Андрей Орлов

Ну ты ж богатый, верно? Сестра жены заняла у меня деньги и укатила на юг Этим летом любимая младшая сестра моей жены пожаловала к нам в гости. В семье ее звали «золотым ребенком» — все разговоры только о ней: и училась отлично, и университет с отличием закончила, и по специальности устроилась, прямо идеальная дочь! А вот старшая дочь, моя жена, даже вуз не окончила и сразу замуж вышла. Но это никого не волновало, ведь у меня свой бизнес, деньги, квартира, машина — жизнь удалась. Однако всеобщей любимицей оставалась младшая сестра. В гостях она попросила у меня взаймы — мол, собирается брать ипотеку, а на первый взнос не хватает. Для меня это не была проблема, я одолжил. Сестра пообещала возвращать долг частями каждый месяц, работает ведь в госучреждении — куда денется. Но уже через неделю я узнал, что она поехала отдыхать на наше черноморское побережье. Честно говоря, был озадачен: вроде бы на квартиру денег нет, а на отдых — есть! Родным она говорила, что целый год копила на поездку, но ипотеку брать передумала. Я мягко поинтересовался, когда вернет долг, ведь деньги одалживал на квартиру, а не на пляж. На что получил неожиданный ответ: — Разбогатею — верну, а пока подожди, сейчас денег нет. И, как водится, вскоре узнал: она рассказала свекрови, что я требую долг раньше срока и с родственниками так не поступают. В итоге «золотой ребенок» снова в почёте, а мы с женой — в семье «богатые монстры».

Ты ведь неприлично много зарабатываешь, правда? Сестра моей жены взяла у нас взаймы и уехала на Чёрное море.

Люди

Собственная мама выгнала меня из дома ради отчима, потому что он ей был дороже! Я жила с папой до пяти лет — это было самое счастливое время детства. Когда он умер, мама перестала заботиться обо мне и занялась своей жизнью. В восемь лет у меня появился отчим, который пытался контролировать каждое мое движение и мамино тоже, и вся моя жизнь изменилась. Я жила по расписанию, придуманному отчимом, он же делил домашние обязанности, хотя сам ничего не делал — «уставал на работе». Мама заставляла меня делать всё, что он хотел, потому что боялась, что он разозлится и начнет скандал. Когда я стала подростком, я начала возмущаться, ведь после школы вместо отдыха приходилось готовить, убирать, мыть машину отчима и делать всё, что только им взбредёт, пока «влюбленная парочка» смотрела телевизор. За возмущения меня били по лицу и читали лекции, что я неблагодарная, раз мне дают так много. Кроме крыши над головой и еды, которую я зарабатывала уборкой и работой по дому, мне не давали ничего. Когда хотела пойти на кружок или в спортзал, смеялись и говорили, что сначала нужно научиться зарабатывать. Новую одежду покупали редко, и потом неделями напоминали об этом… В восемнадцать лет, только закончила школу — мама объявила, что я должна искать себе квартиру, не идти в университет, а сразу устраиваться на работу, потому что жить с ними я больше не могу. Мы жили в маленьком городке, найти работу было сложно, да и я еще надеялась, что родители передумают и позволят учиться самой. Но мама настаивала. Вместо подготовки к ЕГЭ я работала официанткой — с 10 до 12 ночи, за мизерную зарплату и почти без чаевых, хватило только на пару месяцев съема квартиры — про еду не знала, что думать. Экзамены сдала плохо, потому что пропустила важные занятия, в бюджетный вуз не поступила, а на платное не было денег. Я уволилась летом и стала искать более оплачиваемую работу, так как родители с каждым днем всё чаще спрашивали, когда наконец я уйду, и в итоге выгнали меня из квартиры… Я устроилась в магазин бытовой химии, но отравилась и через несколько дней меня заменили другой девушкой. Время уходило, я пробовала другие работы, но ни одна не давала мне возможности жить самой. Летом был мой день рождения, и ко мне в гости приехала тётя. Я никому раньше не рассказывала, но когда она спросила, что происходит, я не выдержала — заплакала и рассказала всё. В тот же день она помогла мне собрать вещи и забрала к себе. Желание родителей сбылось — я ушла, и стало легче. Тётя нашла мне хорошую работу в книжном магазине, я смогла совмещать учебу. На следующий год сама поступила в государственный университет, тётя помогала во всём и не оставила меня одну с тяжелыми мыслями, даже когда родители напоминали о себе и называли меня плохой и неблагодарной. Время прошло, я окончила учебу и нашла хорошую работу. Теперь благодарю тётю, помогаю ей, вожу её отдыхать — потому что она не оставила меня в трудную минуту.

