Благие намерения
Татьяна! Ну наконец! Я уже вся извелась! Маргарита Петровна раскрыла дверь и, не сдержавшись, бросилась сестре на шею. У меня уже мозги на бекрень, не знаю, за что хвататься!
Спокойствие, Маргоша, главное спокойствие, дородная и невозмутимая, как три паровоза, Татьяна Петровна с величеством вошла в прихожую. Она дома?
Да куда там! С утра детей собрала и уехала! Маргарита только руками всплеснула. Слушать вообще не желает! Любовь у неё, видите ли!
Ну, что тут скажешь, Маргаритка! Проспала момент, а теперь только плакать? Давай садись да рассказывай всё толком, я хоть такое слушать умею. Потом уже разбираться будем.
Татьяна сразу же направилась на кухню и уселась за стол, внимательно следя, как сестра суетится с чаем.
Ну, чайник ополосни хоть раз кипятком, а? Сколько можно учить вечно впустую.
Маргарита дёрнулась, хватанула чайник и тут же ладонью к уху прижалась обожглась, как обычно.
О, Господи, всю жизнь как с левой ноги! Давай уж я сама, а ты посиди! А то себя искалечишь, и так нервы уже не железные.
Татьяна энергично выпихнула сестру к столу и сама занялась чаем.
Вот теперь рассказывай всё по-честному. Кто он, этот герой? И что Лёнка себе там надумала?
Маргарита сжала в ладонях чашку. Что рассказывать? Вроде бы мужик, что Ленка домой привела, не злодей и не пьяница, с работой у него свой автосервис, руки золотые, вежливый, серьёзный. Кран на кухне, который даже после сантехников капал, за пять минут починил. Но у Маргариты уже условный рефлекс: младшая дочь значит, надо ждать подвоха. Даже когда явно подвоха нет. Да и познакомились подозрительно как-то: разве наши мужчины просто так чужие машины зимой в мороз чинили бы бесплатно, да ещё потом на этих же детей до весны регулярно приезжали смотреть, мол, всё в порядке ли? Полгода уж ездит, а Ленка в облаках летает. Про мать и детей не думает замуж ей вдруг срочно надо, будто первый раз не показался.
Все эти мучения Маргарита и выложила сестре, теперь только смотреть осталось, что Татьяна скажет. С детства ведь у Маргариты была одна надежда старшая сестра, особо вместо матери: отец рано ушёл, мама с двумя девчонками одна выкручивалась, работала на трёх работах и поручила Татьяне заботиться о младшенькой:
Танюшка, ты уже взрослая, помогать должна.
В разнице восемь лет почти мать, а не сестра! Младшая болезная уродилась, долго выправлялась, и каждый раз, как у Маргариты температура, рядом дежурила Татьяна. Её слова от матери повторяли каждое утро:
Не знаю, как бы без тебя справилась, Танечка.
Татьяна взяла на себя даже обучение: в школу Маргарита пошла уже «готовенькой» читать-писать умела, первую четверть можно было проспать, что и пришлось здоровье опять подвело. Мама хваталась за Маргариту, возила к врачам, а врачи отмахивались: мол, время надо, ребёнок слабый, перерастёт.
Татьяна развернула командный режим: витамины по расписанию, сон под контролем, молоко через слёзы всё как положено.
Не хочу пенку! ныли Маргарита.
Не капризничай, во благо твоё стараемся!
Результат, к счастью, был: ко второму классу всё наладилось. В школе отличница, а мама, уже на пенсии, спрашивает Татьяну, которая замуж вышла и с животом ходит:
Что с Маргаритой дальше будем?
Учатся дальше, Мария Сергеевна. Жалко не дать такой светлой голове разгуляться.
Что там стипендия? Копейки. Но Татьяна приезжала каждый месяц, проверяла порядок в общежитии: пылища не будет мир в доме.
Мама заболела, когда Маргарита на втором курсе училась только парню из группы призналась, как тут же узнала страшный диагноз.
Таня, что делать теперь?
Тебе сдавать сессию на пятерки, не сдуваться. Матери ни слова я сама разберусь.
Последнюю неделю смогла быть рядом и потом только резиновую ложку в зубы кусала от боли, чтобы не орать от отчаяния на кухне. А Татьяна на удивление спокойная, чётко всё делала, по делу и строго:
Хватит маму тормошить! Нельзя плакать не поможешь же горю. Пускай спокойно уйдет.
Без истерик не получилось когда не стало матери, двое дочерей остались совсем одни. Квартиру обменяли: Маргарите досталась малогабаритка рядом с сестрой.
Удобно, будешь рядом. Да никого не зови сама тебе всё сделаю, мои девочки помогут.
У Татьяны уже своя стройбригада, ремесленницы нарасхват. В кризисы фирма то выплывет, то под воду уйдёт ну не Москва, Днепр все же, а тут своё весомое словцо. Татьяну сотрясали нервы, Алексей поддерживал мало, всё своё, а она всё одна да одна.
