Алексей Громов

— Доченька не моя! — бухнул Игорь кулаком по столу. — Светланка, ты гонишь? Какая экспертиза?

Марина Иванова уже натянула ночную рубашку и заплетала косу, когда телефон резко разорвал тишину.

— Алевтина! Алевтина, где ты пропадаешь?! — голос Федора Семёновича рвался из гостиной, дрожа от нетерпения.

Десятого мая заглянул к тете Гале за отверткой, а попал прямиком на спектакль жизни. Ольга стояла в спальне

— Не вздумай мне нравоучения разводить! — голос Снежаны прозвучал в гневке, она стояла, сцепив кулаки

Варвара стояла у кухонного окна, жуя черствый хлеб с маслом и глядя во двор. Утро было серое, дождливое

Беременная уборщица отдала нищему пять рублей! Тайна, что открылась наутро, потрясла её до глубины души… ?

— Не смей трогать мою Барби! — завизжала Света, вырывая у старшей сестры фарфоровую куклу с белокурыми волосами.

С медленным пробуждением Аллу Сергеевну охватила раскалывающая головная боль, сковывающая усталость пронизывала всего.

«Он не мой сын», — холодно заявил миллионер, его голос гулко отдавался в мраморном холле. «Собирай вещи и уезжай.