Собственная мама выгнала меня из квартиры, потому что мой отчим ей был дороже меня! Я жил с отцом до

Люди

016

Я не хочу жить с семьёй моей дочери! Вот почему расскажу вам об этом.

Я не хочу жить с семьёй своей дочери! Сейчас расскажу почему. После сильного наводнения дочь моя с семьёй

Люди

053

Я и муж оставили квартиру сыну и переехали в деревню. А он заехал к теще и сдал нашу квартиру в аренду.

Я и мой муж оставили московскую квартиру сыну и уехали жить в деревню. Сын переехал к теще, а нашу квартиру

Люди

На следующий день соседка снова повисла на нашем заборе. Жена вышла к ней и сказала, что у нас много дел, поэтому сегодня поболтать, как вчера, не получится. «А как насчёт завтра?» — с любопытством спросила Барбара. «То же самое. В целом, больше к нам не приходите». Моя мечта жить в городе ни к чему хорошему не привела. У жены есть дом в деревне. Пока были живы тёща с тестем, мы часто к ним ездили. Мне нравилось, когда вечерами накрывали стол под раскидистой грушей и можно было говорить до темноты. Так было каждый раз, когда мы приезжали. А зимой тёща топила печку. На столе обязательно были свежие пироги. По дому разносился удивительный аромат. Мы с женой обожали кататься на лыжах и на санках. Потом родителей жены не стало. Дом продавать мы не стали, решили, что будем приезжать туда так же часто, как раньше. Но этого так и не случилось. Всегда находились дела. Потом мы и думать забыли о родительском доме. Жизнь шла своим чередом. Незаметно пролетают годы. Сын нашёл девушку и женился на ней. Невестка Вика часто говорила, что хотела бы пожить в деревне — хотя бы летом. И тут мы вспомнили про этот дом. С женой поехали первыми — всё-таки столько лет не были. Всё осталось по-прежнему, только дом оказался запущенным. Мы с женой приступили к уборке: Анна убралась в доме, я навёл порядок во дворе. Думал, что после стольких лет без присмотра дом мог бы и развалиться, но нет — немного прибрался, и всё заиграло по-новому. На следующий день приехали дети, помогли с уборкой, женщины готовили ужин, а мы с сыном решили починить старый стол и скамейки под грушей. И тут я заметил, что за забором нас всё время наблюдает женщина. Оказалось, она недавно купила соседний дом. Захотела познакомиться. Мы, люди вежливые, пригласили её к столу. Звали её Барбара. Рассказала, что живёт одна, купила дом для дочери, у той трое детей. Барбара одна, мужа нет, развелись. Всё что-то говорила, но я её уже не слушал. Вдруг почувствовал, что кто-то касается моей ноги. Смотрю: под столом — нога соседки. Я тут же отдёрнул свою. Но она не унималась и пыталась меня погладить. Никогда в жизни такого не было! Хотел встать, не привлекая внимания, и уйти. Не хотелось, чтобы жена заметила. Но соседка всё болтала, а дети уже начали хныкать. Я уж только и мечтал, чтобы она ушла. Пока убирали со стола, жена заметила, что Барбара — легкомысленная женщина, и трудно было не согласиться. Только я не признался, что она творила под столом. Мне было стыдно. И думаю, что это не первая попытка этой женщины так вести себя с мужиками. На следующий день она снова висела на заборе. Жена вышла и сказала, что у нас куча дел, сегодня нам не до бесед. — А завтра? — с интересом спросила Барбара. — Завтра то же самое. И вообще, больше к нам не ходите. Какой смелый поступок! Соседка ещё долго бубнила под нос, но что — я не слушал, мне было всё равно. Думаю, жена всё правильно сделала. Мы — семья открытая и честная. Сразу чувствуем, если нам кто-то не по душе, и тогда общаться не будем.

