Алексей Громов

Новогодний Сюрприз Оксаны: Как рабочий аврал, сон с загадочной девочкой и встреча с незнакомцем в поезде изменили её жизнь — неожиданные гости, уют семейного стола и чудо долгожданной любви

31 декабря. На этот раз решил всё оставить как есть: билет куплен ещё в начале месяца, место нижняя полка в купе.

Люди

Сергей купил самый лучший букет цветов и отправился на свидание: в приподнятом настроении стоял у городского фонтана с букетом в руках, но Лены нигде не было. Он оглянулся и набрал её номер — никто не ответил. “Наверное, задерживается,” — подумал он и позвонил снова. На этот раз Лена ответила. “Я уже на месте, а ты где?” — сразу спросил Сергей. “Между нами всё кончено!” — вдруг сказала Лена. “Что? Почему?” — опешил Сергей. “Всё из-за твоего букета!” — неожиданно заявила девушка. “А что с ним не так?” — удивился парень, ничего не понимая.

Игорь купил самый красивый букет цветов и отправился на свидание. В приподнятом настроении он стоял возле

Люди

063

Галина вернулась из магазина, начала разбирать продукты по кухне, как вдруг услышала странный шум из комнаты сына и невестки. Решив проверить, она застала Валентину за упаковкой чемоданов: «Валюша, ты куда собралась?» — удивилась Галина. «Уезжаю, не могу больше…» — прошептала невестка сквозь слёзы и протянула письмецо. А прочитав его, Галина оцепенела от ужаса: вся их жизнь рушилась в один миг…

Марина вернулась из магазина домой и стала раскладывать продукты по полкам. Вдруг услышала странный шум

Люди

Ворованное счастье: История Анны и Олички — сердечной материнской любви, обретённой семьи и смысла жизни в российской глубинке

Анна возилась у себя на даче уж больно весна выдалась не по календарю. Конец марта только, а снег, будто

Люди

ВСЁ ДВОР СЧИТАЛ ЕЁ ФИФОЙ: Как мы сплетничали про Милу с собаками, не зная её боли, и что произошло, когда я увидела её плачущей в храме

МЫ ВСЕ ЕЁ ОСУЖДАЛИ Люба стояла в храме и горько плакала. Уже минут пятнадцать. Для меня это было в новинку.

Люди

018

Ольга целый день хлопотала, готовясь к своему первому Новому году не с родителями, а с любимым мужчиной: убирала квартиру, готовила праздничный стол, украшала дом. Она уже третий месяц жила у Толика — старшего на 15 лет, разведённого, с алиментами и любовью к выпивке… Но Оля считала, что любовь всё спишет. Никто не понимал, что она нашла в Толике: ни внешности красивой, ни характера, ни щедрости, денег вечно нет — для себя, любимого, может только что-то позволить. И всё-таки Оля старалась: надеялась, что Толик разглядит в ней идеальную хозяйку и захочет сделать женой. Он так и говорил: «Надо пожить вместе — вдруг ты такая же, как бывшая», про которую ничего внятного не рассказывал. Оля терпела, заботилась, прощала пьяные приходки, покупала продукты и даже телефон подарила. Под Новый год Толик «готовился» по-своему — напился с друзьями и заявил, что к ним придут его гости, которых она не знает. За полчаса до боя курантов ввалились шумная компания, и Оле не уделили ни капли внимания: даже гостям Толик её не представил, высмеял, назвав «соседкой по постели». Гости ели, пили и смеялись над наивной хозяйкой, называя Олю бесплатной кухаркой и домработницей, а Толик довольствовался компанией и поддакивал шуткам. В момент, когда все веселились, Оля собрала вещи и ушла домой, к родителям. Мама вздохнула со словами «Я же предупреждала», а отец был только рад вернуть дочь. Спустя неделю, лишившись Оли и денег, Толик пришёл за ней: возмутился, что у него в холодильнике мышь повесилась, и обвинил в том, что она становится «как бывшая». Но теперь Оля уже знала себе цену — она просто выставила Толика за дверь. Так с наступлением нового года в её жизни началась новая глава.

Однажды Олеся целый день металась по старой московской квартире, словно мышь по амбару: мыла, натирала

Люди

048

Отойди от меня! Я тебе жениться не обещал! И вообще, знать не знаю, чей это ребенок! А может, и не мой вовсе? – Так говорил Виктор ошеломлённой Валентине, когда был в командировке в их российском поселке. Она неделями плакала, но в свои тридцать пять решила стать мамой и одна вырастила дочку Машу. Жила без любви, пока не появился неместный, нелюдимый мужик Игорь. Его считали проходимцем, но со временем он стал ей мужем, навёл дома порядок и стал Маше настоящим отцом, показав: папой становится не тот, кто родил, а тот, кто воспитал и был рядом в трудную минуту.

