмитрий открыл дверь. Словно во сне, прошла мимо него, даже не взглянув. Сначала зашла в ванну, повесила занавеску, разложила коврик, затем — в комнату, где упала на диван и проспала до утра, пока стресс и красное вино окончательно не выветрились. Проснувшись, Ева увидела перед собой незнакомого мужчину, ожидавшего объяснений. — Скажите, какой здесь адрес?.. — Бутова, восемнадцать.