Снег шёл тяжёлым занавесом, покрывая Киевский парк Шевченко густым белым покрывалом. Деревья стояли, будто в молчаливом ожидании. Качели слегка покачивались под порывами леденящего ветра, но никого не было, кто бы захотел на них сыграть. Всё вокруг казалось пустым и забытым. Среди падающих хлопьев появился маленький мальчик, не старше семи лет. Его куртка была тонкой и порванной, обувь промокла и уже почти рвалась на куски. Холод его не волновал в руках он держал трёх крошечных новорождённых, спрятанных в старые, изношенные одеяльца.
Лицо ребёнка покраснело от ледяного ветра, руки болели от того, как долго он держал малышей. Шаги его были медленными и тяжёлыми, но он не останавливался. Трёх младенцев он прижимал к груди, пытаясь согреть их тем скудным теплом, что ещё оставалось в его теле. Приветствую вас в «Отдых с Иваном», а сегодня наш привет для Ольги, которая смотрит нас из Киева. Спасибо, что вы с нами. Чтобы поддержать нас, ставьте лайк, подписывайтесь на канал и напишите в комментариях, откуда вы нас видите. Триллионы были крошечными.
Их лица были бледными, губы начали принимать синеватый оттенок. Один из малышей тихо всхлипнул. Мальчик наклонил голову и шёпотом произнёс: «Всё в порядке. Я здесь. Не оставлю вас». Мир вокруг вращался как бешеный вихрь.
Машины мчались по заснеженным улицам, люди бросались в дома, но никто не заметил ребёнка и трёх жизней, за которые он боролся. Снег сгущался, холод усиливался. Ноги мальчика дрожали от каждого шага, но он шёл дальше. Был уставшим, предельно измождённым, но не мог остановиться дал себе обещание.
Пусть никому больше не было дела, он спасал их. Тело его было слабым. Колени прогнулись, и, едва удерживая тройню в объятиях, он упал в сугроб. Закрыл глаза, и мир растворился в бесшумном белом пустоте.
Там, в замёрзшем парке, под падающим снегом, четыре крошечные души ожидали, пока ктото их заметит. Мальчик медленно открыл глаза: холод кусал кожу, снежинки оседали на ресницы, но он их не смахивал. Мыслью лишь были три крошечных младенца в его руках.
Он слегка пошевелился, попытался снова встать. Ноги дрожали, руки, онемевшие от усталости, изо всех сил держали трёх малышей. Он не отпускал их. С каждой новой попыткой он поднимал тело, будто собираясь из последних сил. Один шаг, затем ещё один.
Его ноги будто готовились сломаться, но он продолжал движаться. Земля была твёрдой и покрытой льдом; падение могло стошнить малышей. Он не мог позволить этому случиться. Ветер рвал его тонкую одежду, каждый шаг становился тяжелей предыдущего. Ноги промокли, руки дрожали, сердце билось больно в груди. Он опустил голову и прошептал малышам: «Держитесь, пожалуйста, держитесь». Они издавали слабый звук, но были живы.