Отстань от меня! Я на тебе жениться и не обещал! И вообще, понятия не имею, чей это ребенок может, и

Люди

048

– Нет, мам, сейчас приезжать точно не надо. Сама подумай — дорога далёкая, всю ночь в поезде трястись, да и ты уже не молода. К чему тебе этот лишний хлопот? К тому же весна — у тебя огород, работы на участке сейчас полно, — говорит мне сын. – Сынок, ну как зачем? Мы с тобой сто лет не виделись, а на жену твою так хочется посмотреть, познакомиться с невесткой поближе, — честно отвечаю я. – Давай так договоримся: подожди до конца месяца — на Пасху много выходных, мы все сами к тебе приедем, — успокоил меня сын. Если честно, я уже была готова ехать, но поверила и осталась ждать его дома. Но никто так и не приехал. Я пыталась звонить сыну несколько раз — он сбрасывал вызовы. Потом сам перезвонил, сказал, что очень занят, и мне не стоит его ждать. Я сильно переживала. Готовилась к приезду сына с невесткой — он женился полгода назад, а я её даже не видела. Моего сына, Лёшу, я родила для себя — уже за тридцать, замуж не вышла. Может, это и грех, но о своём решении ни разу не пожалела, даже когда было очень трудно: ни денег, ни нормальной жизни, всё выживали. Работала на нескольких работах — лишь бы у ребёнка всё было. Сын вырос, уехал учиться в Москву. Чтобы его поддержать, ездить работать за границу стала — деньги на учёбу и жильё высылала. Материнское сердце радовалось — могла ребёнку помочь. На третьем курсе Лёша стал сам подрабатывать, после окончания института устроился на работу и уже сам себя обеспечивал. Домой приезжал редко — раз в год, не чаще. А я в Москве ни разу не была. Решила — как женится, обязательно поеду, даже деньги отложила — 200 тысяч рублей. Полгода назад позвонил, сообщил: «Мам, я женюсь!» – Мам, только ты не приезжай. Мы сейчас просто распишемся, свадьба потом будет, — предупредил меня сын. Печально стало, но что поделаешь. Лёша показал невестку по видеосвязи — вроде хорошая девочка, красивая, видно — из состоятельной семьи. Я радовалась, что у него всё хорошо. Прошло время — сын ко мне не едет, не зовёт. Терпения уже не было — решила сама поехать: купила билет на поезд, собрала гостинцы, хлеб испекла, варенье, соленья — и в путь. Перед отправлением позвонила сыну. – Мама, ну ты и даёшь! Зачем? Я на работе, даже встретить не смогу. Вот адрес, вызови такси, — сказал Лёша. Утром приехала в Москву, вызвала такси — дорого, конечно. Но город красивый. Дверь мне открыла невестка. Не улыбнулась, не обняла, просто предложила пройти на кухню. Сына дома не было — он ушёл на работу. Я начала доставать свои гостинцы, а невестка наблюдала молча, потом сказала, что зря я это всё привезла — они такое не едят, она вообще не готовит. – А что же вы едите? – удивилась я. – Нам доставка привозит еду каждый день. Готовить — не люблю, запах на кухне потом… Не успела я опомниться, как зашёл маленький мальчик лет трёх. – Познакомьтесь, это мой сын Данил, – сказала невестка. – Данила? – уточнила я. – Нет, Данил. Не люблю, когда переиначивают имена. — Ну как скажешь, Илона… — И не Илона, а Илона! В городе никто не коверквает имена, но вам не понять… Мне захотелось плакать. Даже не из-за того, что сын женился на женщине с ребёнком и не рассказал мне, а из-за отношения… А потом увидела на стене большой свадебный портрет. – О, свадьбы не было, но хорошо, что хоть фото красивые сделали, — сказала я. – Как это не было? Свадьба была, на 200 человек! Только вас не было, Лёша сказал, что вы приболели. Может, оно и к лучшему, — оценивающе посмотрела на меня невестка. – Завтракать будете? – Буду… Илона поставила чай и пару кусочков дорогого сыра. Я привыкла с утра плотно поесть, с дороги тем более. Решила яичницу пожарить, домашний хлеб взяла, но невестка категорически запретила — мол, запах. Хлеб есть отказалась — они с Лёшей на ЗОЖ. Есть мне перехотелось — обидно до слёз было. Годы мечт, деньги собирала, а по сути — оказалась никому не нужна. Пью чай, невестка молчит. Тут подбежал мальчик, стал ко мне тянуться. Я хотела обнять малыша, а невестка замахала руками — «нельзя», неизвестно, с чем я туда приехала — а это, мол, ребёнок. Гостинцев ему не было, я дала банку малинового варенья — «будет к блинчикам». Невестка тут же вырвала банку: «Сколько можно повторять? Мы на правильном питании, сахар не едим!» Поняла: сейчас разрыдаюсь. Чай не допила, пошла обуваться. Невестка даже не поинтересовалась, куда я. Вышла, села возле подъезда на скамейку — и заплакала. Так тяжело на душе не было никогда. Через какое-то время вижу — невестка пошла гулять с ребёнком, всё, что я привезла, выбросила в мусорку. Я, когда они ушли, собрала банки в сумку, поехала на вокзал. Повезло — кто-то сдал билет, я купила на вечер. Близ вокзала зашла в кафе — взяла борща, кусок мяса, картошку, салат. Дорого, но себе ведь тоже что-то можно позволить. Вещи сдала в камеру хранения, ещё несколькими часами погуляла по Москве — город понравился, прямо развеялась. В поезде не спала, плакала. Обидно: сын даже не позвонил, не спросил, где я. Я скорее бы дождалась снега летом, чем поверила бы, что мой единственный сын встретит меня так. В него все надежды вкладывала, а оказалась для него чужой. Теперь вот думаю: что делать с отложенными на свадьбу деньгами? Отдать сыну эти 200 тысяч — пусть знает: мама всегда о нём заботилась? Или не давать — ведь не заслужил?

