Да кто ты такая, чтобы мной помыкать! Зоя Петровна швырнула тряпку в лицо невестке, и та вяло соскользнула по щеке, оставив на ней свой сырой след. Ты у меня на моей же кровати спишь, мои харчи наворачиваешь!
Тамара тихо вытерла мокрое лицо, сжала кулаки казалось, пальцы проваливались прямо в ладони. Третий месяц после свадьбы, а каждый день словно в окопе на поле брани.
Я полы мою, готовлю, стираю! Что вам еще надо?
Надо, чтобы рот свой закрыла! Безродная! Приперлась со своим ребенком!
Маленькая Оленушка, всего четыре года, выглянула из-за двери волосы колючим веником, глаза как две луны. Уже с детства понимала: бабушка гроза.
Мама, ну хватит! Степан вернулся с улицы, в грязной телогрейке, пахнущий землей и солярой. Опять скандалы?
То-то и оно! Твоя баба мне дерзит! Я ей: суп пересолен, а она в ответ цык!
Суп нормальный, устало бросила Тамара, глядя в пустую тарелку. Вы просто цепляетесь.
Вот! Видал? Зоя Петровна ткнула в невестку крючковатым пальцем. Это, говорит, я задираюсь! У себя дома!
Степан подошел, обнял жену за плечи.
Мама, прекрати. Тамара весь день хозяйничает, а ты только наезжаешь.
Вот так! Уже против матери пошел! Выростила, выпоила, а он
Старая хлопнула дверью, будто выпускала всю злобу наружу. Кухня опустела, запахло пустотой.
Прости, Степан коснулся жены, перебирая ее волосы грубыми пальцами. Она с годами только хуже стала.
Стёпка, может снимем комнату? Хватит
На что? Я тракторист, а не директор. На еду только-только.
Тамара прильнула к мужу. Ведь добрый он, старательный Но мать у него будто ворона, раскаркала дом.
Познакомились на деревенской ярмарке она продавала вязаные носки, он подошёл купить пару. Разговорились, сразу же у него в глазах мелькнуло: не смущает его, что у невесты уже есть ребенок. В свадьбе не было оркестра, да разве нужно другое?
Зоя Петровна невзлюбила невестку с первого дня. Молодая, пригожая, особенностью экономистка, высшее образование. А сын тракторист, привычный к грязи и земле.
Мама, пошли ужинать, Оленушка подергала за подол.
Сейчас, солнышко.
За столом Зоя Петровна театрально отодвинула тарелку.
Жрать невозможно. Как свиньям варишь.
Мама! Степан зарычал и стукнул кулаком по столу.
Что мама? Я правду говорю! У Светки-то руки золотые, а эта!
Светланка дочь Зои Петровны, живет в городе, приезжает, как праздник случится. Дом на нее записан, хоть и не бывает тут годами.
Не нравится готовьте сами, спокойно ответила Тамара и вытерла руки о фартук.
Ах ты! свекровь вскочила. Я тебе
Все! Стёпа встал между двумя женщинами. Мама, ты либо сейчас же замолкаешь, либо мы уходим. Сразу.
Куда пойдете? На мороз? Дом-то не ваш!
Это правда. Дом принадлежал Светланке они жили тут лишь по милости.
***
Золото снов
Ночью Тамара не могла уснуть. Степан обнимал ее, шептал:
Потерпи, милая. Куплю трактор, начну частную работу, накопим на свое жилье.
Это же дорого
Найду старого, починю. Главное, верь в меня.
Утром Тамара проснулась в груди, будто волчок, тошнота кружилась. Помчалась в отхожее место, руки дрожат. Неужели?
Тест показал две полоски.
Степка! кинулась к мужу. Смотри!
Он сонно потер глаза, увидел и закружился по комнате вместе с женой.
Тамароночка! Дорогая! Будет малыш!
Тише! Мама услышит
Поздно. На пороге тенью стояла Зоя Петровна.
Что тут орёте?
Мама, будет у нас ребенок! Степан сияет, как рассвет.
Свекровь недовольно поджала губы.
А жить-то где думаете? Здесь и так как в селедочнице. Светка приедет выгонит вас.
Не выгонит! нахмурился Степан. Это и мой дом!
Дом на Светку оформлен. Забыл? Ты тут как никто.
Словно ветром радость сдуло. Тамара упала на кровать, в глазах мерзлая пустота.
Через месяц случилась беда. Тамара тащила тяжелое ведро ведь вода из колонки, а не из крана. Острая боль будто лисица впилась в живот. Красные пятна на штанах.
Стёпа! закричала она из подвала своего отчаяния.
В больнице говорят: выкидыш, перенапряжение, стресс нужен покой.
Какой покой, когда дома буря свекрови?
Тамара лежала на койке, тупо смотрела в потолок, где краски обдирались странными зверями. Всё. Больше не вынесу.
Я уйду от него, шептала подруге в трубку.
Тома, а Степан? Он же золото.
Он да. Но его мама Я погибну там.
Степан явился вечером. Запылённый, с букетом каких-то лютиков-полевиков.
Тамарушка, моя лучшая, прости! Это я виноват.
Стёпа Я больше не могу так.
Знаю. Возьму кредит. Снимем квартиру.
Да на твое-то жалование кто даст? Смешно.
Дадут. Я нашёл вторую работу. Буду по ночам на ферме, днём на тракторе.
Пропадёшь совсем!
За тебя хоть с горы прыгну.
Через неделю выписали. Зоя Петровна встретила у двери:
Не сберегла, а? Я сразу сказала хлипкая ты.
Тамара прошла молча не заслужила бабка ни единой её слезы.