2 июня Сегодня снова заметил Людмилу, нашу новую соседку, висящей на заборе. Она, видимо, думала, что

Люди

049

Моя свекровь была сильно поражена, когда пришла к нам на дачу и увидела, что ни овощей, ни фруктов в саду нет – только газон и цветы

Моя свекровь была очень удивлена, когда пришла в наш сад и увидела, что там нет ни овощей, ни фруктов.

Люди

045

Моя невестка обиделась на меня из-за квартиры и теперь настраивает сына против меня – она убеждает его, что мне безразлично их счастье, потому что я отказалась менять свою квартиру на их однокомнатную на окраине, а теперь супруги требуют, чтобы я уступила им жильё, не собираясь даже работать, и доходят до разрыва отношений

Жена моего сына сильно обиделась на меня из-за вопроса с квартирой и стала настраивать сына против меня.

Люди

0137

Мой сын не будет содержать пасынка: семейные баталии о любви, Алиментах и настоящем отцовстве

А сколько тебе твой бывший перечисляет на Мишу? голос Галины Петровны звучал во сне, будто падающий снег

Люди

040

Предательство под венцом: как сорвалась свадьба Любы из-за снимков, интриг и борьбы за наследство

Ой, Любаша, ну ты даёшь! Аркадий лишь мельком взглянул на фото и аж зевнул. Я люблю только тебя, никого

Люди

Я всегда думал, что держу свою жизнь под контрол. Стабильная работа, собственный дом в подмосковье, брак больше десяти лет, соседи, которых знаю с детства. Но никто не знал — даже она, — что у меня была вторая жизнь. Я давно встречался на стороне. Сам оправдывал себя: если возвращаюсь домой — значит, никто не пострадал. Никакой вины, никакого страха быть разоблаченным. Я жил в уверенности человека, который считает, что умеет играть, не проигрывая. Моя жена — тихая, скромная женщина. Весь ее мир — это строгий распорядок, вежливые приветствия соседям, простая и аккуратная жизнь. Наш сосед — тот самый парень, которого видишь каждый день: попросишь инструмент, вынесешь мусор вместе, кивнете друг другу издалека. Никогда не считал его угрозой. Никогда не думал, что он перейдёт границу. Я уезжал, уставал на работе, а был уверен: возвращаюсь — и дом такой же, каким оставил. Все рухнуло, когда в районе случилась серия краж, и ТСЖ попросило просмотреть камеры видеонаблюдения. Решил из любопытства посмотреть и записи с наших камер. Просто проскроллил — вперёд и назад. И тут увидел то, чего вообще не ожидал. Жена входит в гараж, когда меня нет. Через минуту заходит сосед — не раз, не два, а снова и снова. Записи, даты, часы, явный повторяющийся сценарий. Смотрю дальше. Пока я думал, что управляю ситуацией, и у нее оказалась своя тайная жизнь. Только вот боль моя была невыносимой — не как когда умер отец: тогда было по-другому. А это… Это был стыд. Унижение. Казалось, что все мое достоинство — в этих видеозаписях. Я предъявил ей улики: даты, записи, время. Она не стала отпираться. Сказала, что всё началось, когда я был ей чужим, что было чувство одиночества — одно привело к другому. Сразу не извинилась, просто попросила не судить ее. И тут до меня дошел самый горький парадокс во всём этом: у меня не было морального права ее судить. Ведь и я был неверен. И я лгал. Но от этого боль меньше не стала. Хуже всего было даже не предательство. Хуже всего было осознать, что я думал, будто играю в одиночку, а оказалось — под одной крышей мы жили одной ложью, с одинаковой наглостью. Я считал себя сильным, скрывая свое. А оказался самым наивным. Задето самолюбие. Задет мой облик. Больше всего больно, что я оказался последним, кто узнал, что у него происходит дома. Что будет с нашим браком дальше — не знаю. Не пишу это, чтоб оправдаться или обвинить ее. Просто понимаю: есть боли, не похожие ни на что ранее. Должен ли я простить? Она ведь до сих пор не знает, что я тоже ей изменял…

Я всегда думал, что моя жизнь под моим контролем. Стабильная работа, собственный дом на окраине Ярославля