Алексей Громов

Вот дневник, что написал дед мой. Нашел в шкатулке старой… Прожил я с Люсьмой (Людмилой звали) семь лет.

Давным-давно, в памяти старой, все соседи ведали, что Семён — безрукий медведь косолапый, то баран бестолковый

Сегодня осознала ошибку… Пока Аграфена отсчитывала рубли за продукты, Глеб стоял поодаль.

Ольга не могла успокоиться. На руках дремала маленькая Настенька, а она всё не отходила от окна.

Обычный больничный будень. В ожидальной люди коротали время: кто в телефоне копался, кто тихим голосом

Помнится, в церкви царила тишина такая густая, что колола кожу. Воздух кололся слезами и ладаном, наболевшая

Когда двадцатиоднолетняя Светлана Петрова вошла в загс с букетом белых лилий и дрожащей улыбкой, все

Вот, представляешь, по идее мне вообще не надо было быть у воды в тот день. Просто короткий перерыв в

23 года я положил жизнь на парализованного сына. А потом скрытая камера открыла правду, которой я никак

Анна Николаевна стояла перед директором, мну в руках растерянную бумагу. — Мария Ивановна, умоляю!