Степан вкалывал как проклятый: утром на тракторе, ночью в коровнике. Спал три часа.
Я пойду в бухгалтерию, сказала Тамара однажды. Есть местечко в колхозе.
Там ведь гроши
Копейка рубль бережет.
Так и началась их новая жизнь: утром дочку в сад, потом в контору; вечером домой, ужин, стирка. Зоя Петровна язвила, но Тамара глухой стеной не слышала.
***
Свой угол и новая сказка
Степан продолжал собирать на трактор. Нашёл раздолбанный, ржавый, в россыпь ходил. Владелец готов был отдать за бесценок.
Бери кредит, сказала Тамара. Ты золотые руки чини, работай!
А вдруг не выйдет?
Выйдет, Стёпа, только верь.
Кредит дали. Купили трактор. На дворе он выглядел, как груда старых сковородок.
Вот беда! смеялась Зоя Петровна. Железо купили только на металлолом сгодится!
Степан по ночам ковырялся под фонарём в его животе. Тамара была рядом держала гаечный ключ, подсвечивала телефоном.
Иди поспать.
Сначала закончим вместе.
Месяц работы, два соседи смеялись: дурак тракторист железяку купил.
Но однажды утром трактор загрохотал живой, чуть хромой, но шустрый.
Тамарушка! Поехал! Работает!
Она выскочила во двор, обняла его, будто в этот момент всё стало настоящим.
Пошли заказы пашня, дрова, стройматериалы Деньги рубля за рублём.
И вскоре Тамара снова в тоске по утрам и снова тест в её руках показал две тёмных полоски.
Стёпка, мы опять ждём малыша.
В этот раз никаких вёдер! Слышишь? Я сам!
Он холил её, как лепесток. Зоя Петровна бурчала:
Нежная ты, а я троих рожала и ничего!
Стёпа был суров: не позволял даже тапочки поднимать тяжело.
На седьмом месяце нагрянула Светланка с мужем и чемоданами.
Мама, мы дом продаём. Покупатель хороший, денег много даёт. Ты с нами в город едешь.
А Степан с Тамарой? спросила Зоя Петровна.
Пусть ищут угол!
Света, здесь же Стёпа вырос! Это его дом!
Нет, дом мой. Таково слово бумаги.
Когда выселяться? ровно спросила Тамара.
Через месяц.
Степан кипел, как самовар. Тамара тихо обняла его за плечо: не скандаль, пусть будет тишина.
Вечером, втроём, молча сидели на сундуке.
Что делать, малыш скоро
Главное не разбегаться. Всё решим.
На тракторе Степан работал до упаду. За неделю скопил столько, сколько за месяц раньше.
Вдруг звонит Михалыч, старый сосед из дальнего хутора.
Стёпка, продаю домик. Старенький, крепкий, с печкой. Недорого. Загляни?
Поехали дом кривоват, но стены толстые, печь тёплая, три комнаты, сарай.
Сколько?
Михалыч назвал сумму половина в кармане, половины нет.
А давай в рассрочку? предложил Степан. Сейчас возьму ключи, остальное за полгода.
Для тебя, сынок, можно.
Вернулись домой счастливыми. Зоя Петровна бросилась навстречу:
Где шлялись? Светка уже документы привезла!
Ничего, Тамара спокойно, будто сны читает. Мы съезжаем.
Куда? На улицу?
В свой дом. Купили.
Свекровь смолкла.
Брешете! Где денег набрали?
Заработали, Степан приобнял жену. Пока ты ворчала, мы трудились.
Собрали вещи за две недели. Не набралось и мешка всё чужое, холодное в этом доме было.
Оленушка бегала по новой квартире, пёс Полкан высунул язык:
Мама, неужели это всё наше?
Наше, дочурочка. Всё.
Зоя Петровна приехала раз в мороз:
Степан, возьмите меня к себе. В городе жить духота
Нет, мама. Ты уже выбрала. Живи со Светланкой.
Но я же мать!
Мать не называет внучку чужой. Прощай.
Закрыл дверь. Тяжело. Но справедливо.
В марте у Тамары родился Матвей крепкий, громкий, сжатый в кулачок мальчик.
Весь в отца! засмеялась акушерка.
Степан держал сына, боясь пошевелиться.
Спасибо тебе, Тамарушка. За это всё.
Нет, это тебе спасибо. За то что не сдался. Верил.
Обживались неспешно: посадили картошку, курочек завели. Трактор работал, приносил доход. Вечерами сидели на крыльце, Оленка играла с Полканом, Матвей спал в люльке.
Стёпа, я счастлива.
И я.
Помнишь, как сложно всё было?
Ты выдержала. Ты сильная.
Нет, мы сильные. Вместе.
Солнце зашло за лес, в доме пахло хлебом и молоком. Настоящий дом. Тихий, родной угол.
Где никто не оскорбит, не выгонит, не обидит чужим словом.
Где можно жить, любить и растить детей.
Где можно быть счастливой.
***
Дорогие читатели, каждому из нас выпадают свои испытания, и не всегда их легко пройти. Эта сновидческая история Тамары и Степана словно зеркало, где каждому видится знакомое: трудность, отчаяние, но и внутренний свет.
Вот так и кружится наше село во сне и наяву: после трудностей приходит радость, потом снова шаг наугад, туда, где ждёт надежда.
Как вы думаете: прав ли был Степан, терпя мать так долго, или лучше было сразу рубить завязки и уходить своим путём? И что для вас настоящий дом? Стены или тепло семьи?
Поделитесь своими снами ведь жизнь, как школа, где каждый урок усваивается только сердцем.