Потом вышла Маргарита замуж и тут старшей не угодила: Максим ей не понравился, хоть убей! Но три года до первой дочери муженёк к сердцу Татьяны путь чистил и таки растопил лёд. Глядишь, мужик и правда хороший, на руках носит жену, детей обожает, зарплату всю в конверте вот только на ребёнков своих совсем уж много времени тратит, как нянька. По мнению Татьяны, тут ненормально разбалуются девки.
Маргарита думала про себя: боится, что завидует, ведь её Алексея с дочкой не допросишься. Зато когда у Татьяниного сына проблемы пошли, ей самой пришлось на себя всё тянуть.
Отправили сына в армию там парень даже доволен остался. Мол, «мама-генерал» приучила, теперь и дисциплина роднее, чем дома.
Но как сын встал на ноги дочь решила удивить:
Мам, у меня будет ребёнок.
Да что ж это Татьяна шлёпнулась на диван. Тебе же восемнадцать только!
Ну и что? Без лекций, пожалуйста…
Всё уже случилось, значит, только свадьбу играть осталось.
Я не хочу за него замуж.
Ой, помечтаешь! Внук будет с отцом, не без семьи! Всё разрулю сама, не волнуйся.
Дочь вообще не сомневалась если мама сказала, порядок будет. Сыграли свадьбу, поселили молодую семью в ту самую квартиру после обмена. Молодые притихли, всё устаканилось, Татьяна облегчённо выдохнула: свои под приглядом.
Ну а племянницы? Вот здесь жизнь уже устроила карусель уж больно активные маменькины дочки с характером. Бодрые, здоровые, ни в мать в детстве. Света тихоня, Лёня огонь баба, всё в отца.
Вот за Ленкой глаз да глаз нужен, ворчала Татьяна.
Свету с Леной я в один класс отдала, отрапортовала Маргарита. Легче.
И действительно: одной подтягиваться проще с сестрой отличницей.
Папу свою девочки любили, но в шестом классе настигла беда Максима не стало после аварии. Дочери прижались к бабушке, мама как в тумане, вместо жизни призрак. Татьяна встряхнула Маргариту, мол, хочешь, чтобы ещё и матери дети остались без? Одумайся!
Постепенно всё-таки вернулась в семью радость. Хоть и понемногу но живая мать опять появилась.
Девочки выросли, а любовь свою одновременно нашли. Светлана махнула рукой: «Успею ещё!». А вот Лена включилась упёрлась рогом, влюбилась.
Татьяна бушевала: мол, с чего ему вдруг жениться, детей рано им, только школу закончили.
Ты что, уже взрослая?! вопрошала тётка.
Да, взрослая. И отвечать буду сама.
Смелости Лене хоть отбавляй, Сергею ультиматум: «Любишь женись, не появляйся без решения!» Вот и поженились через год. Маргарита слёзы лила на свадьбе, Татьяна еле сдерживалась: «Зачем так рано, докуда ж спешить-то?».
Дети родились потом, не сразу. Жили молодые скромно, Лена училась, работала бухгалтером у свёкра, Сергей фирму открыл всё бы хорошо, да только жизнь, как известно, такие повороты крутит, что Гоголь с Чеховым обзавидовались бы.
Сергей завёл роман, Лена об этом узнала как с гуся вода: на лавочке с пацанами и вдруг неведомая Людмила, вот животом, заявляет: «Ты, мол, бывшая». А Лена только и отвечает с иронией:
Молодец, что сказать! Должна я теперь обеспечивать вашего ребёнка папой?
Сергей крутит: «Ты постоянно занята, а я мужик».
Развелись, судились всё как по нотам. Лена уволилась, бабушка с детьми осталась, искала новую работу. Татьяна не пропускала случая покритиковать:
Поздно возвращается, мальчишек воспитывать некому, с кем попало водится
Как только у Лены появился Леонид началась паника.
Мозги вправить! А то вдруг альфонс!
Лена сопротивляется, упреждает:
Достали вы меня, хватит жить по вашим лекалам!
Скандал назревает, Лена ставит точку: «С этого дня свою жизнь контролирую одна. Тем более, что коза отпущения из меня не выйдет. Беритесь лучше за своих детей, а нас оставьте в покое».
Тут у Маргариты сердце села на кухню, Лена кидается к ней с телефоном, Татьяна на секунду опять видит свою младшую сестру, как когда-то в детстве.
Лена, скорую!
В больнице вся семья, слёзы, разговоры. Татьяна сгорбилась, смущенно пытается примириться.
Леночка
Проехали, тётя Таня. Главное, чтоб мама жива была.
Маргарита выравнивается, в больнице обе сестры мирятся, а о жизни своих дочерей Маргарита слушать больше не позволит. Татьяна долго не унимается, но выводы делает. И на свадьбе Лены с Леонидом именно она первая кричит «Горько!», обнимает племянницу, шепчет: «Прости меня, дурная была».
Жизнь разложит всё по коробочкам. Лена станет единственной сиделкой Татьяны, Леонид опорой строптивой тёте по больничным коридорам. Ближе всех эти двое. В самую последнюю минуту Татьяна нащупает руку Лены и скажет:
Мужчина тебе достался береги! Спасибо.
Вот так и живут в Днепре на гривны простые, но гордые женщины: с сердцем нараспашку, с иронией на языке и с вечной надеждой, что всё когда-нибудь наладится.
