Андрей Орлов

Олег стоял у кухонного окна, разжевывая черствый хлеб с маслом и наблюдая за соседским двором.

Утро на Тверской гудело своим особым ритмом: стук каблуков по асфальту, рёв клаксонов в пробке, далёкий

«Сестра, которую я обожала и ненавидела» — Не смей брать мою куклу! — пискнула Света, выдёргивая

Ольга Сергеевна медленно открыла глаза, и острая боль пронзила виски, а тяжёлая усталость сдавила всё тело.

«Это не мой сын,» — ледяным тоном произнес олигарх, его голос эхом разнёсся по мраморному холлу. — «

«Ты же даже ходить не можешь!» — усмехнулся он. Но один её шаг изменил всё. Он продолжил, запинаясь

Город дышал вечерней жизнью — гудки машин, шаги по брусчатке, смех с летних веранд, украшенных гирляндами.

Маруся стояла возле кухонного окошка, держа чашку с остывшим чаем, и наблюдала за детворой во дворе.

**Дневник.** Сегодня снова думала о том, как же всё пошло не так. В тот день я так старалась выглядеть

ХОЗЯЙСТВЕННЫЙ МУЖИК. Навещаем тестя в деревне, за сотню вёрст от города. В том самом доме, где он родился и вырос.