Нет, приезжать сейчас точно не стоит. Подумай сама, мама. Дорога дальняя, всю ночь в поезде, а тебе уже

Люди

056

— Ты ведь меня не любила. Без любви за меня вышла. Теперь бросишь меня, когда я заболел… — Не брошу! — сказала Марина и обняла Игоря. — Ты лучший муж на свете, никогда тебя не оставлю… Не верилось Игорю в её слова. Настроение у него было совсем скверным… Марина прожила в браке двадцать пять лет, и все эти годы продолжала нравиться мужчинам. Еще в юности она была самой востребованной девушкой. Причём, даже в школе почти все мальчишки бегали за Мариной. Хотя красавицей Марина никогда не была. Марина не развелась со своим мужем, хоть он и был личностью весьма сложной. Нет, Марина жила с Вадимом до самого его ухода. Дочку вырастили, замуж выдали. Зять увёз Дарью в Италию, теперь они присылают красивые фотки и зовут в гости. Съездить Марина ещё, может, успеет. А Вадика уж нет. Муж Марии погиб в автокатастрофе. Так нелепо… хотя потом Марине сказали: скорее всего, Вадиму стало плохо за рулём. Сердце прихватило — растерялся, не справился с управлением. — Может, сознание потерял? — предположила она. — Теперь уже не узнаем, — вздохнула подруга-врач. — Причина: множественные травмы, несовместимые с жизнью. Марина была в шоке. Подруга Ольга помогала всё организовать. Она-то по своим каналам и узнала все подробности. Вадима похоронили, и Марина осталась одна в огромном доме, который они строили всю жизнь. Нет, для двоих дом казался не таким уж большим, да и если гости собирались, был самый раз. А для одной женщины — дом слишком велик, к тому же теперь стал тяжёлым грузом. Дом есть дом. В нём мужская рука нужна… Даша приехала проститься с отцом. Завела с матерью разговор о продаже дома, покупке квартиры и возможном переезде Марии к ним. — Нет уж! — резко ответила Марина. — Я для себя этот дом строила, не для продажи. В вашу Италию тоже не хочу, видела я эту Италию… — Мама! — Ну, Дашуль, ты у меня темнота! — улыбнулась Мария сквозь слёзы. — Шучу, родная. — Если шутишь, значит, всё не так уж плохо. Всё было неоднозначно, как и сам покойный. С одной стороны, Вадим был заботливым, любящим мужем. С другой — человеком настроения. Если был не в себе — мог Марине все нервы вытрепать. Потом раскаивался, извинялся. Но Марина была лёгким человеком — на таких моментах не зацикливалась. Так и жили. Двадцать пятый год! С ума сойти… Даша погостила и уехала — муж её много работает, она спешила домой хранить семейный очаг. Марина осталась одна. Впрочем, Мария знала себя — это ненадолго. Так и вышло. Попечалилась полгода, а потом, едва слёзы высохли, обнаружила, что вокруг снова появились поклонники. Кстати, даже мама Марии в своё время дивилась такой востребованности дочери. — И что мужчины в тебе находят? Просто штабелями падают! Не красавица же вроде… Или я чего не понимаю? — Мамочка, ну что ты… — улыбалась Мария, подкрашивая губы. — Красота — пустой звук. Женщина должна быть обаятельной, с изюминкой! — Иди, иди гулять уже, женихи ждать не будут! — хохотала мама. — Да будет другой, если уйдёт, — равнодушно пожимала плечами Мария. С тех пор прошло тридцать лет, и ничего не изменилось. Женщины жалуются, что после сорока мужиков не найти, а у Марии в 46 два жениха, и оба хорошие! Сердцем Мария тянулась к Дмитрию. Очень он ей нравился — и внешне, и разговором. Симпатичный, интеллигентный, с ним интересно поговорить и людей познакомить не стыдно. Но мастер он был только по части