Алексей Громов

Чернильные пятна на старых письмах Конверт был серый, ничем не примечательный, без обратного адреса.

Один из тех дней, когда не болит — но ноет. На остановке у старого центрального рынка в Твери стояла женщина.

КАК Я ЕЁ НЕНАВИДЕЛ… Смятенный листок валялся в ящике её стола — рядом с заявлением на увольнение.

Трудное решение. Возвращение — Хочешь — лети, — произнес Николай, ставя кружку в раковину. Голос его

**«Бракованный» папашенька** С самого детства у нас с мамой крутился один и тот же замкнутый круг.

СВЕЧА НА ВЕТРУ Светлана Аркадьевна скинула латексные перчатки и маску в металлический таз и, вымотанная

— Ольга, у меня неприятные новости, — Дмитрий отложил вилку, опустив глаза. — С мамой совсем плохо.

Звезда среди серых будней: как в забегаловке открылась легенда русской кухни Она вошла в зал тихо, будто тень.

«Я всё понимаю… но и ты меня пойми»: правда, которая разбила сердце В тот день Ольга, как всегда, стояла

**«Ты кормил меня обещаниями, а он — ужином»: как Вячеслав потерял всё** Вячеслав метался по тесной кухонке