Алла, это я, Люба. Что? ЛюБа! Связь какая-то ужасная. Почему звоню? Галю, так не приеду я к вам в этом году. Не приеду, говорю, на праздники твои. Почему? А зачем? Ты же с Мишей будешь, дочка твоя с мужем и кучей малышей. А мне что? Винегрета наверну и за двойную плату на такси до дома? Не могу я у чужих ночевать, сама знаешь, возраст не тот, а привыкнуть так и не смогла. Что буду делать? Да ничего, лягу и спать, кряхтя между потрескивающими звуками на линии, Люба объяснялась подруге. Которую, к слову, последние лет пять после развода выручала на Новый год своей квартирой и добротой.
Что? Она и сама хотела набрать меня? Едете? Куда это еще? В Харьков, к тете Михаила? Ну, доброго пути вам и веселого настроения! Проблема? Какая еще проблема? Кто приезжает? Саша? Какая Саша? Племянница? Алло? Опять связь оборвалась! Приютить на пару дней? Ну ты же знаешь, не люблю я чужих у себя дома. Но ладно, выручу пусть приезжает. Ну и что это опять за перебои тяжело вздохнув, Люба бросила телефон на диван.
Посидела, порассуждала. Может, хоть не одна встречу праздник. Тут очнулась надо хоть салат какой-то сделать. Сама б батоном и кефиром обошлась, а гостье ведь угощение положено. Поставила вариться картошку с морковкой, нарезала укроп и снова забылась.
Раньше, когда за Виталиком была замужем, и такого сидения не было. Уже к тридцатому вся родня из деревни к ним собиралась. И начиналось веселье: кухня превращалась в туман пар, жар, окна настежь не спасали. Варился холодец, жарились котлеты, лепились пироги. Люба только и бегала то холодец выставить на балкон, то картошку резать. Правда, готовить ей не доверяли после того самого салата с киви.
Гадость же! кривилась тётя Зина, и все согласно кивали.
А у них, в родне у Виталика, всё же солидно в майонезе, жир с ложки льётся. Да ещё мужчины только за стол, наливку в три горла дегустировать. К полуночи тридцать первого еле доживают.
А второго января вещи в охапку, всю еду доедят-допьют и уезжают с шумом. Любе же одна уборка. Мыла, чистила, отчищала жир недели две. Виталик в это время в деревне праздник продолжает. Возвращался угрюмый, немытый и злой. Наслушается, мол, женился на даме, которая готовить не умеет. Вот и ссоры начинались. На каждом углу Веру вспоминал, у которой Люба его якобы увела. Пропускала мимо ушей не её стезя оливье тазами крутить. Да и не готовила она так, как Виталик с детства привык чтоб всё с салом и майонезом.
Оставалось только жаловаться подруге детства Гале. Галка была деловая, и, когда ей надоели Любины жалобы, придумала план: велела созвониться с родней и пригласить всех до Нового года мол, сама всё приготовит. Вот они вдвоём придумали новый подход закуски лёгкие, но сытные, пару салатиков, запечённый гусь. Вся родня приехала, расселись.
А мясо где? с разочарованием спросила тётя Зина.
Так вот же фаршированный гусак, любезно отвечает Люба.
А картошечка пюре? упрямилась та.
Тётя Зина театрально встала: Ну что это, силоса наготовила! Всё, Федя, домой!
Все вскочили, оделись, хлопнули дверью.
Ну ты выдохнул Виталик, словно для финального аккорда.
Подожди, я с вами! крикнул он вслед родне.
Вещи не забудь! спокойно, почти буднично сказала Люба и подала сумку.
Вот и живи сама, нудная ты, пробурчал Виталик, набил сумку шмотками и хлопнул дверью.
Очнулась Люба, когда уже овощи с кастрюли сбежали. Потом услышала звонок в дверь очевидно, Саша пожаловала.
Открывает а там стоит мужчина лет сорока, симпатичный, улыбается:
Это я. Позвольте представиться, Александр Игоревич Максименко, племянник Михаила. Приехал, сюрприз тут такой, а ваши у Харькове. А вы, должно быть, Люба?
Люба на автомате кивает и лепит: Галка про племянницу говорила
Александр смеётся: Может быть, вы по связи не так расслышали?