разговоров. Мария в ушах своих влюбилась, но жизненным опытом понимала — не для дома её эта персона. Второй жених, Игорь — простой, крепкий мужик. На праздник может и цистерну выпить, но всё у него ладится в руках, работает, горит. Настоящий мужик — золотые руки, характер покладистый, но со стержнем внутри. С женой такой будет нежным, но если надо — горы свернёт. Марии он нравился меньше — женская нелогичность… Красивых речей не говорил. Трезвый Игорь вообще молчун. А выпьет — и шутку кинет, и анекдот, и поддержит разговор. Выпить, кстати, Игорь и впрямь любил, но наутро уже снова в деле: облился холодной водой — и за работу. Молчалив, но делувер. Вот такого Мария и выбрала. Дмитрий обиделся и ушёл. Мария вышла замуж за Игоря — он был счастлив по уши. На свадьбе перебрал, пел, танцевал как в последний раз. — Вот уж удумала! — улыбнулась Ольга. — Год не прожила вдовой, а уже замуж идёшь. Женщины не могут днём с огнём найти мужика, а тебе стоит на улицу выйти — и штабеля! — Скажешь ещё: «Что мужчины в тебе находят…» Красотой не вышла! — Ладно, не скажу. Но то, что всегда была ты востребованной, — факт. — Что они во мне находят — не знаю и сама! Маме спрашивай. Мария подмигнула подруге и пошла танцевать с мужем — он как раз её пригласил. Она танцевала и прощалась мысленно с сомнениями. Ну и что — простоват. Зато силач, рукаст, внешне вполне себе мужчина. Молчащий — дай бог, даже хорошо. Выбрала бы Диму — из красивых слов борща не сваришь! За пару месяцев Игорь превратил участок Марии в райский сад. Лишние деревья убрал, землю выровнял, клумбы сделал, беседку построил, всё в доме в порядок привёл. Вот это муж! Да ещё и деньги зарабатывал, старался порадовать Марию подарками. Мария посравнивала короткую новую семейную жизнь с 25-ю годами первого брака — и искренне пожалела, что не встретила Игоря раньше. Золотой человек! Летом они вечерами жарили шашлык и ужинали в беседке, где Игорь поставил красивый стол и лавочки из дерева. Марина сыто жмурилась, как кот, а Игорь смотрел на неё и улыбался. — Ты чего, Игорь? — Радуюсь, — улыбался он. Первая жена у него была занудой. Не ожидал, что встретит такую чудную женщину. Четыре года длилось их счастье, а потом Игорь стал уставать без причины, худеть. Если выпьет — совсем плохо становилось. — Игорь, к врачу надо! — забила тревогу Мария. — Что ждёшь? Не шути такими вещами! — Пустяки, Маринка, пройдёт само! — Да ты как все мужики — врачей боишься? — Нет… Игорь не хотел говорить, чего боится. А боялся одного: если серьёзно болен — Мария бросит его. Жить с больным мужиком не станет. Понимал — вышла она за него скорее по необходимости, а не по большой любви. А он её любил по-настоящему! Всей душой. Увидел её как-то в магазине — замялась, кошелек не может найти, и у Игоря сердце екнуло. Сразу захотелось защитить. Мама Игоря сказала тогда, увидев её: — Тебе жить с ней, сынок… Но что нашёл — ума не приложу. Не красавица, не молода. Ты вон какой! За тебя любая пошла бы. А Игорю никто другой не нужен был. Только Мария. И вот теперь… если он болен — нужен ли он ей? Обещала Мария — уговорить на врачей не смогла. В субботу к ним пришли Ольга с Борисом. Мужики готовили шашлыки, женщины — салаты. — Игорь заболел что ли? — спросила Ольга. — Да не знаю! — вспыхнула Мария. — Умоляю к врачу пойти — ни в какую! Ты врач, скажи, ведь он не здоров? — Стал хуже выглядеть, похудел… и кожа словно пожелтела. — Господи, Оля! Уговори его! Может, тебя послушает — ты врач! — Мария… ты его любишь? Ведь я помню твои сомнения… Мария лишь закусила губу… Но Ольга не успела уговорить Игоря — тот прямо за столом упал в обморок. Вызвали скорую, Мария поехала с Игорем. Пока доехали — не очнулся. Почти сразу — операция. — Опухоль печени. — Рак?! — испугалась Мария. — Ждём анализов. Опухоль оказалась доброкачественной, но большая — операцию затянули до последнего. Теперь — долгая реабилитация, не факт что до конца восстановится — всё-таки возраст. Игорь совсем сник. Мама его навестила в больнице. Мария была на работе, мама принесла ему то, что можно есть: — Сынок, я тебя не узнаю! Выжил, рака нет! Лежишь с кислой физиономией. Вот котлетки, ешь. — Не хочу… — Надо! Ты чего? Мария-то приходит? — Приходит… пока. — Думаешь, бросит? Дура она тогда будет! — Я теперь — ничего не могу! Мне пятьдесят почти, а я инвалид. Кому я нужен? — Ну ладно вам! — крик услышала Мария, зашла, поздоровалась. — Что тут у вас за крик на всю больницу? Привет, Татьяна Васильевна! — Пойду я, пожалуй… Привет, Мария. Бывай! — Что случилось? — Да ничего… Мария умыла руки, села рядом: — Что ты, инвалид? Руки, ноги на месте. Остальное заживёт. Ты знаешь, что печень — это единственный орган, который восстанавливается сам? Достаточно и 51% — всё, считай, здоров. А у тебя 60% осталось! — А время у меня есть?.. — Что? — Время. — Ты что-то не договариваешь? — Да нет, просто… — вздохнул Игорь. Выписали его. И началась самая тяжёлая пора жизни: поработает — сразу устал. А впереди юбилей, а радости никакой: есть ничего нельзя, пить — тем более. Мария, казалось, не замечала ни его слабости, ни ограничений — ела за компанию диетическую пищу и поддерживала мужа. — Маринка… — наконец спросил он. — А что теперь с нами будет? — В каком смысле? — не поняла она. — Я ведь долго буду восстанавливаться. Ты меня бросишь, да? Лучше скажи сразу. — С чего ты взял? Мне с тобой хорошо очень. — Это когда я всё делал — было хорошо! А сейчас что хорошего? Сам себе противен… — Ну и зря! Возьми себя в руки! — Стараюсь… но вот не получается. Молотком два раза махнул — и устал, как собака. Мария обняла его сзади, прижалась щекой к затылку: — Люблю я тебя, не брошу никогда. Восстанавливайся — не торопись. Всё наладится. — Ты меня любишь? Серьёзно? — Серьёзно-серьёзно. Мария не бросает Игоря, и тот медленно, но верно идёт на поправку. Юбилей она устроила без крепкого алкоголя, чтобы Игорь не страдал, что не может выпить. Посидели небольшой компанией в беседке, сыграли настольные игры. — Повезло тебе с женой, Игорь, — сказали друзья. — Пойдёте теперь пить без меня? — шутливо спросил он. Посмеялись, разошлись. А вечером они вдвоём сидели на крылечке, смотрели на звёзды. Счастливы. В тот вечер Игорь впервые за несколько месяцев почувствовал себя лучше. Поверил, что всё наладится. И что жена действительно его не бросит. Он крепче обнял Марию. — Ты чего, Игорь? — Всё хорошо! — ответил он. — Ну наконец-то, — улыбнулась Мария и поцеловала мужа в щёку. Они были счастливы… ???? Друзья, если вам интересно читать наши истории — оставляйте комментарии и не забывайте про лайки! Это даёт нам вдохновение писать для вас дальше!

Ты ведь меня не любила. Не по любви за меня вышла. Теперь бросишь, когда я заболел Не брошу!

Люди

026

— Бабушка Алла! — крикнул Матвей. — Кто же вам дал разрешение держать волка в деревне?

Бабушка Алла! крикнул Матвей. Кто вам разрешил держать волка в деревне? Алла Степановна горько всплакнула