Люба машет рукой: Тут связь такая чёрт ногу сломит! Ну проходите, раз уж пришли.
Вы не волнуйтесь, у меня билет обратно на первое января вечером, раньше мест не было. Так что долго вас терзать не стану.
Люба вернулась на кухню, процедила овощи, выставила на тарелку, чтоб остывали.
Александр с лёгкой иронией: И вы этой одной салатиной собрались праздник встречать?
Люба неожиданно огрызнулась: А вам, что ли, весь стол нужен? С мясом, тазиком оливье?!
Он засмеялся: Да вы что! Я мясо вообще не люблю, мне бы рыбки.
Люба только плечами: Рыбы у меня нет, и готовить её толком не умею, если по правде.
Александр на лету в куртку: Так я сейчас всё решу! и пока Люба слово вставить пыталась, исчез за дверью.
Ситуация показалась Любе такой нелепой, что она рассмеялась. Ждала, значит, стеснительную девицу, а тут энергичный мужик с багажом.
Часа полтора Александра не было. Люба уже забеспокоилась мало ли, в чужом городе. Но вот звонок: бежит открывать и Александр входит, возле двери пушистая ёлка и две здоровенные авоськи.
Зачем? только и спросила в изумлении Люба.
Александр ставит ёлку: Ну как же Новый год без ёлки, скажите на милость!
Люба вдохнула запах хвои и прыснула: Только мандаринов нету!
Александр: Мандарины и игристое без них Новый год не год! Всё купил. Помогайте пакеты нести, будем готовиться.
Так и началось: наряжали ёлку, шутили, резали овощи и готовили рыбу. Люба, улыбаясь, чистила креветки под чутким руководством Александра, диву даваясь: ловко он запёк карпа.
К полуночи у них было готово всё: игристое открыто, булькает в бокалах, салаты по тарелочкам. После боя курантов чокнулись:
За Новый год и новое счастье!
Выпили до дна и разговаривали допоздна.
Знаете, когда мы с Виталиком поженились, он вообще другим был. Добрым, человечным Или может, мне так казалось, ведь влюблённые ведь не видят недостатков, чуть грустно улыбнулась Люба. А потом стало всё не так: то не так делаю, это не так. Хватит, пусть теперь сам о себе думает. А вы? Брак был?
Александр вздохнул: Уже нет. Всё банально я в рейс, а она к другому. Приеду сразу на развод подам. Что мы всё о грустном да на вы! Давайте переходить на ты и рассказывать истории из детства.
Я поспорила с парнями, залезла на самое высокое дерево, а обратно слезть не могу Сидела, ревела, пока меня дядя Серёжа со второго этажа не снял. А дома потом весь вечер в углу простояла! рассмеялась Люба.
А я в школе взял и приклеил к полу стул в кабинете директора. Вот тогда мой отец меня ремнём отхлестал! воскликнул Александр.
До самого утра вспоминали смешные истории, смеялись.
Люба зевнула, Александр сказал:
Давай, иди спать, поздно уже.
Люба сонно возразила: Какое спать, надо же со стола всё убрать
Александр твёрдо: Всё сам сделаю! Марш по кроватям!
Люба сдалась, пошла в комнату и тут же вырубилась.
Разбудил её Александр.
Люба, вставай. Мне пора, дверь закроешь за мной.
Люба подскочила: Что, уже вечер? Почему раньше не разбудил?
Он улыбнулся и поправил ей прядь волос:
Так сладко спала А сейчас мне пора, ехать до вокзала, пока пробки не начались.
Проводила его Люба до двери:
Ну до свидания, спасибо вам за праздник! сказала она чуть грустно.
Александр помялся, а потом вдруг спросил:
Можно я к тебе ещё приеду? Ну, когда снова свободен буду?..
Люба улыбнулась и засветилась: Приезжай, я буду ждать
Он её поцеловал, не дав договорить, и шепнул: Тогда, до встречи!
А Люба ещё долго стояла у двери, касаясь губ и счастливо улыбаясь. Потому что странная штука жизнь: знаешь человека годами а он в итоге подлец. А бывает, знаком всего сутки а кажется, что знакома была всю жизнь.
Всё-таки чудеса под Новый год случаются. Совпали обстоятельства и вдруг новая любовь, а вместе с ней и новая жизнь.
